АНТОЛОГИЯ РУССКОЙ ОЗЁРНОЙ ПОЭТИЧЕСКОЙ ШКОЛЫ СКАЧАТЬ

Борис Майнаев

Киргизия в лицах. Цитаты и комментарии. Окончание

 

23 мая. Сатыбалды Джеенбеков. Депутат:

– Мне, чисто по-человечески, было стыдно во время этой поездки. Портреты, толпы, возвеличивание до небес. Не поклоны и целование руки нужны нам, а серьезная работа, чтобы вытащить страну из пропасти. А тут мелкая возня вокруг власти...

 

Фарид Ниязов. Руководитель пресс-службы президента:

– Президент был возмущен безобразием, которое увидел на юге. Нас встречали «потемкинские деревни», а народ едва сводит концы с концами. Коррупция и кумовство разъели до основания все. Президент сделает соответствующие выводы из этой поездки.

 

Может быть, Акаев и возмущался в узком кругу своих приближенных тем, что видел на юге. Но ни в газетах, ни на телевидении он, ни единым словом, не обмолвился о своем недовольстве. Я уже не говорю о том, что строитель потемкинских деревень по-киргизски, «проказник», Джаниш Рустембеков спокойно остался на своем месте, и в его сторону не было сказано ни одного слова с отрицательным оттенком. Джанишу еще предстояло провести референдум или выборы, это куда кривая вывезет, во вверенной ему области.

А «народное» движение набирало обороты. Во всех областях, городах и районах были, с благословения глав президентской администрации, созданы комитеты, занимающиеся пропагандой движения по продлению полномочий главы государства. Их снабдили документами, заверенными властями и правоохранительными органами, дающими право ходить по домам, собирать подписи и агитировать в пользу проведения референдума. Дело дошло до абсурда: администрация Акаева утверждала, что к этой «стихийной» акции никакого отношения не имеет, а на бланках, отпечатанных на «народные пожертвования», стояли печати министерства юстиции страны. В столице всех учителей обязали обходить жилые массивы и собирать подписи в пользу президента. Для этого кого-то из педагогов не пустили в отпуск, а кого-то отозвали.

Еще больше безобразий творилось в областях.

Теперь по-другому заговорил и пресс-секретарь Камиль Баялинов. Это довольно интересная личность. Из экскурсоводов музея он, сын министра культуры Советской Киргизии, стал собкором «Комсомольской правды» по Киргизии. Его статьи всегда были интересны, неординарны, полны сарказма и критики в адрес властей. Камиль даже в советское время всевластия КГБ ничего не боялся. Молодой человек, опираясь на достаточно влиятельный клан, мог критиковать кого угодно. Как-то за пиршественным столом один из руководителей столичного горкома партии сказал мне доверительно по поводу одной из последних статей Камиля: «Если бы это написали вы, то вас просто убили бы, а ему можно».

Тем удивительно было для нас, знавших его журналистов, неожиданное перемещение Баялинова сначала в руководители        пресс-службы, а затем в пресс-секретари Аскара Акаева. «Ничего в этом экстраординарного нет, –  сказал мне один из журналистов, знавший Камиля еще со школьной скамьи, –  он понял, что в этом мире важна не правда, а деньги».

 

Камиль Баялинов. Пресс-секретарь Акаева:

– Аскар Акаевич лишь выполняет волю народа. Если киргизстанцы захотят, чтобы президент вышел на референдум, то, что он может поделать против воли своего народа?! Сам же Акаев, как истинный демократ, не хочет этого референдума. Он уверен в себе и своей программе, и готов пойти на выборы.

 

А вот лидеры парламента думали по-другому.

Мукар Чолпонбаев. Спикер Законодательного собрания лишь поздно вечером нашел для меня время. Как человек, воспитанный советской юридической школой, он прекрасно знал, чего хочет власть и чего – исполнители:

– Идти на нормальные выборы в нынешней обстановке, значит поставить страну на грань гражданской войны. Только что прошедшие выборы в парламент показали, что среди людей, рвущихся к власти, есть немало богатых и достаточно влиятельных политиков, которые ради собственных интересов готовы пожертвовать не только десятком-другим человеческих жизней, но и начать настоящую войну против своего народа. Поэтому интересы страны требуют, чтобы у власти остался нынешний президент.

