АНТОЛОГИЯ РУССКОЙ ОЗЁРНОЙ ПОЭТИЧЕСКОЙ ШКОЛЫ СКАЧАТЬ

Александр Левинтов

Проблемы менеджмента и образования в условиях Big Data и Exponented Technology

Александр Левинтов

 

Косяк сельдей или сардин — это миллионы и миллионы особей, огромная биологическая масса, уходящая глубоко в пучину океана. Что может сделать с косяком стая дельфинов, акул или рыбаков? — ничего, разве что нажраться сама. Безропотные, немые, покорные косяковые рыбы не поддаются ни исчислениям, ни изменениям, ни управлению.

А теперь представим себе, что эта Big Data стремительно изменяется — но не под воздействием хищников, а по другим, неведомым этим хищникам, законам и причинам, в ходе exponented technologies.

Понадобилось всего два года, чтобы гигант и монстр фотобумажной индустрии Kodak, а вместе с ним и весь этот рынок, полностью исчезли с горизонта. С такой же скоростью исчезают флоппи-диски, CD, видеокассеты, мобильники, лекарства, вычислительная техника, а также целые профессии и виды деятельности. Уже сегодня нано-флешка, изобретенная израильскими студентами, способна сканировать организм человека по 250 параметрам и характеристикам, да ещё в динамике, процессуально: что делать сегодня лабораториям типа ИНВИТРО, появившимся только вчера, если завтра никто уже не будет их помнить? Меняются не только средства диагностики — меняются наши представления о человеке, а, стало быть, и сам человек, поскольку, кроме представлений о нём, мы ничего не знаем о человеке.

Ужас ситуации заключается в том, что все exponented technologies ориентированы на массовое потребление своих цацек, а потому гораздо доступнее простым косяковым потребителям, нежели хищным государствам: современный айфон в Африке (не путать с Россией) стоит всего около 10 долларов, но завтра и айфон будет выброшен в дебри джунглей и саванны, потому что он безнадёжно устареет.

На фоне этого КГБ и Яровая смотрятся просто смешно, как крокодилы на айсберге.

«ОРУА»

В методологической традиции менеджмент представлен квадригой «ОРУА»:

— организация (целей),
— руководство (людьми),
— управление (процессами),
— администрирование (нормами).

Организация даже собственных целей в условиях Big Data и exponented technology, тем более согласование целей других, возможно только в жанре goal-целей, но не target-целей, только целей состояний, но не действий:





















цели действия состояния
target векторные траекторные
goal field-цели («на ниве…») space-цели (в пространстве…)

 

Утверждается, что эпоха векторных целей окончательно прошла. Мы живём теперь в мире space-цели, даже если противимся этому и пытаемся ставить короткопробежные цели в духе rapid fair drill. В новом мире какими бы мы акулами себя ни представляли, мы — либо сельди (и уже в бочке, а не в косяке), либо слепые котята. Подлинно, space-цели — слепые цели.

Для руководства людьми совершенно недостаточно и необязательно быть маршалом, главнокомандующим или даже генералом — людей назад в лицо, как когда-то требовалось знать в лицо начальство. Дело не в Больших Начальниках Big Data, а в лейтенантах (по-немецки leutenant, то есть ведущий людей), которые теперь просто не существуют в природе.

Никто в Интернете не скрывает свои координаты, да это и невозможно, но невозможно построить на этом знании траекторию каждого, да и сам этот «каждый» не в состоянии построить собственную траекторию — он поистине блуждает в Интернете.

Попробуйте купить авиабилет или заказать номер в отеле — после этого на вас в течение нескольких дней будут обрушиваться предложения купить авиабилет именно в этот город и заказать отель именно в этом городе, но это на 100% вам уже не надо. И иначе, как постскриптум, Интернет-реклама и Интернет-маркетинг действовать не могут, а потому абсолютно бесполезны с точки зрения руководства людьми.

Управление: совсем недавняя, ещё свежая гордость от управления процессами заметно, прямо на глазах, сменяется унылым смирением — оказывается, это процессы управляют нами, технологические процессы. И тут не спасает никакая рефлексия: экспоненциально развивающиеся технологии даже думать не позволяют, что мы их обгоним и сможем ими управлять — это делается совсем другими, ни черта не понимающими, что, собственно, мы делаем, используя эти технологии.

Есть серьёзное подозрение, что эти технологии создаются не столько людьми, сколько самими технологиями, процессорами, роботами и другими сверхчеловечками

А наша мечта и задача — успеть встроиться в них, не более того.

Администрирование норм, вообще, любая работа с нормами в условиях Big Data и exponented technology становится проблематичным.

Культура, культурный код — прежде всего пакет норм, запретов и предписаний. Каждый из нас принадлежит одновременно многим культурам:

— профессиональной (хорошо, если одной, а у меня около 50 профессий);
— этнической (хорошо, если одной, но многие из нас — этнические гибриды и коктейли);
— конфессиональной (хорошо, если одной, но кто не встречал христианских агностиков, католических атеистов, исламских язычников?);
— национальной (хорошо, если одной, но многие из нас имеют два и более гражданств, в одних налоговых нормах голову сломаешь);
— семейных (хорошо, если одной, а у меня — семья, где вырос, плюс три достаточно продолжительных брака);
— и так далее.

А теперь всё это надо помножить на наше креативное сегодня и возвести в степень нашего креативного завтра, чтобы согласиться: каждый из нас — нормативное Big Data, каждый в своём роде Big Data, не поддающееся даже собственному индивидуальному администрированию. Мы все стремимся быть креативными (даже, если это нам не дано), то есть нарушителями культурных норм, догм и кодов.


Образование: кого, кто и кем?


Парадоксальная ситуация складывается в образовании.

Даже если считать, что образование — это канал освоения культуры (а оно именно таково) и, следовательно, процесс становления в человеке человеческого, мы не можем с уверенностью сказать, куда вводим человека и присутствуем ли сами в необходимом ему наборе культур.

Если это так, то куда мы его образуем?

Но если образование понятийно совпадает с профессиональной подготовкой (а, судя по всему, ровно так и понимается нами образование), то как это могут делать люди, исключённые или даже никогда не бывшие включёнными в профессиональную деятельность? Если образование равно профессиональной подготовке, то какому английскому языку, какой философии, математике и т.п. учат в университетах? А главное — кого и кем? и не напоминает ли это образовываемое Big Data косяк сельдей, терзающих растерянных дельфинов? Если не напоминает, то скоро начнёт напоминать.

Вспоминая незабвенное «с кем вы, мастера культуры?», невольно напрашивается вопрос: «кто вы, мастера образования?» и есть ли вы вообще?

К списку номеров журнала «Семь искусств» | К содержанию номера