АНТОЛОГИЯ РУССКОЙ ОЗЁРНОЙ ПОЭТИЧЕСКОЙ ШКОЛЫ СКАЧАТЬ

Марина-Ариэла Меламед

О чём молчит веретено

 

 

*  *  *

Сегодня было лето

Часа примерно в два.

Как будто у планеты

Кружилась голова,

И шлялись босиком мы

По летней лебеде,

Забросив аксиомы

Куда-нибудь и где.

 

А завтра – снова осень,

И холод, и озноб,

Мы лишнего не просим,

Не расслабляться чтоб…

Хотя, признаться честно, – 

На улице весна.

Не каждому известно,

Что это всё она…

 

*  *  *

Косые тени на переулок,

Косые строчки, базар-вокзал...

А голос тонкий, а голос гулок,

А голос плачет – «Я опоздал...»

 

Моя машина и мой автобус,

Зеленый поезд, вагон-перрон,

Кораблик белый и синий глобус,

Каких теперь мне считать ворон...

 

Кому расскажешь, куда податься,

Какие птицы теперь летят,

Скажите, братцы, как расставаться...

И сон дорожный дождем распят.

 

Поет кузнечик и ветер дальний,

Веселый ветер не угасал...

Да продержусь я, там дом хрустальный

И цвет зеленый, базар-вокзал...

 

 

*  *  *

Как насвистывает ветер улетевшею запиской,

Над высокими холмами раздувая паруса.

Едут люди в дилижансе, в шляпе, может быть, английской,

Или ходят по Парижу, различая голоса.

 

Человеку нужен чайник или, да, бутылка виски,

Человеку бы неплохо поглядеть через окно –

Кто болтается в тумане далеко, а может, близко,

И о чём играет лютня и молчит веретено?..

 

Всё о том, что сам ты чайник и мобильник тоже сам ты,

Сам себе ночной компьютер, телевизор тоже ты.

Потому что в этой сказке мёд стекает по усам-то,

А в не-сказке тоже много несказанной красоты...

 

*  *  *

Ты беспечность заменяешь на вечность,

А бессрочность заменяешь на прочность,

Ты включаешь позабытую млечность

Там, где бродит неумытая склочность.

 

Что за сумрак пробежал на неделе –

Никому не рассказать, не поведать,

Я стучался, только вышло на деле,

Что приснился наяву, пообедать.

 

Ну, а что, и пообедать непросто –

Это нужно встать и снедью заняться,

И умыться, и немного прибраться –

И какого стать неважного роста...

 

Ненадежного рассвета комочки

Вылетают из нежнейшей пустыни,

И по-прежнему, смотри – небо сине...

И оттуда пробиваются строчки...

 

*  *  *

Летят зеленые попугаи –

Не на Гаваи, не на Гаваи...

На перекресток, на крышу дома –

По метроному до автодрома...

Окно раскрыто, волшебный полдень

На что-то годен и даже голден...

Приходит вечер, и свет беспечен,

Ты быстротечен и бесконечен...

 

ОСЕННЕЕ

 

1

 

Где-то начинаются сонаты,

Легкие осенние листы.

Люди по-осеннему одеты,

Небеса по-летнему чисты.

А душа прощается с причалом,

А душа и теплится едва...

У нее закончились печали,

У неё закончились слова.

 

2

 

Смотри, гуляют на рассвете

Собаки, мысли и слова,

Покуда не проснулись дети

И не умылась голова.

Растут народы в огороде,

Словам покоя не дают.

А мысли тихо на природе

Все о своем чего-то пьют.

 

*  *  *

Восходит день с восьмой попытки,

И пульс умчался без оглядки.

Такой восход, такие грядки,

Ну просто солнечные слитки...

Синеет море за бульваром

И шарик вертится покуда...

Хотя тут лето, жар, простуда,

А счастье вдруг, а счастье – даром...

Нам тридцать лет – всегда и снова,

И пробежаться по песочку...

А если что – меняем строчку,

К абзацу мы всегда готовы…

На грядке – всё, гляди, в порядке.

(Мы с подсознаньем не в убытке...)

Восходит день с восьмой попытки,

И пульс умчался без оглядки…

             

 

 

 

 

*  *  *                               

                                                       Ни о чём не жалеть...

                                                                       Евг. Клячкин

 

За окном начинается ливень вчерашних надежд.

За окном барабанят по вечеру капли-мгновенья.

Ни о чем не жалей никогда. Ни о чем помолчи.

А тропа как тропа – то ли волчья, а то ли оленья.

 

А слова как слова – то ли ранят, а то ли поют.

Хотя что там слова – мир вращается только любовью.

То ли смерть, то ли жизнь, и в кораблике малом уют

Как скользит по волнам, направляясь куда-то к зимовью.

 

Кто о чем разболтал небесам сокровенный секрет,

Кто идет, нагибаясь за каждой монеткой упавшей,

Кто несет этот бред, – барабанят мне капли в ответ.

День ушел во вчера, так опять ничего не сказавший...

 

 

*  *  *

                                                    Натали Валье

 

И удивительная жизнь, и дом с камином...

Подземный сад, цветущий бог и цвет карминный,

Карманный рай. Там наудачу день зелёный,

Как будто сон, как будто счастьем опаленный...

 

Все неотчетливо, как в призрачном альбоме, –

На склоне дня мерцает сумрак в этом доме,

На склоне вечера светильник возгораем,

Себе и другу в полусне стихи читаем...

 

А где-когда, в каком краю все так бывало,

Не говори, молчат слова и время встало.

Мы разлетелись в сентябри поодиночке

И вслед за летом наборматываем строчки...

 

 

 

 

К списку номеров журнала «Литературный Иерусалим» | К содержанию номера