АНТОЛОГИЯ РУССКОЙ ОЗЁРНОЙ ПОЭТИЧЕСКОЙ ШКОЛЫ СКАЧАТЬ

Елена Кантор

Когда взойдёт последняя луна. Стихи

Foto3

 

Родилась в Москве, окончила Московский институт химического  машиностроения, работает техническим редактором. Автор пяти книг стихов и  одной - прозы. Член Союза писателей Москвы. Публиковалась в  литературных и культурно-просветительских альманахах и журналах:  "Юность", "Литературная учеба", "Слово писателя", "Город гротеска",  "Студенческий меридиан", "У", "Истоки", "Литературные знакомства» и др.

 

* * *

 

Ты почему так долго не был дома?

Ты почему ко мне не заходил?

Живёшь со мной, как хвост   металлолома

Болтается вдоль лестничных перил.

А яблоки всё падали и гнили,

Другим везло   −  компот, варенье, сок.

Но мы с тобой о личном  говорили,

У каждого движения  −  свой срок.

Новёхонький, блестящий, как из цеха,

Сейчас дыряв, теперь в груди  −  излом.

У каждой шутки есть своя эпоха,

Давай с тобой поведаем о том.

… И яблоня в цветах, я так хотела

Не отцветать, лелеять свой цветок.

Но есть предел, хоть не было предела

Желаньям, танцам рук, скольженью ног.

А ты устал, поёжился. Брезгливо

Идёшь-бредёшь, итожишь этажи.

Я тоже, видишь, до сих пор пуглива,

Старею,  −  правда, умолчим о лжи.

 

 

* * *

 

Сорок раз подпишись на тетрадь, на  экзамен, на песнь…

В шубке выйдешь на сцену, уйдёшь в нежных снах от  бутика.

Будто что-то надел, приручил, получил, только несть

Остаётся недолго, ведь всё притупляется дико.

Будто сменится всё −   настроенье, рельеф; даже цвет,

Видишь, горький вначале, потом ослепительно сладкий.

Я всегда говорила, что «да», это может быть «нет».

Только знаки имеют свои отпечатки.

Научись отучать человека от голых идей.

Первый шаг отличить от последнего шага.

Если путь не проложен, ищи среди старых путей,

Как же ветрено всё же успеть дотянуться до флага…

Даже флаг не спасет, коли горько фальшивит гармонь…

Урони свои деньги, удачи, тетради…

Пощади самого, не лукавь, приголубь, нет, не тронь…

Уходи со вчера, даже завтра покажется сзади….

 

 

* * *

 

                    Татьяне Бориневич

 

Мы были, правда, нелюдимы,

Мы даже лютики любили,

Мы так любили, что топтали

Ногами спелые цветы…

Мы жизнь свою вели на бойню,

Она   − смешнее, чем двустволка.

Она  давно лежит на полке,

Стрелять не стоит… А любить?

Тогда и счастье в целлофане,

Как в Детском мире  −  в дефиците,

Оставьте мне минутку-две…

А дальше мысли-пассатижи,

И страх намедни, Боже, Боже,

Как я боюсь сорвать цветы…

Мы даже лютики любили…

 

 

* * *

 

Внебрачный сын больного педагога

Боится жить, как будто жизнь прожил,

А мать его  −  такая недотрога,

И говорить с ней, знает, нету сил.

Но он зато не лазал по заборам,

Не прыгал с крыш, не поджигал дрова.

Он верит в свежесть поля, радость бора.

На что б не сетовал, да,  сердце, голова

Полнеют ветром родственного счастья.

Сестра  −  березка, брат  −  пенёк, они

Уже почти порублены на части…

Он смотрит в землю, глазом не моргни,  −

Так вечность можно полюбить вслепую,

Не веря в мать, не ведая отца.

Во сне он видит мячик  −  землю голубую,

И жизнь пока не требует конца.

 

 

* * *

 

Когда взойдет последняя луна,

Такая полная, что дух захватит,

Ты вдруг поймешь,  что снова влюблена,

Увидишь скатерть…

Увидишь скатерть, а на ней вино,

Любимый тянется,  и капли пота

Со лба его стекают, как в кино,

Ты ждешь цейтнота.

Не время ждать  чудесный вкус  вина,

Ты  знаешь, это время  −   Оно.

А в голове такая жадная луна

В полнебосклона.

 

 

* * *

 

Сопоставляя след и запах,

Ты ищешь страждущих собак,

Которые бегут на запад,

А был б друг и стал бы брак…

А смысл? Найти, остановиться…

Понять, принять, хвалить за хвост.

Угрюмы пасти, строги лица,

Но ты готов на перепост,

На переписку, перекличку…

На просьбу, на любовь, привычку…

И горький лай, приняв как жажду,

Ты можешь ошибиться дважды,

Поверив в цепь и отпустив

Рождённый  рык, забытый  стих.

 

 

* * *

 

И день, когда не слажена работа,

Безбожен стебель- злыдень и цветок,

Который сорным стал, а  поливать  −  забота…

Забыты  −  берег, плащ и водосток.

 

И дом, почти чужой, почти  −  родимый,

Плыви ты, жизнь, под  адское бревно…

Я не могу тебя отдать, найти мне

Иное бремя,  это…   Всё равно…

 

Искать часы и дни, искать поспешно,

Наделать волдырей и пауков….

Мне не смешно, мне  будет безутешно…

За каждой шторкой стоны стариков…

 

За каждой выпиской-бумагой - кровопийца.

А мне уже не лето, чтоб любить.

Бороться за себя или  забыться.

Дурное время, чтоб его копить.

 

Накапливать, плеваться в древо судеб…

Себе дерзить  - такое естество.

И дорожить тем робким, что разбудит

Иное осмысление всего.

 

 

* * *

 

Насколько суровы игры, насколько суровы души,

Насколько суровы судьбы, ты их послушай…

Насколько суровы просьбы,

Ты вправе и отказаться.

А так, настучать и бросить…

Куда поползли абзацы?

Не видишь, кругом − мерзавцы,

Но, может, и очевидцы.

Куда же теперь деваться?

С кем биться?

 

 

Мантра 2014

 

Мне кажется, что я уже не жду:

Ни рослый камень, ни густую глину…

О Господи, давай тебя покину…

Уйти на высоту иль в глубину…

Неважно, главное, я сгину…

И боль, и гнев с собою уведу.

Мне скажут, ну, послушай, оставайся,

Меняться нужно, ну, так ты, меняйся…

И просто радуйся, не преклоняйся

Ни перед взором зверским, алчной речью…

Ни перед взглядом сладким, будто чудом.

Я говорю, что я уже не встречу

Того, которого забуду.

А жить по-старому я не смогу, - не буду.

 

 

* * *

 

Окстись и отвечай, поверь, что было чудо,

И бежевая шаль и бежевая ночь….

Блаженны, кто творят и отворят, покуда

Ты взаперти живешь, но  в дом войти не прочь…

И в дом войти, чтоб тень заплакала на стенах,

Улыбку приберечь для сумеречных дел.

Но утро настает и спросят, что ты сделал…

Творил, когда желал, входил, когда хотел.

Благое или блажь, боязнь  −  одна забота.

И тень , и смуглый день как  выбор на крыльце.

Войди и отворись, поверь   − это  работа…

И день, и ночь, и  жизнь    в одном сплошном кольце.

 

2014 г.

 

 

К списку номеров журнала «Кольцо А» | К содержанию номера