 

Алманбет Матубраимов. Спикер палаты Народных представителей. Вчерашний заместитель премьер-министра, он прошел длинную вереницу производственных должностей. Матубраимов, хороший организатор, промышленник, мог бы больше пользы принести в правительстве. Повсему, он и надеялся на это, но посчитал, что в данной ситуации перечить президенту не стоит, а должность спикера не помешает его карьере. Прогматик. Он придерживался прямо противоположного мнения, которое и высказал мне:

– Сейчас не время проводить референдум. Нам не нужны эти лишние расходы. Кроме того, я считаю, что альтернативы Акаеву сейчас нет. Поэтому ему нечего опасаться, и он может спокойно выходить на намеченные на 96-ой год выборы главы Кыргызстана, не торопя события.

Но не таков был план администрации. Там знали, что каждый день усталый народ республики разочаровывается в Акаеве. На улицах уже поговаривали, что президент Киргизии чем-то стал походить на Горбачева: разговоров много, обещаний еще больше, а жизнь становится все тяжелее и просвета впереди не видно.

    Кроме того, непомерные расходы, связанные с проведением празднования 1000-летия эпоса «Манас», могли окончательно утопить едва дышащую экономику страны, а новый виток обнищания населения – усилить антиакаевские настроения. Поэтому команда президента решила предусмотреть и этот вариант.

9 июля. Э. К. Работник администрации президента:

– «Шеф» создал восемь групп по подготовке выборной кампании. Мы работаем в двух направлениях. Одно – референдум, другое – нормальные выборы. В любом случае проигрывать мы не намерены, в крайнем случае, выкинем что-нибудь этакое...

 

Одновременно с этим разгоралась борьба за будущий престол и на вершине власти. Особенно популярным методом уничтожения друг друга стала «утечка» информации. Любые шаги вокруг Олимпа тут же становились достоянием общественности.

Только один пример. Вечером собрался семейный совет из семи ближайших родственников свергнутого спикера Медеткана Шеримкулова. Утром обо всем, что там говорилось, уже знал я, а через день – вся республика.

9 июня. Д. Работник администрации президента:

– Апас (Джумагулов, премьер-министр – Б.М.) нашел общий язык с «чуйцами» и «южанами», но самое удивительное, что он замахивается на «Самого»!

 

Видимо, все стороны имели своих лазутчиков не только в стане противника, но и широко использовали самую современную технику подслушивания.

 

26 июля. Камиль Баялинов. Пресс-секретарь президента:

– Вот проведем юбилей и начнем побоище на седьмом этаже. Разгоним половину этих сук-взяточников.

Интересно, что на седьмом этаже располагались кабинеты только первых лиц государства: президента, главы правительства, спикеров парламента, членов Совета безопасности...

26 июля. Б. Маликова. Журналист, к которой Аскар Акаев относился с особой теплотой:

– Вы знаете, что имел в виду Аскар Акаевич, говоря о коррупции, добравшейся до седьмого этажа дворца?! Он говорил о премьер-министре. Есть факты, что Джумагулов замешан в махинациях со спиртом фирмы «Бакай-Ата». Кроме того, во главе фирм «Таня» и «Эридана» стоят его ближайшие родственники.

 

10 августа. А. И. Один из приближенных министра обороны Мырзакана Субанова:

– На днях в очень тесном кругу Мырзакан сказал Апасу (министр обороны – премьер-министру – Б.М.), что если маятник качнется в другую сторону, то он поддержит его.

 

Эта беседа, как мне потом удалось выяснить в разговоре с одним из особо приближенных к президенту лицом, состоялся в сауне и была записана, но сотрудник, которому было поручено расшифровывать записи, случайно (?!) не обратил внимания на эту фразу, вернувшись к ней только через несколько дней, уже после того, как я попытался проверить ее истинность и, похоже, невольно заострил на ней внимание.

Было похоже, что в этот раз, как было на рубеже развала Союза ССР, пост главы государства просто так в руки Акаева не упадет. Но что же сам великий стратег и вершитель судеб, народ, именем которого делают и высокие, и низменные дела?!

