АНТОЛОГИЯ РУССКОЙ ОЗЁРНОЙ ПОЭТИЧЕСКОЙ ШКОЛЫ СКАЧАТЬ

Григорий Писаревский

Как Фрэнк и Стив поссорились и помирились

 Дом, в котором Фрэнк жил со своей женой Мэгги, располагался в небольшом уютном городишке на севере Пенсильвании, на тихой улице, густо поросшей платанами и сиренью. Фрэнк, много лет проработавший в фармацевтических компаниях, недавно вышел на пенсию. Теперь он делил своё время между интернетом и гольфом. Минуло уже несколько лет с тех пор как дети выросли, стали самостоятельными и покинули родительский дом. Сын с женой перебрались в Мэриленд, потом оказались в Кентукки – туда переместилась фирма, где сын работал в отделе информационных технологий. А дочь ещё училась – зарабатывала степень магистра в качестве дипломированной медсестры во Флориде. Там и планировала остаться после университета. Говорила родителям, что во Флориде никогда не будет недостатка в пациентах.


           В соседнем доме проживала другая пара примерно того же возраста – Стив и Кэти. Раньше Стив служил полицейским детективом в Филадельфии, но уже лет восемь как вышел на пенсию. Он увлекался коллекционированием юбилейных монет и спортивной стрельбой из пистолета. У Стива и Кэти было две дочери, и обе жили за границей. Старшая, Мерил, вышла замуж за канадского бизнесмена и переехала в Ванкувер, а младшая, Гвинет, каждые два-три года перебиралась с места на место с детьми и мужем, офицером морской пехоты, который последнее время служил на Окинаве.


Фрэнк и Стив были друзьями в американском понимании этого слова. Они частенько беседовали по несколько минут во время стрижки травы на своих аккуратных газонах или когда одновременно выставляли к бордюру мусорные баки. Разговор шёл в основном о погоде, бейсболе, футболе и ценах на бензин. Их жёны тоже любили обменяться парой слов от случая к случаю, и продолжались такие беседы по полчаса или чуть больше. О чем разговаривали дамы, остаётся тайной, но домой они всегда возвращались оживлёнными и в повышенном настроении. Каждая не раз говорила мужу, что их соседка – замечательная женщина.


            Однажды, после снежной бури, когда у Фрэнка сломалась снегоуборочная машина, Стив самолично очистил соседу весь участок. А Фрэнк порекомендовал Стиву своего дантиста, и теперь они иной раз пересекались во врачебном офисе. Вот, пожалуй, и всё. Никаких кухонных посиделок за стаканом виски со льдом или, скажем, мартини, у них не происходило. Да и вообще Фрэнк предпочитал пиво.


            В общем, Фрэнк с Мэгги и Стив с Кэти представляли собой две типичные американские пары среднего класса, в достатке и согласии живущие в спокойном городке.


            У Фрэнка имелся кот Багси, рыжий и нахальный персидский красавец, получивший своё имя в честь известного бандита Багси Сигела, основателя игорного бизнеса в Лас-Вегасе. Кот любил проводить время на задних дворах у соседей в округе. Иной раз кот забредал на участок Стива и получал от него дружеское приветствие и пару почёсываний за ухом, а от Кэти кучу ласковых слов и несколько кусочков тушеной говядины или сосиску. Поэтому умный кот никогда не делал свои дела на их участке. Для этих целей он переходил на соседнюю улицу и устраивался на заднем дворе одного китайца по имени Джек. Джек не любил котов, и Багси, само собой, платил ему той же монетой. 


           А у Стива обитал в большой клетке с удобной жёрдочкой трёхцветный попугай по имени Лумумба. Фрэнк видел попугая несколько раз, но совсем не интересовался птицами и не знал, что Лумумба –  попугай говорящий. Дело в том, что Стив не любил хвастаться, а жёны о попугаях вообще не говорили. У них всегда находились темы поинтереснее.


 


Как-то раз у Стива возникли затруднения – в Огайо умер его дядя, брат отца. Стиву и Кэти предстояло срочно лететь на похороны. Отдавать попугая в “отель для животных” совершенно не хотелось – Лумумба являл собой существо весьма чувствительное и ранимое, с тонкой психикой. И Стив, вообще-то не любивший прибегать к чьей-то помощи, скрепя сердце попросил Фрэнка приютить своего любимца на пару дней.


