АНТОЛОГИЯ РУССКОЙ ОЗЁРНОЙ ПОЭТИЧЕСКОЙ ШКОЛЫ СКАЧАТЬ

Азалия Балгазина

Устремленность по Ренуару. О художнике Мухамеде Арсланове

 


 


В числе художников-первопроходцев, стоявших у самых истоков зарождения театрально-декорационного искусства нашего края, можно назвать Сабита Якшибаева, Сергея Никандрова, Рината Ибатуллина. Основоположником же, первым профессиональным сценографом по праву считается Мухамед Нуриахметович Арсланов (1910–2001). Его творчеству посвящено немало аналитических публикаций. Будучи уже в преклонном возрасте, он успел оставить свои воспоминания, его небольшие, но очень ценные мемуары были опубликованы в местной печати. С любовью и теплотой он пишет о родном крае, друзьях, коллегах, спектаклях, встречах с известными людьми, в том числе со знаменитым земляком М.В. Нестеровым, годах учебы в Башкирском техникуме искусств и Ленинградском институте живописи, скульптуры и архитектуры (1930–1934; педагоги М. Бобышев, Р. Френц, В. Дмитриев). Правда, доучиться в институте ему не довелось: как скрывшего свое социальное происхождение (в 1932 г. родителей Арсланова раскулачили) его исключили. После возвращения он начал свой путь как художник театра не в Уфе, а в далеком Баймакском колхозно-совхозном театре. «Баймак, – вспоминал художник, – далеко не самое живописное место в Башкирии. Но нигде, пожалуй, не найдете вы более типичного для этой страны пейзажа, нигде не встретите народных обычаев, сохранившихся в такой неприкосновенной чистоте. Пребывание в Баймаке помогло мне глубже заглянуть в душу моего народа, ближе познакомиться с его чувствами и стремлениями». Именно в «баймакском периоде» начала формироваться характерная особенность его последующей творческой манеры – использование в решении экстерьерных декораций, живописного задника-пейзажа. Молодой и талантливый художник сумел изменить художественный облик спектаклей в самый короткий срок. Постановки стали завоевывать любовь зрителей, получили положительные отзывы московской критики на проходившем в 1935 году смотре колхозно-совхозных театров (Игнатов С. Башкирский колхозный театр //Советский театр. 1935. №4), чему в немалой степени способствовала и работа художника. А в 1936-м Арсланов становится главным художником Башкирского академического театра драмы в Уфе. Работал он в этой должности до 1944 года, и именно об этом периоде я хочу рассказать чуть подробнее.