21 августа 1995 года. Фарид Ниязов. Руководитель пресс-службы президента:

– Уже собран один миллион сто шестьдесят две тысячи подписей в поддержку референдума по продлению полномочий главы государства. Это 52 процента избирателей страны. В Иссык-Кульской области за это проголосовали 63,8 процента избирателей, в Нарынской – 64,6; Таласской – 66,8; Чуйской – 54,3; Ошской – 54,1; Джалал-Абадской – 43,4; Бишкеке – 40 процентов взрослого населения.

Президент с пониманием относится к народной инициативе и хочет осенью, сразу после празднования 1000-летия «Манаса», начать консультации по поводу референдума. Он твердо намерен выполнить волю народа.

 

28 августа. Юруслан Тойчубеков. Депутат.

– Это не просто нарушение всех норм демократии, но и обычное нарушение законов нашей страны. Я своими глазами видел, как старикам не выдают пенсий, а рабочим заработной платы, если они не подпишут Обращение к Акаеву о продлении его полномочий.

 

Так приближенные «демократа» Акаева костлявой рукой голода загоняли свой народ на отведенные тому трибуны статистов. Закрытие газет, гонения на инакомыслящих, заданные цифры референдумов, выборов и прочее - вызвали негативную реакцию к политике администрации Аскара Акаева не только среди наиболее активной части местной общественности, но и зарубежных партнеров.

Определеннее всего по этому поводу высказалась, по заявлению пресс-службы парламента, Чрезвычайный и Полномочный посол США в Киргизии Эйлин Мэллой. В апреле она встретилась со спикером Законодательного собрания Мукаром Чолпонбаевым и сказала, что если таким образом президент Акаев намерен продлить свои полномочия, то это откат от демократии.

Мне кажется, что наиболее точную оценку и самому характеру Аскара Акаева и его действиям дал его бывший соратник, спикер первого парламента независимого Киргизстана Медеткан Шеримкулов в своем открытом письме. Оно было опубликовано в газете «Республика» 15 августа 1995 года.

 

 

 

 

 

9.   «Изощрен и коварен»

 

Вот оно это письмо:

«Господин президент!

Кыргызстанцы впервые за многовековую историю нашего народа отмечают 1000-летие эпоса «Манас». Дух и образ великого Манаса священен для каждого кыргыза. Поэтому каждая кыргызская семья, каждое село и коллектив стремятся по мере своих сил и возможностей отметить эту значительную дату. Но в обществе всегда находились определенные силы, которые старались испортить бочку меда ложкой дегтя.

Вот и сейчас, накануне юбилея, почти во всех регионах республики шныряют так называемые инициативные группы по сбору подписей для проведения референдума по продлению полномочий Президента А. Акаева до 2001 года. Эту кампанию нельзя назвать иначе, как грязной и не достойной порядочных людей, политической спекуляцией духом великого Манаса в личных, корыстных целях.

Поневоле возникает вопрос: неужели трон под Президентом настолько расшатался и стал зыбким, что его окружение вынуждено идти на такие неконституционные шаги перед большим праздником? Неужели напрочь отброшено любое понятие морали и чести ради властолюбивой прихоти одного человека – Президента?

Ясно, что тяжелое положение экономики, катастрофическое падение производства, усиление имущественного расслоения населения, дальнейшее обнищание масс  - все больше подрывает доверие людей не только к проводимой социально-экономической политике в республике, но и лично к Вам как Президенту.

У власти все больше возникают сомнения и неуверенность, что 1996 год, когда должны состояться очередные выборы Президента, принесет хоть какое-то улучшение положения населения. Именно поэтому накануне юбилея идет массированная обработка сознания масс, чтобы провести референдум осенью текущего года, пользуясь послепраздничной эйфорией. Вся эта работа проходит при молчаливом согласии и одобрении Президента.

Хорошо понимая, несвоевременность моего обращения к Вам, я все-таки счел своим долгом высказать некоторые соображения по данному вопросу. Ибо, как гласит кыргызская пословица: « Созду оз убагында айтпасу создун атасы олот.» В конечном итоге не я инициатор этого разговора, а Ваша администрация и ближайшее окружение, затеявшие эту игру.

