АНТОЛОГИЯ РУССКОЙ ОЗЁРНОЙ ПОЭТИЧЕСКОЙ ШКОЛЫ СКАЧАТЬ

Андрей Торопов

Не заканчивай разговор. Стихи

   ***

 

Расскажи мне, девочка, повесть

Про настряпанные пельмени,

У меня появилась совесть

Через несколько лет сомнений.

 

Не зависит она от Бога,

И Его поминать не надо,

Небольшая теперь подмога —

Я слеплю тебе сколько надо.

 

И не буду вносить поправки,

Отвечать никому, ни дубу,

Так катается пьянь на травке

И кусает за душу губы.

 

 

        ***

 

В старый Новый год она всегда мыла посуду,

Это тоже пройдет, и я умирать не буду.

Но сбывается в Новый год хоть одно желание,

Дед Мороз не придет, но приду я — узник сострадания.

В старый год можно попросить даже злую Гингему

За язвительность нас простить под «China girl» тему.

И мы созданы друг для друга, должны быть довольны,

Притворяюсь, что я из узкого круга, что мне не больно.

Почему я это опять пишу, снова повторяюсь,

Почему я еще в стихе дышу и в стихе снимаюсь?

Сам себе режиссер, и актер, и поэт, и «Оскар»,

Не заканчивай разговор, продолжай этот вынос мозга.

 


Аморальные истории


 

       1

 

Они спали с солдатами,

Их убили солдаты,

Чувствуйте виноватыми

Себя, бравые латы.

 

Вы не справились с девками,

Даже если убили,

Стали вы однодневками,

И про вас позабыли.

 

Но в свое оправдание

Я б такое добавил:

Обернись на прощание,

Возвращайся без правил.

 

       2

 

Накатали шайб Алену Делону

Из команды с названием «Аутсайдер»,

А мы выпьем тройного одеколону

И насмотримся запретных сайтов.

 

На катке прыгучий Лино Вентура

Обошел каскадом Жана Габена,

Там, где Моника Витти — такая дура,

Комаровская Майя — совсем гиена.

 

Отдыхая мирно на кельнских водах,

Не суди искателей приключений,

Подводи итоги чужого года

Старой клюшкой с баночкою печенья.

 

       3

 

Об убитом Дзурлини

Не сказали ни слова,

Это вам не Феллини, —

Ухмыльнулась корова.

 

И не надо стараться,

Чтоб опубликовала,

Мы в одном панибратстве,

Напиши как попало.

 

И не надо носиться

С этой Соней Петровой:

На катке порезвится,

Тоже станет коровой.

 

 

 

 

       4

 

У Татарской пустыни

До глубокой старухи

Распевали «как ныне»,

Разносились, как слухи.

 

Разносились, как кеды,

Расписались в пилатстве,

Научились, как деды,

Отвечать «рад стараться».

 

А она приходила,

Все равно приходила,

Всем-всем-всем приносила,

Никого не забыла.

 


Верлибр

 

В году 88-м

Или 89-м

Я простоял в очереди

За пачками азербайджанского чая

По талонам

Несколько часов

В родном городе Каменске-Уральском

На улице

Возле одного из продуктовых магазинов

Который называли

«Магазин возле мебельного»

У меня была пятирублевая бумажка

И талоны

В очереди меня прозвали

«Мальчик с пятеркой»

 

        ***

 

И жирафы, и зебры

С пальмами на обоях

Нас хватали за жабры,

Не снимая побоев.

 

Симпатичные рифмы,

Необычные строчки,

Полуголые нимфы

И горячие печки.

 

        ***

 

Мир несчастных людей

От заката и до

Полуночных чертей,

Например, из ОДО.

У меня много мест

Золотых, молодых,

Что несу словно крест

На сутулых своих.

Памяти К.Ш.

 

На кончике языка:

«Нам ни наримас ка…»

И в желтых листьях берез

Прячется город Оз.

 

Иосиф, не повторяй,

Что город — это сарай,

Что баш — это голова,

Что золотая листва.

 

Поют себе о своем,

Никто не поймет о чем,

Два маленьких акробата:

Рюноскэ и Кавабата.

 

        ***

 

И тачанка, и четверка

Не поедут на Мальорку,

В Каппадокии — зима,

Но прекрасна Колыма.

Яковенко, Яровенко

У Евгения Туренко

Собирают каучук,

Но важнее Яремчук.

Ленинградские злодеи,

Киевские брадобреи,

И в Валенсии, и в Глазго

Князь Олег Саленко с Газзой

Затевают новый спор,

А в конце Истанбулспор.

 

        ***

 

                        Лене Сальниковой

 

Зачем убили Фила

И нескольких людей?

Сама бы попросила,

Отдали б сами ей.

 

Не помогают трупы

Расслабиться никак,

Развинчивай шурупы

И растворяйся в мрак.

 

Ты как-то равнодушно

Воспринимал умом.

Но почему-то душно

И тошно в месте том.

 

Находятся герои

На эти времена,

Их вправду было двое,

Но жизнь у них одна.

Вожатая, нельзя ли

Вокзал остановить

И на ночном трамвае

Нас в бездну отпустить?

 

        ***

 

Доведут сначала,

А затем ревут,

Держится без сала

Доблестный редут.

 

Но по переходу

Строго не суди,

Лей сырую воду

Ей на бигуди.

 

Перца или сыра

На обед ей дай,

Но вина и пива

Больше не давай.

 

И, ремень снимая,

Вешая пиджак,

Изгоняй из рая

Полный кавардак.

 

Но не сильно зверствуй,

Иногда смолчи,

Не переусердствуй,

Не переперчи.

 

Тот, кто тебя любит,

Тот уже герой,

И джедай твой будет

За нее горой.

 

        ***

 

Дочка увидела в мультике и поет:

«Едем домой, едем домой, едем домой».

Я сам, конечно, — самый смешной удод,

Только зачем вы так поступили со мной?

 

Я вам, конечно, снова не отомщу,

Я отзову и заберу назад,

Я вам любое против меня прощу,

Только вы сами вырыли себе ад.

 

В церковь сходите, свечку поставьте за

И повторяйте, бывший учитель мой:

«Желтая полоса, розовая коза,

Едем домой, едем домой, едем домой».

 

К списку номеров журнала «УРАЛ» | К содержанию номера