Жанар Кусаинова

Мы вместе переходим черную-черную ночь. Рассказ


I
Она – незрячая женщина.
Одинокая, стареющая дама.
Она тихо вздыхает: вот сделали лифт у нас новый. Тихий-тихий поставили. Почти не слышно. Раньше был такой, что громыхал. Слышишь, кто-то приехал, а кто-то уехал. Жизнь вокруг. Когда кто-то живой есть рядом, не так печальна темнота и не так грустно. Всегда, если слышала такое, шум у лифта, тихо желала тому, кто едет, счастливого пути. Радость такая и грусть, как будто я на вокзале – встречаю всех путешественников и провожаю в путь.
И от моего слова зависит, как сложится дорога. А мне слова не жалко. Всем счастья!
А теперь что? Вот тихий лифт – бесшумный.
И как будто я одна во всем мире. Как будто умерли все.
Как будто в моей жизни осталась только темнота и вокзал мой навечно закрыли.
Не люблю я нанотехнологии.
А ты знаешь, есть утешение – сверху в квартире поселился какой-то человек. Кто он, не знаю, но думаю, что мужчина, судя по голосу. Мне нравится чувствовать запах его одеколона, когда он проходит мимо, а еще прикосновение его руки, когда он помогает мне выйти из парадной.
А еще я люблю ночью слушать, как скрипят половицы под его ногами, и разные другие звуки его бессонницы. Телевизор работает, музыка играет, телефонные звонки. Иногда я слышу обрывки слов. И стараюсь угадать, что там происходит с моим соседом. В такие минуты я чувствую, что одиночество отходит и я не одна на белом свете. Мы вместе не спим, мы вместе переходим через эту черную-черную ночь. Вместе переживаем ее долгие часы.
Мне очень нравится уговаривать его, когда бессонница, таким шепотом ласковым:
– Что же ты не спишь, солнце мое! Спи, спи же скорее. Если случилось что-то, вспомни о том, что оно обязательно пройдет, и легче станет. Все пройдет и все проходит.
Ничего не останется.
Ничего не остается.
Не рви свое сердце. Спи. Спи. Спи.
А потом он затихает, я понимаю, что тот мужчина утихомирился, и сама ухожу спать.
И на душе легко-легко.
Всем спокойной ночи, всем доброго сна.
Я вас слышу, я вас слышу.
Я рядом. Все пройдет, все проходит.
Не останется и следа.
Может, я была в трансе?
II

У нас в доме живут три старушки. Дружат всю жизнь.

Элла Иванна, Нина Ираклиевна и Рената Альбертовна.
Элла Иванна сплетничает сегодня с Ренатой Альбертовной про Нину Ираклиевну.
Элла Иванна: У Нины духи с таким запахом, как будто цветы обосрались. Или как если бы арбуз стошнило. Ты можешь представить себе арбуз, у него токсикоз, ему плохо, его тошнит. Так вот, у Нины духи пахнут именно так.
Рената Альбертовна: О, Господи, Элла, ну как так можно говорить? Что за лексикон? Обосра… Я даже повторить не могу.  
Элла Иванна: А что? Да, я духовная личность, но при мне можно говорить слово –жопа! Я не боюсь жизненных реалий!  
Рената Альбертовна: Ладно, забудем. И все же… прости меня, милочка, Нина больна, она после инсульта. Как ты можешь?!
Элла Иванна: Могу! (достает список) Так, лекарства мы ей купили, продукты, газеты, надо купить духи. И не какие-нибудь, а приличные. А то можно подумать, что перед нами не женщина лежит, а антиженщина! Да и еще, нужно косметику покачественнее приобрести.
Рената Альбертовна: И куда же она пойдет после инсульта? Вся надушенная и накрашенная. наряженная! Куда? Она и ходить-то не может.
Элла Иванна: Пусть не ходит! Пусть лежит! Но она же женщина! Должна себя уважать. Лежать в постели одна и уважать!
Три старушки. Ни детей, ни мужей, ни родных, ни кого.
Одни на белом свете. Нищие. Никому на хрен не нужные.
Дружат. Выносят друг другу мозг. Ссорятся, убиваются по друг дружке, мирятся и снова ссорятся. Сплетничают, мне друг про друга наговаривают, опровергают.

