АНТОЛОГИЯ РУССКОЙ ОЗЁРНОЙ ПОЭТИЧЕСКОЙ ШКОЛЫ СКАЧАТЬ

Елена Захарова

Сбой. Рассказ

– Надо что-то с ним делать! Вы это видели?

Министры загалдели. Премьер министр ударил по столу.

– Надо! Это какой-то абсурд. Он вообще понимает, что творит?

– Конечно, понимает, – министр по делам межпланетного сообщения заерзал на стуле. – Поэтому и творит.

Министры в унисон вздохнули. Они по очереди смотрели на часы, зависшие над столом. Синие часы сочувственно смотрели в ответ. Время играло против них, но даже часы ничего не могли с этим поделать.

– Что скажет наше уважаемое МВД? Это дело находится в вашей компетенции, не так ли?

Министр внутренних дел встал со стула, виновато глядя под ноги.

– Мы не знаем, что делать. Запретишь демонстрации – их станет еще больше. А что мы можем ответить? Он даже требований не предъявляет. Просто орет.

Премьер-министр раздраженно смотрел на свою команду. Лучшие из лучших, непотопляемые борцы, профессионалы в своих областях. А сейчас что? Гора опилок, которую бережно поливает из леечки один субъект.

– Ну?

– Что? – министр внутренних дел продолжал смотреть в пол.

– Кто на этот раз?

– Шкафы.

– Да атомный же реактор! Он и до шкафов добрался. Кто следующий? Может, сразу весь город поведет на демонстрацию? Например, в другой город.

Несколько министров грустно усмехнулись. Премьер-министр устало сел. Часы загорелись красным. Три часа.

– Тихо, – наконец произнес министр труда.

– Тихо, – подтвердил министр обороны.

Премьер-министр кивнул – и весь кабинет рванул к окну. Перед зданием правительства собралась целая армия молчаливых шкафов. Взгромоздившись на один из них, стоял рыжий глава восстания, бывший сантехник Петр. Министрам он был уже слишком хорошо знаком. Особенно его рыжие бакенбарды, концы которых он, казалось, держит во рту.

– Слышите нас? – заорал он.

Премьер-министр вышел вперед.

– Слышим. Что вы хотите?

И тут же шкафы, притопавшие сюда со всего города, заорали, загалдели и затопали деревянными ножками. Рыжий сделал знак – площадь вновь погрузилась в тишину.

– Мы хотим, чтобы это прекратилось! – снова заорал он.

Шкафы одобрительно загудели.

– Хватит притеснений!

– Да!

– Слишком низкие зарплаты!

– Да!

– Неуважение!

– Да!

– Дискриминация!

Шкафы затопали сильнее, и следующие выкрики Рыжего потонули в гвалте, как кусок грязи, брошенный в кучу навоза.

– Какая дискриминация?!

Премьер-министру дали громкоговоритель, но даже на полной мощности он еле-еле перекричал шкафы.

– У вас есть профсоюзы, право голоса и выходные! Что вы еще хотите? Скажите, и мы решим эту проблему.

– Мы хотим, чтобы это прекратилось!

Рыжему тоже поднесли громкоговоритель старого образца, из-за чего казалось, что вся его голова превратилась в рупор.

– Мы хотим, чтобы это прекратилось, – снова зарядил он.

Премьер-министр опустил руку с громкоговорителем.

– И ведь не уйдешь даже.

Министры закивали. Некоторые ушли с балкона, чтобы оставшимся было удобнее стоять.

Шкафы во главе с Рыжим продолжали демонстрировать недовольство. Премьер-министр сначала пытался разобрать, что они говорят, но в ушах всё сливалось в один звук, – и даже его он разобрать не смог.

…Вечером, когда министры собрались на очередное внеочередное заседание, правительственная линия над головами загорелась, и на связь вышел Рыжий.

– Вам всё ясно?

Премьер-министр кивнул, прикрыв глаза.

– Мы не оставим борьбу! – крикнул Рыжий и исчез.

– Когда у него следующая демонстрация? – спросил премьер-министр, глядя на задремавшие часы.

– Через три дня, – ответил министр внутренних дел.

– Кто?

– Зеркала.

– Он посуду еще не собирается выводить?

– Собирается через месяц.

– У посуды ведь тоже есть право голоса?