Надо отметить, что с начала 1930-х годов Башкирский театр взял курс на изменение художественно-эстетической программы развития и стал работать по методу действенного анализа пьесы и роли: спектакли ставились на литературном башкирском языке, а труппа пополнялась выпускниками театрального отделения Башкирского техникума искусств. У руля этих перемен стоял режиссер М.А. Магадеев – первый башкирский профессиональный режиссер, решительно утверждавший принципы социалистического реализма. Вот что пишет Магадеев о художественном оформлении тех лет: «В этом сезоне в 1933–1934 гг. – Прим. авт. в театре была устроена вертящаяся сцена, что облегчило смену декораций. Прежде спектакли длились до рассвета, организация сцены была в кустарном состоянии. Строились в натуральную величину кибитки, мельницы. На материях писались сады, леса. Антракты длились до часа». Именно поэтому Магадеев продвигал Арсланова, в нем он видел единомышленника и собрата по творчеству, только с ним он связывал свои грандиозные постановочные планы. И Арсланов оправдал надежды режиссера. Уже в 1937-м, когда страна праздновала 100-летие со дня рождения А.С. Пушкина, а почти все театры ставили произведения великого поэта, театр взялся за постановку «Бориса Годунова». Это был самый первый дорогостоящий спектакль. Арсланов вспоминал: «Перед нами встал вопрос: где достать нужные материалы – парчу, меха, дорогие ткани, предметы быта. Нужно было одеть многочисленных бояр и массовку, соответствующей должна была быть и декорация. На фоне имитирующего фреску живописного задника с изображением летящих ангелов, низкую средневековую арку с двух сторон обрамляли порталы и лестницы переходов с резной балюстрадой. Арслан Мубаряков в роли Бориса Годунова говорил монолог, спускаясь с семиметровой высоты верхнего шатра. Занавес в проеме арки одну за другой открывал зрителю расположенные на вертящемся круге декорации картин: то тяжелые своды Кремлевского теремного двора, то сад Мнишек. Сцена то освещалась красным, кровавым светом, то тонула в сумраке. Но, главное, впервые на сцене театра была применена живописная декорация, цвет как средство эмоционального воздействия декораций на зрителя. Спектакль "Борис Годунов" был этапным и имел большой успех. Магадеев, окрыленный удачей, мечтал о создании еще более сложных спектаклей» (Краснова Р. «Молодые годы Мухамеда», журнал «Уфа», №4 за 2004 г.). Газета «Красная Башкирия» выразила благосклонность по-своему: «Неплохо даны костюмы, грим. Художественное оформление спектакля (художник Арсланов) в основном дает зрителю правильный орнамент для восприятия эпохи». Надо сказать, что в критических статьях тех лет мало уделялось внимания работам художников и музыкантов. Недолгой была радость сотворчества Магадеева и Арсланова, в 1937 году режиссера репрессировали, а сам Арсланов чудом избежал расправы. Культура и искусство республики понесли большие потери, не стало многих выдающихся деятелей театра, литературы, музыки. Репертуар был здорово «очищен», о «Борисе Годунове» велено было забыть…


В Башкирском драмтеатре театре художник оформил двадцать спектаклей, среди них наиболее яркие: «Отелло» У. Шекспира (1935, 1945), «Женитьба» Н.В. Гоголя (1937), «Черноликие» В. Галимова и Г. Амири по одноименной повести М. Гафури (1938), «Бронепоезд 14-69» Вс. Иванова (1938), «Гульсясяк» М. Бурангулова (1939), «Салават» Б. Бикбая (1940), «Галиябану» М. Файзи (1943), «Макбет» У. Шекспира (1968) и др. Конечно, преобладающей тенденцией в оформлении спектаклей того времени было создание вещественно-достоверной среды через использование натуральной фактуры. В 1968 году, Арсланов смело создает лаконичную театральную условность в спектакле «Макбет»: свободное темное пространство сцены, в центре которой размещен широкий ступенчатый помост, а сверху ниспадают огромные цепи как символ сковывающей Макбета жажды власти и ненависти. Даже сейчас, глядя на фотоснимки спектакля, понимаешь, что это сценическое решение имеет вневременную актуальность и сегодня смотрелось бы современно и оригинально.


