АНТОЛОГИЯ РУССКОЙ ОЗЁРНОЙ ПОЭТИЧЕСКОЙ ШКОЛЫ СКАЧАТЬ

Николай Лобанов

Счастливчики

Родился давным-давно во Львове, а живу в Киеве. По специальности – экономист-правовед. Занимаюсь бизнесом в сфере искусств. Создатель интернет-сообществ «Артелен» и «Артелешка». Печатался в международных и отечественных поэтических альманахах. Об остальном – в стихах.

 

Ник Эль Энн (Николай Лобанов) – поэт популярный в истинном смысле этого слова: он постоянно привлекает к себе внимание не только профессионального сообщества, но может  быть уверенным, что у него есть свой достаточно широкий круг читателей, которые любят поэзию, нуждаются в живом поэтическом слове. А у него это слово поистине живое. Он мало на кого похож в своём творчестве. Есть небольшой круг тоже известных поэтов, которые выжимают из слова или сочетания слов, из идиом двойной и тройной смысл, сталкивая смыслы и порождая новые и неожиданные. В его случае слова не обязательно несут полисемическую нагрузку, хотя и это часто присутствует в его текстах, но они находят нежданное применение, оказываются в нечаянном соседстве, отчего его стихотворная речь не банальна, необычайно свежа, самобытна. Образная, метафорически разнообразная, полнозвучная, сдобренная иронией и самоиронией, парадоксальностью художественной мысли, она отражает свободу поэтического дыхания и лирическую наполненность поэзии этого автора.

Д. Ч.



 
1.
СЧАСТЛИВЧИКИ
 
Когда песок прольётся, а вода
Просыплется из рук твоих, дымясь,
То вдруг поймёшь: разлука – не беда,
А наш союз – не более, чем связь
Двух одиночеств в омуте имён –
И жить в нём, забывая про расчёт,
Не зарекаясь больше от времён,
Где нас в проекте не было ещё.
И на не страшном (тьфу, тьфу, тьфу) суде
Зло зачитают нежный приговор,
Мол, тлеть им, грешным, век в Караганде
И, каясь, пить разбавленный кагор
И, маясь, петь зелёную тоску,
Разгадывая плюшевые сны,
И приставлять отчаянно к виску
По вечерам двустволку тишины...
 
 
2.
ВЗАИМОСВЯЗЬ
 
Видя, как ночью комарик писклявый
Кровушку ближнего пьёт на халяву,
Шпанская мушка и муха цеце
Трижды под утро менялись в лице,
 
Муха цеце бормотала подружке:
Выпьем шампанского, шпанская мушка...
Мушка, бледнея, вздыхала: дурдом!
Мне бы сегодня мартини со льдом...
 
Видя подобное, нервный поэт
Взял и приставил ко лбу пистолет:
Выстрелил... Промах. И алчная пуля,
Вжикнув, снесла половину июля,
 
В август уткнулась, пространство калеча...
Жизнь насекомых. Судьба человечья...
 
 
3.
НА ПОЛЕ БРАНИ
 
Не отдадим противнику и пяди....
На поле брани ночи благодать....
«Тебя за жизнью только посылать», –
Шептала смерть, на дождь устало глядя...
 
Сходилось небо с полем – за горою,
Стояла тишина на голове,
И пули, не нашедшие героев,
Шушукались, счастливые, в траве...
 
Лежали на боку чужие страны,
Звезда алела, хрупкая, вдали,
И птицы заговаривали раны
Невыспавшейся матушки-земли....
 
 
4.
 
Апрель. Чернил и пассатижи
Достать – и прошлое ваять,
Где пролетарии бесстыже
Соединяются опять,
 
Где за душой, увы, ни цента,
И барабанна сердца дрожь,
Где пресс-бюро гидрометцентра
Пугает голым снегом дождь...
 
Так и живём тут – год за годом,
Меняя ставки и ключи,
И слово сладкое – свобода
Горчит отчётливо, горчит...
 
Жизнь – трудный путь, точнее – трасса,
Рассветов завязь и ночей...
И проповедует Саврасов
Считать по осени грачей
 
И перечитывать друг друга,
Припоминать (прости, Сократ),
Что центр замкнутого круга
И есть Малевича квадрат…
 
 
5.
МЕСТО ВСТРЕЧИ
 
Из песни не выкинешь слов,
Из слова не выбросишь букв...
Устало глядит Глеб Жеглов
На синего неба бамбук.
 
Шарапов, который горазд
На всё, не страшится греха.
И чёрная кошка окрас
Меняет по ходу стиха.
 
Души озадаченной зуд,
Убогого прошлого тень...
И Верка-модистка слезу
Роняет на завтрашний день.
 
А век беспощаден и зол,
Разруха – сестрёнка беде,
Страны трудовая мозоль –
Вещдоком на страшном суде.
 
И, выменяв звёзды на хлеб,
Герои стучатся в окно,
А зрители шепчутся: Глеб!
Мы видели это кино...
 