– Уже лет сто как. Только они ведь не голосовали никогда.

– Ох, теперь начнут. Вы только представьте, если нас поддержат только люди, мы даже в парламент не пройдем.

– Не пройдем.

– Ваши предложения?

Несколько минут министры смотрели на стол, который зажмурился от смущения. Стены сочувственно смотрели на кабинет министров.

– Можно попробовать кое-что, – почти шепотом сказал министр торговли, но на него никто не обращал внимания.

 

*  *  *

– Что же. Выбора у нас нет, – премьер-министр замер у балкона.

Министры закивали в ответ. Премьер-министр шагнул на балкон, и вместе с привычным гулом, к которому успели привыкнуть уши, его встретил резкий свет, отраженный в демонстрантах.

Когда глаза немного привыкли, премьер-министр увидел, что в каждом демонстранте отражался Рыжий. Сколько их тут? Миллион? И все они разом заорали через громкоговорители.

– Мы не отступим!

– У нас есть требования!

Несколько минут Рыжий продолжал орать. Премьер-министр ждал.

– Хорошо, – наконец ответил он.

Зеркала неодобрительно зазвенели.

– Мы сейчас же выполним ваши требования.

Зеркала затихли.

– Уважаемый предводитель демонстрации, мы хотим вручить вам от лица нашего правительства новую квартиру.

Все молчали. Рыжий не двигался, а вместе с ним и тысячи его отражений.

– Ну что же вы, – продолжал премьер-министр, – порадуйтесь за своего предводителя!

Зеркала одобрительно загудели. Отражения Рыжего зашагали. Вскоре он оказался прямо перед балконом. Премьер-министр замахнулся, чтобы бросить ключи предводителю прямо в лоб, но сдержался. К Рыжему подлетела платформа и доставила его прямо к балкону.

– Поздравляю, – премьер-министр пожал Рыжему руку. – Ну что же вы какой серьезный?! Улыбнитесь!

Рыжий улыбнулся. Раздалось несколько щелчков – фотографии со всех ракурсов для всех газет.

…от 27 марта

«Протесты наконец услышаны. Предводитель восстания обретает новый дом. Площадь ликует и сверкает».

…от 30 марта

«И разве кто-то теперь станет сомневаться в успехе демонстраций? Правительство идет на новые уступки. Предводитель получает машину на воздушной подушке. Топот столов слышен по всей области».

…от 7 апреля

«Новая манифестация, новые требования и новая победа. На этот раз легковой космический корабль. Правительство хочет откупиться? Демонстранты, похоже, чувствуют это. Будем следить за развитием событий».

…от 17 апреля

«Что это? Летающий дом? Демонстранты устали от подачек. На этот раз вряд ли больше тысячи холодильников собралось у здания правительства. Ясно одно: нужно действовать по-другому. Только вот кому…»

…от 1 мая

«День солидарности трудящихся. Знаменательный день. Казалось бы, лучше дня для демонстрации и не придумаешь. Но всего двести-триста граждан нашего города собрались у здания правительства. А что же министры приготовили на этот раз? Тур по галактике на одного. Казалось бы, вот он момент для граждан обозлиться и восстать! Но шкафы, столы, стулья, лампы просто разочарованно расходятся по домам. А их предводитель пусть отправляется в путь. Может, там он соберет новое восстание. А если соберет, то вернется ли».

Премьер-министр пригладил вырезку в альбоме. Глава правительства недолюбливал компьютеры и больше всего любил читать бумажные газеты. Самые важные вырезки он клеил в альбом. Клеем в правительстве пользовался только премьер-министр, но это была единственная привилегия, которую он себе позволял.

– Друзья! – премьер-министр поднялся со стула, который весь вечер ерзал от радости. – Поздравляю! Просто поздравляю вас. Хочу особенно поблагодарить министра торговли. Кому еще могла прийти такая удивительная идея!

Министры радостно застучали по столу. Министр торговли встал, но не нашел слов и захлопал дверцей. Министр внутренних дел зажег на груди газ, а у премьер-министра загорелась на голове лампочка. Из уха министра обороны повалил пар, а министр межпланетного сообщения запиликал. Он почти никогда себе этого не позволял.

 

К списку номеров журнала «Кольцо А» | К содержанию номера