Марк Ляндо

Покуда август



ПОЭТУ КИБИРОВУ

Уж так меня ты раздолжил, Кибиров!
Теперь и ты поешь сей дачный рай
Повдоль стези Рязанской, где при лирах
Немало славных лириков, узнай!
В Томилино Алехин арионит,
Верст десять дальше – Миркина поет,
В Красково Микушевич рифму строит,
И я сбираю вишни на компот
В Томилино ж! И тоже петь мне сладко
И размышлять, на лесенке вися,
Что человек – извечная загадка –
Куда ни кинь! А не гадать нельзя...

Вот он (бишь я!) меж ветками и небом,
Воззрясь, как луч горит сквозь вишен сок,
Позабывает здешню быль и небыль...
Вдруг с чердака – соседа говорок.
Пока я там витал, в краях эаката,
Своей супруге он пенял спроста
И стариковский скрип незлого мата
Вернул меня в родимые места!
Репейник, пижма, целестин полыни...
Ну что, Кибиров, твой химкомбинат?!
Здесь птицефабрика такие благостыни
Шлет в чуткий нос – что посрамится ад!

...Коттеджи зрю отселе русских новых –
Ну прямо списки облачных красот! –
Колонки, арки – что им цен оковы!
Жаль, в кошельке у нас наплакал кот!
Вдоль поля – свалка: кузова, баллоны...
Там ТЭЦ дымит все ж – газ? или мазут?
А знаешь – здесь парили махаоны
И майские жуки пускали гуд
В годах былых!.. И чистая Пехорка
Баюкала налимов и язей
(Зри в Чехова!). А нынче как ни горько –
Взглянул – да и подалее от ней!

Но лирики, зайдясь, как мы с тобою, –
Поют свои кусты и чердаки,
И комара, и бабку над грядою,
И за туманом – звездные зрачки...
Все так ли тут? Не так? – клянут, гадают...
Вот наркоманы тянутся гуртом
К «Цыганской точке» – может, эти знают
В чем жизни суть? Иль нет ее ни в чем?
Вот разве в песне?.. Странная монада
Адамов сын: он здесь, но он и – там!
Ему и хлеб, и вишен – все тут надо,
Но дух стремится к облачным богам!..

Иль в драку... Нет, горючая стихия,
Все ж, верю – отойдет за годом год.
И столько претерпевшая Россия
Себе другую долю изберет!
И всяк пиит – под лиру ли, тальянку –
Простерши взоры в сад ли, в огород,
В Ильинке, в Шиферной – увидит Званку
И всю ее роскошно воспоет!

...А Зевс грохочет в облачные лона –
Вот ринул дождь, золоторунный сплошь!
Капуста – синевою Посейдона,
А тыквы – блеском раковин его ж!..

...И вновь парю меж облак и землею,
Где вишни – как планет закатных рой.
Я высь и низ хочу связать собою,
Но вдруг – лечу! Куда? О Боже мой! –
Согнулась лестница и вмиг сложилась,
Но оперлась о ствол другой и вот –
Спружинила удар спины, о милость
Любезных муз! А был бы мне компот!

«Обедать»! – слышу и к столу поближе
Ползу и охая участья жду –
Но голосочек гостьи из Парижа:
«Летели низко? Видимо, к дождю!» -
Вдруг слышу. Ох, неверно все, Кибиров!
Прекрасно все – под солнцем и дождем! –
Но как избыть Чечней ли тех? Кашмиров? –
Взрывают! – Но ведь в нем-то и живем,
Во взрыве: галактическом, безмерном,
Сквозь млечные какие-то клубы
Летя к тем черным – дырам ли, кавернам? –
И общей вроде не уйдем судьбы  

Со всем, что бьется в этих звуках лирных, -
К чему они средь тамошних темнот?..
Но ты держись тех трепетов эфирных,
Тех за душу хватающихся нот!
На грифельной доске, на сидироме,
Папирусном ли слабом тростнике...

А вдруг – в ином каком-нибудь эоне?
А вдруг – на непонятном языке?
Так Сапфина строка во мгле вечерней
Под плеск давно истаявших перстов –
Ну что еще тут зыбче и неверней? –
Но чу!.. Сквозь столько далей и веков
Поет...                                              

Август 1996 г.




ГРАНЬ


Горизонт, небозем –
Что мы знаем о нём?

Эта странная грань –
Как река Потудань.

Не дойти, не схватить
Неуловную нить!..

Может, так же и Бог –
Будто некий порог...

Между здесь он и там –
Недоступен умам.

Между мной и тобой –
Кораблем и звездой…

Он и здесь и нигде
В предзакатной  воде.

В дорассветном лугу –
Как увидеть смогу?

Беззащитен и мал,
Как травинка, коралл.

И в бездонности бездн –
Млечнодымен и звездн!…

Вот мерцает в руке,
Как слюдинка в песке…

Или там, где нас нет, -
Его Дух? Его след?

Но за дебрями мук –
Он спасительный звук.

Над расщепами скал –
Светокрылый овал!

…Ты надейся и верь –
И отверзнется дверь.

И опомнится злой,
И полюбит покой.

Все минует… И мы…
Но средь света и тьмы –

Тем пахать, этим – ткать,
А кому-то гадать,

А кому-то ловить
Эту грань. Эту нить…

Август 1996 г.



ВОСПОМИНАНИЕ


Ты в венке. Ты отрешен
От забот и угрызений,
От того, что мало денег.
Ты в сияние ушел
Облаков, в стрижах парящих,
Этих мошек мельтешащих,

В волнодымный Коктебель,
Вспоминая как Волошин
Тонкой кистью акварель
В одинокой думе пишет
Над землею, что срослась
С ветхой тяжестью рептилий
Скорлупой милетских ваз,
Мегалитами бастилий...