Период работы в Башкирском театре драмы послужил своего рода репетицией перед настоящей, трудной, но эпохальной работой: истинный расцвет творчества Арсланова приходится на период работы в Башкирском театре оперы и балета, куда он был приглашен в 1938 году (тогда театр только открылся) с сохранением аналогичной должности в Башдраме. Таким образом, некоторое время он одновременно был главным художником двух крупных театров. С 1938-го и до 1973 года он достойно служил искусству трех муз – музыке, балету и драме, так как продолжал работать над декорациями спектаклей и в других драматических театрах. Здесь он оформил первые башкирские балеты, ставшие театральной легендой, – «Журавлиная песнь» Л. Степанова (художник также являлся консультантом в одноименном фильме, снятом в 1959 году на Свердловской киностудии), «Черноликие» Х. Заимова и А. Чугаева; башкирские оперы – «Акбузат» Х. Заимова и А. Спадавеккиа, «Хакмар» М. Валеева, «Салават Юлаев» З. Исмагилова, «Айхылу» Н. Пейко. Арсланов также оформил оперы «Демон» А. Рубинштейна, «Мазепа» и «Евгений Онегин» П.И. Чайковского, «Князь Игорь» А. Бородина, «Аида» Дж. Верди, «Кармен» Ж. Бизе, «Иван Сусанин» М. Глинки, «Борис Годунов» М. Мусоргского; балеты «Красный мак» Р. Глиэра, «Сольвейг» Э. Грига, «Шурале» Ф. Яруллина и многие другие. Глубокое проникновение в драматургический и музыкальный материал, воспевание родной природы с ее дивными красками и образами, понимание жанровых, стилистических особенностей произведения и стремление задать ему яркое, запоминающееся эмоциональное воздействие, часто граничащее с острой экспрессией и эпической мощью, – вот характерные черты театрального искусства Арсланова. Искусствовед Н. Бебинг отмечает, что наиболее сильным оружием в работах Арсланова является цвет: «Именно соотношением цвета декораций и костюмов, переходов цвета и тона он добивается максимальной эмоциональной выразительности. Его широкая темпераментная живопись, повышенная звучность красок как бы передают эмоции и ритмы музыки». А его педагог Р.Р. Френц еще в годы учебы, останавливаясь возле работ ученика, восторгался: «Ах, какой цвет и свет, как у Ренуара!» Всю жизнь эти слова оставались для мастера вдохновляющим стимулом, путеводной звездой.


Художник на протяжении всей жизни придерживался активной жизненной позиции, участвовал в выставках, не только российских, но и международных (Венгрия, Германия, Италия, Румыния, Польша, Чехословакия). В 1979 году с успехом прошла его персональная выставка в Москве. Вел он и общественную работу, избирался членом правления Союза художников СССР, преподавал в Уфимском училище искусств, Уфимском институте искусств. По достоинству были оценены его заслуги: он народный художник и заслуженный деятель искусств РСФСР, лауреат премии БАССР имени Салавата Юлаева. Работы художника хранятся в Театральном музее имени А.А. Бахрушина, Художественном музее имени М.В. Нестерова. Живо его искусство, ведь среди его учеников талантливые сценографы – А.Х.-Л. Гилязев, М.В. Копьев, И.В. Плекунов. Сын и внучка Арсланова продолжили начатое дело, стали авторитетными и известными художниками.


Завершу свой рассказ я строками из воспоминаний о годах учебы Мухамеда Нуриахметовича в Ленинграде: «На вступительные экзамены были допущены абитуриенты в основном из московских и ленинградских учебных заведений. Конкурс – семь человек на место. Увидев себя в списке принятых, я был бесконечно счастлив. Счастлив от возможности прикоснуться к шедеврам мирового искусства. В Ленинграде я встретил много талантливых людей, учился у профессора с мировым именем. Хотя было много “перегибов? в годы “пролеткульта?. Но сам революционный дух нес не только разрушение, но и устремленность к будущему высокому искусству» (из воспоминаний М. Арсланова «Ишты-Кушты», журнал «Бельские просторы», №6 2010  г.). Так и вышло: высокими устремлениями пронизано все творчество Мухамеда Арсланова, которое по сей день вселяет в нас уверенность в вечность настоящего искусства!


 


Подписи к иллюстрациям:



  1. М.Н. Арсланов. Макет декорации к спектаклю «Борис Годунов» А.С. Пушкина. 1937 г., БАТД им. М. Гафури

  2. Эскиз декорации к опере «Салават Юлаев» З. Исмагилова (сцена «У Пугачева»). 1977 г. К., гуашь, 90х100

  3. Эскиз декорации к опере «Акбузат» (сцена «Подводное царство») Х. Заимова и А. Спадавеккиа. 1974 г. К., гуашь, 75х90

К списку номеров журнала «БЕЛЬСКИЕ ПРОСТОРЫ» | К содержанию номера