Прокручивай ленту вперёд,
Где поздняя осень окрест,
Где, смело прогнувшись, народ
Несёт вдохновенно свой крест.
 
Где нота беспечная ЛЯ
Сквозит ветерком в тишине,
Где мы недодали угля
Прожорливой горе-стране.
 
Крути, Глеб Егорыч, кино, –
Нам снится лишь только покой,
Мы были бы счастливы, но
Предлог нам попался такой...
 
Истории новой пути,
Судьбы утомлённый рожок.
Встречаемся в семь без пяти
У лобного места, дружок...
 
 
6.
ДУША
 
Слова раскрошила,
Любя до удушья:
Душа – это шило
И шарик воздушный...
 
Свет белый в окопе.
Лет вымокших порох...
Душа – это шёпот,
Душа – это шорох.
 
Мы – порознь, мы – вместе.
Надежд кукарача...
Душа – это крестик
Нательный, прозрачный.
 
Слипаются звёзды,
Капризна бумага...
Душа – это воздух,
Душа – это влага,
 
И хрупкая вера,
И жар – до озноба...
Пой, пассия ветра!
Пей, солнца зазноба!..
 
Напасти все – мнимы,
Освистан Иуда...
Душа – это имя
Вселенского чуда.
 
Петляет дорога,
За осенью – лето...
Душа – это Бога
Невидимый слепок....
 
Не остов, не остров,
Не точка причала.
Душа – это просто...
(Читайте сначала)...
 
 
7.
ЖАЛОБНАЯ (диптих)
 
Часть первая
 
Приговорённый к мере низшей,
Сводя с унылым прошлым счёты,
Я перечитываю Ницше,
Я пересказываю Гёте.
 
Я исцелить пытаюсь словом
Души неболдинскую осень...
Мне дали восемь зим условно
За разбазаренных пять вёсен.
 
Удач связующие нити
Тонки и жизнь – огнеопасна,
Она сплошное, извините,
Чередование согласных.
 
Она – большой пречёрный ящик,
Она – мачете и заточка,
Она, увы, набор шипящих
И амнезия многоточий...
 
Я осознал, что уготован
Не всем, кого отсюда видно,
А те, кто мной недоцелован, –
За вас мне горько и обидно...
 
Заметил как-то я, ей-Богу,
Что ложе жизни – это лажа,
Что полных лет мне крайне много,
А лет не полных – больше даже...
 
Что век подобен мелодраме,
Что тишина – всего лишь малость,
Что только старше я с годами
Лишь становлюсь, как оказалось....
 
 
Часть вторая
 
Всё это враки – чудеса,
Луна, упавшая за ворот...
Я сделал мудрый вывод сам:
Чем дальше лес – тем ближе город.
 
И, провожая поезда,
Я – тихо и не без смущенья –
Шепчу: гори, моя звезда,
Не экономь на освещенье...
 
Темнеет ночь. Звезда горит.
И, как писал поэт когда-то:
Душа с душою говорит –
И в этом сердце виновато...
 
 
8.
СТИХИ БЕЗ НАЗВАНИЯ
 
Переживая боль утрат,
Хранишь обиды – чести ради,
Век – неказист и угловат,
Быт – уязвим и непригляден.
 
Душа, осевшая на мель,
Проточной нежности кувшинки...
И западает буква эЛь
В твоей непишущей машинке.
 
Впадает солнца талый луч
В заколосившееся лето,
И тяжелеют стаи туч
Под хрупким куполом рассвета...
 
В саду приспущен алый флаг
Передоверившихся вишен
И прорастает полумрак
Сквозь покосившиеся крыши.
 
Я лгу себе – на свой же страх,
Я лгу исправно – время лечит...
Но краем сердца вижу: вечер,
Дождь, васильковая река
И ты – бегущая навстречу –
С бумажным голубем в руках...
 
 
9.
СТРАШИЛКИ О ЛЮБВИ
 
У тебя на печали – нюх,
Бесконечная морось дня....
Словографика в стиле ню,
Казуистика в духе ня.
 
Воздух тучен, как дед Мороз,
Ветер скучен, как дон Мазай,
Миллионы пернатых роз,
Разлетаясь, кольнут: банзай!..
 
Солнца бог – краснощёкий Ра
Ангажирует неба тень,
Облака же звездят с утра –
Грош-цена им в банзайный день.
 
И про мой и про твой секрет,
Про сердец сетевой ожог
Знает лишь старикашка Фет
И ещё лимонадный Джо.
 
Запасёмся любовью впрок,
Хочешь падай, а хочешь стой...
Царапнёт нас сиамский ток
Напряжением в двести ОЙ...
 
Тут за временем – глаз да глаз,
Быль о вечности – это миф.
Мой пробил високосный час!
Приезжай ко мне. Твой Калиф...
 
 
10.
ПРОВИНЦИАЛЬНЫЕ СНЫ
 
Глубинка: рытвины, столбы,
К полям – лоскут небес пришпилен,
Тосклив героев здешних быт,
А местный Бог – любвеобилен,
Беспечен и неприхотлив.......
Отходит день, сутуля плечи,
И сад – горошинами слив
Кропит задумавшийся вечер.
 