Еще 1-го  апреля с. г., при нашей встрече, я говорил Вам, что если Вы пойдете на референдум, то я буду вынужден открыто выступить против этого шага. Потому что это актиконституционный акт, а Президент не может идти против Конституции. Этим письмом я еще раз решил высказать свою позицию о референдуме и других вопросах относительно выборов Президента.

Итак,

1. Усиленная обработка общественного мнения о продлении полномочий Президента на новый срок путем референдума аргументируется его сторонниками ссылками на наших соседей, а также утверждением о том, что новые выборы могут стать дестабилизирующим фактором общества.

Во-первых, совершенно необоснованы утверждения об усилении гражданского противостояния, если состоятся выборы Президента. Наоборот, серьезные противоречия могут возникнуть при подмене законных выборов незаконным референдумом. Не надо брать всерьез и заявления о том, что при выборах чуть ли ни каждое село выдвинет своего претендента в Президенты. Реальных претендентов будет не более 3 – 5 человек. Каждый претендент будет не только говорить о единстве народа и государства, но и на деле демонстрировать свою приверженность этим принципам. И народ сможет сделать свой выбор в пользу наиболее достойного.

Референдум, каким бы он ни был заманчивым для Президента и его окружения – актиконституционный, антизаконный акт. Конституция Кыргызской Республики ст.1 п.6; ст.7 п.1; ст.44 п.2 – гласит только о выборах Президента. Продление полномочий Президента путем референдума в ней не предусмотрено. И это правильно. Выборы Президента – один из основополагающих принципов Конституции. Поэтому вызывает удивление, когда вместо того, чтобы стоять на страже строжайшего соблюдения буквы и духа Конституции, часть депутатов парламента стали инициаторами идеи о референдуме. Непонятно одно – это медвежья услуга Президенту или же хорошо рассчитанная политика толкнуть его на неверный шаг, чтобы затем обвинить в нарушении Конституции?

Решение о референдуме по продлению полномочий Президента будет принимать Жогорку Кенеш (парламент – Б.М.). Если он действительно примет такое решение, не внеся предварительно соответствующего изменения в Конституцию, то Жогорку Кенеш должен быть распущен за принятие антиконституционного решения. Если же референдум будет объявлен Указом Президента, то Жогорку Кенеш должен отстранить от должности Президента, согласно ст.2 п.2 и ст.52 Конституции республики. Потому что такой Указ должен быть квалифицирован как стремление узурпировать государственную власть вопреки Конституции.

Что же касается сбора подписей по проведению референдума по данному вопросу, то это акт, противоречащий Основному Закону. Поэтому вызывает удивление позиция министерства юстиции, которое зарегистрировало инициативные группы.

В этой связи выскажу свою позицию еще об одной организации. Речь идет о так называемом общественном комитете по защите чести и достоинства Президента А. Акаева. Как депутаты прошлого созыва, так и вся общественность республики хорошо помнят, что именно Вы, господин Президент, были против принятия закона «О защите чести и достоинства Президента», проект  которого был внесен на рассмотрение сессии еще в 1993 году. Уже второй год активно стали оберегать «достоинства» Президента от всякой критики правоохранительные органы и в первую очередь прокуратура и суд. Именно благодаря им, по Вашей рекомендации, господин Президент, в прошлом году была закрыта парламентская газета «Свободные горы». В этом году по иску гражданина А. Акаева осуждены З. Садыкова и Т. Слащева – редактор и зам. редактора газеты «Республика».

Возникает вопрос, как Вас теперь называть, Аскар Акаевич: президентом или гражданином? Нельзя же быть двуликим, двуличным. Когда выгодно – «президент», а когда выгодно – «гражданин». Президент даже в бане должен оставаться Президентом, а не «голым королем». Ни Конституция, ни законы не предусматривают раздвоение его личности. В цивилизованном обществе подданные должны обращаться к главе государства «господин президент», а не «гражданин президент». От обращения «гражданин президент» веет духом криминально-преступного состояния, а не цивилизованностью. Интересно, зарегистрирует ли Министерство юстиции группу по сбору подписей за досрочный отзыв Президента и комитет по защите чести и достоинства граждан от произвола Президента, если таковые будут созданы?