Позабытый всеми маг
На краю страны мучений
Пишет шелесты растений,
Китовидных мысов ряд,
Разделяющих заливы,
Терпкий чобра аромат,
Седину степной оливы,
Этой зелени и сини
Перезвон и перекат,
Переплески, переливы...
...А на нем венок полыни
И бездонный Бога взгляд.
Пишет райские холмы
Над заливами мечтаний,
Чтобы вслед за ним и мы
Отрешились от страданий.
Волн зеленые бокалы
До Гомера, до Циклад,                                
Перегибы, перевалы,
Горизонтные овалы
И Олимпа синий взгляд.

Июнь 1999 г.




МУРАВЬИНЫЕ РАЗДУМЬЯ

...А этот старый муравей
Ногой своей
Вьет, видишь, туры –
По песку ли, траве
Пунктиря фигуры,

Вьет, не плача о прошлом,
О грядущем не зная,
Ничего не страшась,
Не взыскуя рая…

День и тысячу лет –
Лишь была бы длима
Жизнь холма из хвои –
Муравьиного Рима!..

Кто скажет – зачем?
Кто ответит, зачем –
Отражаясь друг в друге,
Муравьи сменяются
В жизненном круге?
Миллионы лет – муравей муравьем,
Пока вращается окоем?
...Или просто тебе не понять,
Хоть убей,
Что все муравьи –
Один МУРАВЕЙ,
Слиясь словно чипы –
Единой семьей.
А ты все носишься с самим собой!..



ПЕРВОРОДНЫЙ ГРЕХ

…Ты, глядя в зеркала волны, –
Пойми, что все в веках повинны
Хотя бы тем, что рождены
В пространства эти исполинны!..



ВОПРОС

Кто звезды породил
Среди миллиардов лет?
Кто землю закрутил
И свет пронес сквозь свет?...

Ты отвечаешь – Бог,
А я – закон Природы.
Но нам не исчерпать
Бездонной тайны воды...



***
А что если мир наш – безделка, штучка?
Мегазвездного дома дверная ручка,
На двери, ведущей неизвестно куда?..
Или еще какая-нибудь ерунда?
Ну, скажем, на двери той завиток?
Усох, отвалился и скок-поскок
Вниз по ступенькам?
Художник – не верь,
Толцы в нее и – отверзнется дверь!..



ПОКУДА АВГУСТ...

                                                Памяти  художника


1
Лежать в траве, о всем позабывая,
Покуда август на картонах лета
Рисует как бездомный, ясный Зверев
Планеты яблок, синеву лесов,
Качанье русовихрой кукурузы...

Покуда август, все позабывая...

2
Вот облако. Опаловая грусть
В скольжении стрижей, ловящих мошек, –
Века ли, миги? Кто их сосчитает?
...Корабль из пара с темно-сизым днищем,
Плывущий над орнаментом полей.

А здесь по грядам – овощные дебри:
Язычество растительного мира!
Вот кабачков зеленые лингамы.
Там тыквы, как метафоры божеств
Сарматских, скифских: ягодицы,
груди... А в тех вон – амазонской анаконды
Горят расцветки: арабески, ромбы...
Главы стегоцефалов, крокодилов
В горбах, извивах – меж плетей зеленых!

А в той огромной – раковин океана
Цвета играют… О щедроты Геи!
А там и сорняков косматых гривы.

3
...Как бы прапамять все это карбона,
Перми ли триаса чешуйных чудищ,
Где все сплетаясь, дыбясь, налегая
Растет и душит, дружит и живет.
Зеленый ад ли, рай – кто их расцепит?
А выше - розы в гибком малахите
Упорных листьев, в каплях ароматных –
Цыганской шали вспыхи и напевы!..

Покуда август на картонах лета
В миллиард – свечей, амперов или гаусс? –
Льет хром и кобальт, киноварь и охру
На огороды, яблони и сливы –
Как Зверев в вихре бороды и чуди! –
Сей бомж ли? Бог? Иль сам творящий Хаос?
Наотмашь мажа, брызгая, волхвуя!
Всего касаясь, изначально зная...

4
Зачем же август – этот жизни вал –
Взвился и снова в осень упадает?
Ах, сколько же здесь прокатило их –
Как яблоко – мгновенно золотых?
И каждый о минувшем не узнает!..

Иль новый август помнит о былом
И правит жизнь сквозь жизни крутолом
В какой-то незакатно-ясный Август?
Иль вздымет из хтонических глубин
Карбонных монстров, монстров ли машин
Какой-нибудь еще незримый август? –
Явив времен колесный оборот
И упразднив Адамов смутный род,
Как некогда прокаркал желчный Ницше?

5
Нет, лучше уж о нем не вспоминать,
А на коленях сливы собирать
С отливом дымносизых аметистов
И видеть сквозь листвы и птичьих дуг
Как будто выгиб осмугленных рук
И отсвет взора с бирюзой стрекоз
И нежный лик за августом волос
В ветвистых тенях синевато-мглистых...

6
И все пройдет – зонты укропа, листья,
И яркость астр и роз, и август милый.
И снова все придет, а мы с тобою?

Покуда август на картонах лета...
Иль в выси той – за световой горою?
...Люби, мечтай и мельбу собирай,
Покуда август на просторах лета
С опалово клубящихся вершин –
Как Бог ли, Зверев? – в морепадах света
Льет зелень, золото, аквамарин...

Легко касаясь, бесконечно зная...

Август 1996 г.