АНТОЛОГИЯ РУССКОЙ ОЗЁРНОЙ ПОЭТИЧЕСКОЙ ШКОЛЫ СКАЧАТЬ

Рафаэль Мовсесян

Недостающий осколок

Мовсесян.jpg
Рафаэль МОВСЕСЯН
 родился в 1987 г. в Ереване. Окончил Московский Государственный Лингвистический Университет. В 2014 г. окончил ВЛК при Литературном институте им. Горького. В 2015 г. поступил в аспирантуру Российско-Армянского (Славянского) университета (г. Ереван) по специальности «Русская литература». Публиковался в журналах «Арион», «Волга», «Знамя», «Новая Юность» и др. Лауреат ряда литературных конкурсов. Живет в г. Ереван. Работает частным репетитором. 


*** 
...я видел сегодня, 
как плачет безрукий; 
и слезы текли. 
и некому было 
их утереть... 

март 
ничего не значащие воды 
по реке плывут, как мертвецы. 
и лесные оживляют своды, 
возвращаясь, птицы-беглецы. 
и величье солнечного блеска 
на спине растаявшего льда — 
в месте том, где обрывалась леска 
и спасалась рыба иногда. 
и потом несёт одним потоком: 
воду, леску, рыбу, рыбака. 
а помимо — человечьим оком — 
не увидеть ничего пока. 

*** 
граффити на здании консерватории. 
а оттуда всё равно 
звучит музыка. 

мария снов моих 
мария снов моих стучала в дверь 
такую деревянную и осень 
слонялась позади как дикий зверь 
меж тысяч и десятков тысяч сосен 
мария снов моих она как тень 
в тени крыльца стояла у порога 
и верещал обветренный плетень 
и солнце загибалось раньше срока 
мария снов моих теперь в глуши 
отращивает косы и ресницы 
и речка под ногами мельтешит 
и вырывает по одной странице 

*** 
мы все — подброшенные в воздух; 
живём пока не упадём, 
и на лету глотаем воду 
вдруг приносимую дождём. 

прогноз погоды 
синоптики — люди в предлинных мохнатых шарфах. 
они бродят повсюду и ищут погоду на завтра. 
их легко обмануть: хоть работа лежит в небесах, 
в то же время содержит изрядную долю азарта. 
и, обмануты вновь, они лгут добросовестно нам, 
а мы слушаем их и назавтра, конечно, прощаем. 
ведь на то оно завтра. мы спим. и чувствительным снам 
будет нынче спокойно: ночную погоду мы знаем. 

из Гераклита 
мы парами бродим. на нас опускается снег. 
мы дважды заходим на лед замороженных рек. 
и ногти стрижем у детей и ведем их гулять. 
и лифт обращаем (как время) желанием — вспять. 
и шапку поправим как будто ошибку в строке. 
о, это движенье! — все в той же замерзшей реке. 
и дети в снегу, словно буквы из текста зимы. 
…и там, в послесловии, кажется, движемся мы. 

*** 
сломанные копья деревьев в спине холма. 
у женщины изо рта — слова и теплый пар. 
слышишь, как шевелится в реке тьма? 
это все варвары. слышишь? варвары. вар... 
рыбы выбрасываются на берег сами. забудь рыбака. 
рыбак - всего лишь рыбий бог. читай — слуга. 
но ты не бойся. нам еще нет сорока. 
да чего уж там — и тридцати нет пока. 
что там в воде нам никогда не узнать. и хорошо. 
не слушай, что я говорил. дыши еще. 
рыба всегда глядит на небо одним глазком. 
женщина кормит ребенка одним соском. 
и ты красишь волосы в черный не потому что седа. 
краска уходит в раковину, не оставляя следа; 
но это — в городе, где, как Иаков Бога, держишь ты мыло в руке. 
здесь же краска остается на пальцах, уносится вниз по реке. 
туда, где солнце крестится и окунается в лес. 
молодость — полабзаца из первой главы небес. 
кто же наш бог, милая? он ведь не чует беды, 
когда мы с тобой, словно рыбы, выбрасываемся из воды. 

Евтерпа 
такая тихая вода, 
что закричать в неё нет силы. 
оттуда кажется всегда 
поэты музу выносили. 
потом уже на берегу 
она болтает и хохочет. 
и для спасителя к утру 
стихи, конечно, набормочет. 

*** 
Иосиф Бродский падает в ручей. 
и там, на дне, он тушит сигарету. 
и ждет белохалаточных врачей. 
«а где больной?» — «больной? такого нету». 

*** 
одеяло запахло травой. 
я не сплю. я иду за тобой. 
но закрыты глаза. и не слышно, 
как цветет и качается вишня. 
*** 
январь. на столе неразбитый стакан. 
и хромают часы на короткую стрелку. 
мчится жизнь, и покрашенный в красный стоп-кран 
отражает на стенку 
свой с горбинкою нос. и живые 
что-то тише обычного. в небе 
тянут ангелы выи — 
не найдут мой подброшенный жребий. 

Патрокл 
Патрокл видит небо целиком, 
а значит — тьма его покрыла очи. 
…но будто жив, и думает о том, 
что этот день его всех дней короче. 
Патрокл спит и видит Илион, 
который превращается в Патрокла. 
и тишина грядет со всех сторон 
к нему, недостающему осколку. 

*** 
в бумажном городе опять идут дожди, 
и здания становятся прозрачней. 
бумажная машина новобрачных 
не успевает в ресторан к шести. 
никто не курит. рвутся фонари 
и уши пса от ветра у подъезда. 
и не находят почтальоны места, 
где на стене висят календари. 
на лицах размываются черты, 
текут глаза и волосы прохожих. 
чернила все становятся дороже, 
уже не заменяя пустоты. 
отчаявшийся ищет в рюкзаке 
нож для бумаги. не находит. после, 
считая, что бумагой быть несносно, 
он вешается в книге на строке. 
и в зоопарке звери по углам 
сидят, зевая ртом своим бумажным, 
как будто в клетках не настолько важно, 
что время тоже платит по счетам. 
и я гляжу на порванный навес, 
что давеча был назван синим небом. 
и мокнет у подъезда мякиш хлеба, 
и пес безухий мчится в мокрый лес. 

К списку номеров журнала «ГВИДЕОН» | К содержанию номера