До сих пор, пока не будут внесены изменения в ныне действующую Конституцию, не должно быть и речи о продлении полномочий Президента путем референдума. И Парламент, и Президент должны серьезно подумать также и о последствиях такого шага как внутри страны, так и за рубежом. К сожалению, мы очень быстро превращаемся из «островка демократии» в страну «облинявшей демократии» во главе с президентом, сильно разочаровавшимся вообще в демократии. Народ все больше начинает убеждаться в том, что А. Акаев, полностью сформировавшийся как личность в условиях коммунистической системы, удивительно ловко и спекулятивно использовал демократические лозунги против старого режима. Выжав все выгодное из демократии, теперь он с такой же легкостью переворачивается к авторитаризма. Тем самым демонстрируя способность быстро изменять не только свой внешний оттенок, но и внутренний мир. Главная причина всех этих быстрых переворачиваний – стремление любыми способами сохраниться у власти.

2. Если вы, господин Президент, все-таки, учитывая резко отрицательную реакцию, как внутри страны, так и за рубежом, будете вынуждены отказаться от референдума, то, возможно, пойдете по другому пути. А именно – на досрочные выборы. Обычно досрочные выборы при существующем Президенте проводят в крайнем случае: экономическая или политическая катастрофа, постоянный кризис власти, крайнее недовольство и недоверие масс Президенту и т.д.

Разумеется, чтобы как-то объяснить решение о досрочных выборах мировой общественности и своим согражданам, Вы можете создать искусственный кризис власти. Прежде всего, руками молодого парламента или своим Указом отправить в очередную отставку Правительство, списав на него и крах экономики, и нищету масс, и все издержки в проведении юбилея Манаса. При этом еще раз проклянув Правительство духом великого предка за все существующие и несуществующие грехи. Такой шаг даст возможность Вам сосредоточить всю полноту власти в своих руках, что позволит уверенно идти на досрочные выборы. С парламентом можно не считаться, поскольку у него сейчас нет никакой реальной власти. Учитывая, что результаты и референдума, и выборов будут обеспечены прежде всего на местах, главами государственных администраций, Вы заранее выдали им вексель, заявив, чтобы никто не мешал на местах акимам. Судьбу же самих акимов и акимства в целом спокойно решите уже после подтверждения своих полномочий на новый срок.

Серьезная реорганизация функций местных государственных администраций – давно назревшая проблема. Ибо, как образно выразился наш великий земляк Ч. Айтматов, акимы уже давно превратились в «делай лам». Но жертвоприношением акимов пока спешить не будете. При досрочных выборах есть одна опасность. Нет полной гарантии, что Вы обязательно выиграете. Тогда можете лишиться власти на год раньше срока. Но на какой бы шаг Вы не пошли – на референдум или досрочные выборы – Вам придется держать ответ перед своим народом за свою пятилетнюю деятельность в качестве Президента. Какую республику получили в октябре 1990 года и какой она стала под Вашим руководством за последние пять лет.

3. Самым правильным решением, согласно Конституции и законам, будет проведение выборов нового Президента в конце 1996 года, когда истечет пятилетний срок Вашего пребывания у власти. Наряду с другими кандидатами Вы тоже можете быть реальным претендентом. А оставшееся до выборов время можете использовать, чтобы хоть как-то выправить экономику республики, что-то сделать для своего народа, проявить заботу об остронуждающихся, малоимущих. И с чистой совестью подключиться к новым выборам. Тогда и народ оценит по достоинству такую заслугу. Как говорится: «Эр эмгегин эл жебейт!»