Фрэнку не особенно улыбалось брать на попечение экзотическую птицу. Конечно, попугай не собака, выгуливать его не нужно. Но всё-таки, думал Фрэнк, придётся чистить клетку, да и шум птица может поднять посреди ночи. А ещё Фрэнк предполагал, что кот Багси вряд ли проявит гостеприимство к новому постояльцу. Впрочем, Лумумба обитал в клетке с узкими проёмами между крепкими металлическими прутьями, и Багси не мог причинить ему вреда. Да и Мэгги доходчиво объяснила мужу, что соседу нужно помочь, тем более что летит он на похороны, а не, скажем, на курорт. А Фрэнк не привык спорить с женой. Он давно усвоил народную мудрость, гласящую, что “когда жена довольна, тогда и жизнь привольна”.


            Надо отметить, что Фрэнк и Стив, подобно многим американцам, на всякий случай никогда не затрагивали вопросы политики. Поэтому старина Фрэнк был несколько ошарашен, когда попугай, освоившись на новом месте – а Фрэнк подвесил клетку на длинной цепочке к потолочному вентилятору в бывшей спальне сына – склонил голову набок, уставился на Фрэнка яростным оком и заорал без всякого повода:


            – Долбаные либерасты!


            – Это ты о ком? –- поинтересовался Фрэнк, удивленно покачав головой, – не о демократах ли?


            – К свиньям собачьим дерьмократов! – немедленно выкрикнул Лумумба и щёлкнул клювом.


Надо сказать, что Фрэнк как раз и придерживался весьма либеральных взглядов. Например, он полагал, что президент Трамп – расист, шовинист и враг женщин, хотя и не мог, несмотря на свою степень магистра фармакологии, внятно объяснить, почему Трамп заслуживает все эти нехорошие эпитеты. Фрэнк, как и большинство читателей “Нью-Йорк Таймс”, просто предполагал, что любому “непредвзятому” человеку подобные вещи априори очевидны. И тут такой неприятный сюрприз от соседа, по всем признакам всегда производившего впечатление порядочного человека.


– Ты знаешь, дорогая, какие дикие взгляды у наших соседей? – сокрушённо сказал Фрэнк жене, перекладывающей бельё из стиральной машины в сушильную. – А с виду вроде бы приличные люди.


И он поведал Мэгги о безобразных высказываниях Лумумбы, наверняка почерпнутых у его хозяев. Ведь попугай вряд ли мог самостоятельно сочинить фразы такого рода. А его хозяева набрались консервативного вздора, скорее всего, от Fox News.


– Мне неизвестно, как обстоят дела с мозгами у твоего Стива, – отозвалась жена, взглянув на Фрэнка из-за сушки, – а Кэти я до сих пор считала вполне нормальной бабой. Но если они сторонники Трампа, расиста, шовиниста и ненавистника женщин, нам с ними больше  делать нечего. Я не общаюсь с такими.


– Ты абсолютно права, дорогая, – кивнул Фрэнк.


Вечером жена, как обычно, устроившись с блюдечком овсяных крекеров напротив 60-дюймового телевизора в “семейной” комнате, приготовилась насладиться очередной серией “Игры Престолов”. Телевизор они с мужем смотрели раздельно. Фрэнк предпочитал спорт или политические новости. Он взял на кухне пакетик солёных фисташек и поднялся наверх. В спальне у них с Мэгги стоял новый Samsung, но смотреть его можно было только лёжа на кровати. Укладываться ему, однако, пока что не хотелось, и Фрэнк отправился в комнату сына, где после его отъезда оставался небольшой Sharp. Разыскав дистанционный пульт, Фрэнк включил свой любимый CNN. Экран заполнило псевдо-аскетическое лицо Андерсона Купера, который, наморщив лоб, с весьма озабоченным видом что-то разъяснял телезрителям с места событий.


– Опять этот чёртов гомик расквакался! – тут же заорал попугай.


– Цыц, замолчи! – прикрикнул на Лумумбу возмущённый Фрэнк. – Андерсон Купер – один из лучших телеведущих Америки. Он знает, что говорит и вообще большой молодец.


С этими словами Фрэнк, фиксируя попугая-консерватора осуждающим взглядом, картинно нацелил на него указательный палец правой руки и строго спросил:


– Ты понял?


Лумумба, склонив голову набок, неуверенно поглядел на Фрэнка, переступил с ноги на ногу на своей жёрдочке, щёлкнул клювом и хрипло произнёс по слогам:


– Мо-ло-дец! Мо-до-дец!


– Вот так-то лучше, – улыбнулся Фрэнк, – хорошая птица. Не будешь болтать глупости, дам тебе пару вкусных орехов.