Проточна выцветшая глушь,
Сквозная полночь – безответна,
И утро лампочками груш
Перегорает незаметно.
Унынье – гонится взашей,
А жизнь и смерть – простые вещи...
Легко, как в детстве, на душе
От снов – без косточек, не вещих.
 
Въезжает солнце на коне
Во двор дряхлеющей соседки,
И разрастаются в окне
Светила огненные ветки.
Текущих лет привычен хруст:
Уйдут одни – придут другие
И облепиховая грусть –
На здешний климат аллергия...
 
Закроешь сердце: города
Предназначением высоким...
И путеводная звезда
Блуждает в зарослях осоки...
 
 
ГЛУБИНКА. ПРОДОЛЖЕНИЕ ТЕМЫ
 
Отсюда – двести лет до Мексики,
Здесь – в суете благих начал –
Ненормативны сны и лексика,
Нетранспортабельна печаль.
 
Здесь молчаливы руки смуглые...
И старики, не дуя в ус,
Убеждены: земля – не круглая,
А небо – горькое на вкус...
 
 
11.
СТИХИ  С КОРИЦЕЙ И ТМИНОМ
 
Напоминая юных дев,
Что уповают лишь на случай,
Деревья молятся, воздев
Листву беспомощную к тучам.
Распето нами на двоих
Мечты оливковое слово,
И вечер, словно конвоир,
На край земли уводит снова
Всех подвернувшихся ко сну,
Всех подвязавшихся к секрету –
И гладкошерстную луну,
И тонкорунную комету,
Полынь, мелиссу, резеду –
Плодящих злаковые сплетни,
И престарелую звезду,
И южный ветер малолетний...
Припоминая свет весны,
Отважно боремся со сплином,
Сквозную рану тишины
Врачуя эхом тополиным.
 
....В забытом солнцем уголке
Степенно дождь обходит лето...
И гаснут бабочки в руке,
И окисляются рассветы...
 
 
12.
СТИХИ С МОЛОТЫМ ПЕРЦЕМ – КРАСНЫМ И ЧЁРНЫМ
 
Мир ужасен, словно дыба...
Ночке тёмной вновь не спится,
Молчаливая, как рыба,
В небе алом тонет птица.
 
Сторож, сняв нательный крестик,
С тишиной заводит шашни
И затягивает песню
Узелком на дне вчерашнем.
 
Мир прекрасен, как ромашка,
Бог усердно шельму метит,
И родившийся в рубашке
Посыпает ветром пепел.
 
Хорошо с луной на сене,
Молодея, бить баклуши
И на ломаном осеннем
Врачевать умы и души...
 
 
13.
СТИХИ С ВИТАМИНОМ С
 
Мечты: на дальнем берегу
Цвести, читая Мураками,
И в неоплатном быть долгу
У девы с грустными руками.
 
И в пику снам, с ума сводя
Всех, подвернувшихся под сердце,
Запойной музыкой дождя
Перепевать горилку с перцем.
 
С повестки лет снимать вопрос:
Чей век отчаяннее бьётся?
И наблюдать, поморщив нос,
Как поп на курице несётся.
 
На брудершафт пить с ближней чай,
На посошок – пречёрный кофе,
Касаясь хрупкого плеча,
Обожествляя сонный профиль...
 
Обид – живительна роса.
Светает. Множатся потери.
И ночь, попавшая впросак,
Бледнея, пятится за двери...
 
 
14.
СТИХИ БЕЗ ВИТАМИНОВ
 
Приторны сны вишен.
Дождь – молодой, белый...
Тише воды, тише
Голос листвы беглой.
 
Синий рассвет выжат.
Заспанных лет лица.
Ниже травы, ниже
Небо, дома, птицы…
 
Время пока лечит,
Буднична глаз радость.
Крепче весны, крепче
Грусти твоей градус.
 
Южных ночей порча,
Долгая лав стори...
Горче тебя, горче
Чёрные сны моря.
 
Завтрашних лет чаща.
Не по плечу вера...
Слаще тебя, слаще
Только полынь ветра...
 
 
15.
НЕСКОЛЬКО СТРОЧЕК О ЖИЗНИ И ЛЮБВИ
 
До сумасшествия, до дрожи
Любить, не ведая стыда.....
Запойных лет пивные дрожжи,
И будней талая вода.
 
Мечты рассветные черешен,
Огни закатные рябин,
Блажен, кто набожен и грешен,
И неподсуден, кто любим.
 
На тополя уселось небо,
Устав над городом кружить...
Причуды века: быль и небыль.
Обыкновеннейшая жизнь.
 
Подпортив грустью мыслей кашу,
Отходит энный год ко сну,
Ты стал ещё на осень старше
И беззащитней на весну...





Ахра Аджинджал¹. «Натюрморт». Бумага, карандаш/пастель, 22х27 см. 2017 г.



К списку номеров журнала «ЭМИГРАНТСКАЯ ЛИРА» | К содержанию номера