Просят прощения.  
Просят не покупать им продуктов. Мы сами.
Просят не открывать перед ними двери. Мы еще не сдаемся.
Просят не поддерживать за локоть, когда спускаются с лестницы. Мы еще бодры.
Наряжаются в траченные молью шубейки, душатся духами. Бусы, вуаль, колечки.
Мужчины до сих пор оборачиваются, почуяв тонкий аромат их нежнейших духов (на самом деле старушки смешивают дешевенькие, но как в какой пропорции – огромный секрет)
Я так не могу. Я по сравнению с ними пацан-беспризорник.
Рената Альбертовна кричит на Эллу Иванну: Я тебя ненавижу! Ты упала с лестницы и встать не могла, почему же не позвонила мне? Или в «скорую»?!
Элла Иванна: У меня сбилась челка. Да и еще тушь потекла. И потом стыдно признаться, на ноге пошла стрелка. Я же не могла позволить, чтобы кто-то меня увидел в таком состоянии! И я как-то сумела, я сама доползла домой. Я ведь идеальная женщина!  
Она готова была помереть, ползая по грязной лестнице, только бы никто не видел стрелку на ее ноге!!! Но и умереть она не могла там, потому что дома осталось еще несколько платьев, которые она еще не надевала! Как же умереть при таком раскладе?! Никак! Нужно ползти!
Я идеальная женщина!!!
Элла Иванна кричит на Ренату Альбертовну: Рената! Мы собирались в кино! Вчера! Почему ты не пришла?!
Рената Альбертовна: Но должна быть во мне какая-то загадка или нет? Может, я была не одна?! Может, я ушла в раздумья! Может, у меня был транс! Я видела тонкие миры! Я дама с высокими духовными запросами, наконец!
Элла Иванна соглашается и грустно молчит.
На самом деле...
Однажды я была на квартире у Ренаты Альбертовны, когда та попросила меня помочь ей с какой-то тяжестью. Я занесла. И увидела множество мелких бумажек с надписями. Дверь – хлебница – ванная – вода холодная – вода горячая – туалет – радио – телевизор – включить – выключить.
«У меня слабая память. Но я постараюсь ничего не забыть. Я буду помнить. Я смогу. У меня все получится. У меня много сил». И так далее.
Рената Альбертовна сказала, что она учит иностранный язык. Что у дамы с высокими духовными запросами должен быть интерес к другой культуре. Я сделала вид, что поверила.
Передо мной открылась картина борения духа.  
Я не умру. Моя память меня подводит, но я не сдаюсь. Я все смогу. Я стараюсь.
Рената Альбертовна. Рената.  
Элла Иванна, конечно же, все это знает и понимает. Но делает вид, как будто верит, что Рената была в тонких мирах, а не...
А кто знает, может, и правда была.
Они цепляются за жизнь и часто поддерживают меня, когда я переживаю из-за того, что очередной журнал послал меня на хрен, или из-за того, что не получается с работой или поссорилась с подругой. Или... да мало ли какие «или» бывают в жизни...
И самое главное – когда дочка болеет...
Рената Альбертовна и Элла Иванна ругают меня. Не вешайте носа, милочка!
Говорят по-французски, курят тонкие сигаретки.
Нина Ираклиевна спросила меня по телефону: что вы читаете, милочка?! Дама всегда должна беспокоиться о своем чтении...
На краю жизни, когда за восемьдесят, инсульт, ноги не ходят, память отказывает.
Нет же.
Я идеальная женщина.
Тонкие миры…

Беспокоюсь о своем чтении.
Так и живем.
И все-таки живем.