Попугай нахохлился и замолчал. Фрэнк переключился на MSNBC.


– А сейчас – с напором заговорила с экрана голова Рэйчел Мэддоу, – на основании всего сказанного мной давайте вместе решим, чего у Трампа больше: расизма, грубости или некомпетентности.


– Трамп – полный идиот, – поделился Фрэнк своим мнением с попугаем.


– Идиот! – подхватил сообразительный Лумумба. – Тр-р-рамп идиот! Тр-р-рамп идиот!


– Вот теперь ты наконец разобрался в политике, – похвалил Фрэнк попугая, подошёл к клетке и высыпал ему в мисочку для еды несколько фисташек. Лумумба охотно склевал их, повернулся боком и подставил Фрэнку шею, чтобы тот её почесал.


 


Через три дня вернувшийся с похорон Стив явился за своим любимцем. Он дружески поздоровался с соседом и поблагодарил за помощь. Фрэнк весьма сухо ответил на приветствие и вынес ему клетку с попугаем. Лумумба, привыкший к новому жилищу, тоже не изъявил особой радости при виде хозяина. К тому же, у него, возможно, оставалась обида на Стива, по непонятной причине исчезнувшего из жизни попугая на несколько дней.


– Кто это пришёл, honey? – осведомилась Мэгги из бейсмента.


– Почтальон, – крикнул Фрэнк и бросил на Стива выразительный взгляд.


Удивленный Стив пожал плечами и, подхватив клетку со своим подопечным, ушёл, не прощаясь.


В тот же вечер попугай не упустил возможности поделиться со Стивом своими новыми взглядами на политическую ситуацию в стране. Услыхав имя Трампа от Руди Джулиани, приглашённого Fox News для очередного интервью, Лумумба сверкнул глазами и гаркнул:


– Тр-рамп р-р-разрушает Амер-р-рику! Позор-р-р!


Стив и Кэти в недоумении глянули друг на друга. За считанные дни их любимец переквалифицировался в либерала! Стив понимающе кивнул, подошёл к клетке и набросил на неё полотенце. Попугай замолчал и вскоре уснул.


Теперь соседи при встрече молча кивали друг другу, не потрудившись даже изобразить на лице улыбку. Женщины прекратили свои доверительные беседы. Обе неохотно признались мужьям, что допустили ошибку в суждениях и на самом деле их соседка – весьма малоприятная особа. Фрэнк, разумеется, сразу согласился, а Стив только молча пожал плечами.


 


Так продолжалось несколько недель. В один тёплый вечер, когда звёзды дружно засияли на весеннем небе, Стив выставлял мусорный бак к бордюру и услыхал шуршание маленьких колёс на соседнем драйвее. Фрэнк исполнял тот же еженедельный ритуал. Стив аккуратно установил свой бак на обычном месте, в пяти футах от драйвея, и решительно двинулся в сторону соседа.


– Эй, Фрэнк, – окликнул он. – Как дела?


– Прекрасно, – сухим тоном отозвался Фрэнк. – А твои?


– Всё хорошо, – сказал Стив. – У тебя есть минута?


– Есть, – с некоторой опаской ответил Фрэнк.


Стив приблизился к соседу и с улыбкой взглянул ему в лицо. Фрэнк насторожился.


– Слушай, дружище, – произнес Стив, – я тут кое о чём подумал. Мой Лумумба провёл у тебя три дня и стал талдычить всякие вещи, которых наслушался в твоём доме от CNN. А теперь, всего через пару недель, он опять повторяет то, что слышит у нас дома на Fox News или из всех этих видео, которые нам присылают друзья по электронной почте.


– Меня это не удивляет, – ответил Фрэнк.


– Верно, – продолжал Стив. – Так вот, не кажется ли тебе, что и мы ведём себя как попугаи? Повторяем то, что слышим на экране от говорящих голов. А ведь ты и я – два неглупых парня, каждый со своей собственной черепушкой на плечах, и притом добрые соседи. Давай пошлём к чертовой матери всех этих политиканов и их бред! У них в Вашингтоне своя жизнь, а у нас здесь своя. Согласен?


И он протянул Фрэнку руку. Фрэнк, секунду поразмыслив, улыбнулся и ответил рукопожатием. Стив дружески хлопнул его по плечу.


– Ты смотрел последнюю игру Philadelphia Eagles? – поинтересовался он.


– Ещё бы, – ответил Фрэнк, сияя. – Крис Лонг был в ударе!

К списку номеров журнала «ВРЕМЕНА» | К содержанию номера