Господин Президент! В вышесказанных моих словах речь не идет о том сохраните ли Вы свой пост или нет. Для меня это не имеет никакого значения. Я веду речь, прежде всего, о том, по какому пути пойдет дальнейшее развитие нашего общества. Попав от патриархально-феодальных взаимоотношений в объятия жесткой диктатуры и тоталитаризма, наш народ только последние годы начал вдыхать дух свободы и демократии. И теперь возникает серьезная опасность безвозвратно уйти в бесконечные просторы авторитаризма, который будет означать возврат к феодальным отношениям под блестящим чапаном цивилизованного покроя. Но более изощренный, а значит и более коварный и жестокий, нежели тот феодализм, который давно канул в Лету. Архитекторам такой реставрации можете стать Вы.

Разумеется, рано или поздно завершится срок Вашего Президенства. Поэтому не стоит так сильно бояться потерять власть. Если Вы и проиграете на выборах, то ничего трагического для народа в этом нет. Президентом республики тогда все равно станет достойный кыргыз, а не представитель какого-нибудь иностранного государства.

Таким образом, перед Вами три дороги: 1 – референдум, 2 – досрочные выборы, 3 – выборы в установленные законом сроки, то есть в конце 1996 года. Какую из этих дорог выберете – народ сделает безошибочный вывод, кто такой А. Акаев:

1. Он труслив и жаден до власти. И для ее достижения пойдет на любые крайние меры, несмотря ни на какие тяжкие последствия.

2. Он по-восточному изощрен и коварен в борьбе за власть. Для ее достижения любые средства хороши и обоснованы. Поэтому может пожертвовать и близким, и дальним окружением.

3. Он смел и решителен. Истинный приверженец демократии и пример для подражания другим президентам.

Слово за Вами, господин Президент.

Направляя данное письмо, я надеюсь на правильное понимание с Вашей стороны моих позиций и главное – на принятие благоразумного решения.

М. Шеримкулов». 

 

Письмо не вызвало ни активизации, ни объединения оппозиционных главе государства сил. Народ, к которому обращался бывший лидер бывшего парламента, довольно вяло реагировал на послание.

Сам президент был готов к выпаду со стороны Шеримкулова и, отбросив все разумное, сказанное его оппонентом, пошел выбранным путем, надеясь со временем рассчитаться с экс-спикером. Тем более, что, обретя Конституционный суд во главе с Ч.Баековой, за которую он так жестко дрался. Аскар Акаев был уверен, что даже если найдется кто-то, подвергающий его действия сомнению, то вердикт КС будет в пользу главы государства. Ведь снова и снова нарушать Конституцию страны мог только человек, до конца уверенный в своей безнаказанности.

Тем более, что киргизстанцы, сформированные и воспитанные советским тоталитаризмом, были готовы до бесконечности «жевать» обещания сделать их жизнь лучше. Поэтому Акаев сначала выбрал более просто и проторенный путь – референдум.

Во второй половине сентября, сразу после окончания празднования 1000-летия эпоса «Манас», глава государства, послушный «воле» своего народа, объявил о своем намерении провести всенародный опрос по вопросу продления своих полномочий до 2001 года.

Конечно же, президент и его администрация выиграли бы и этот референдум. Может быть, в этот раз его сотрудники, наученные тремя предыдущими Опросами, обставили бы все тоньше. Тем более, что еще в феврале, подведя своеобразный итог парламентским выборам, президент Киргизии сказал:

- Чем выше будет политическая образованность нашего народа, тем больше будет разночтения в подходе к оценке происходящего. Поэтому, я считаю, что если на следующих выборах наши реформы поддержат 60-70 процентов избирателей, это будет нормальным.

 

Больше чем уверен, что если бы и этот референдум удалось бы провести, то цифры его не вышли бы за эти, уже определенные «хозяином», границы. Но тут произошло то, на что еще была способна молодая киргизская демократия. Противники референдума объявили голодовку и заняли уже обжитые места на газонах около президентского дворца. Среди почти трех десятков голодающих были и депутаты парламента, видимо разочаровавшиеся в возможностях своей трибуны и не способные другим образом повлиять на своих избирателей и главу государства.

Я далек от умаления достоинства людей, решившихся таким образом призвать зарвавшегося «демократа» к соблюдению Конституции, гарантом которой он себя называет, но могу предположить, что их могли просто подтолкнуть к этому отчаянному шагу провокаторы из команды, обеспечивающей победу президенту.

Таким образом, его приближенные убивали нескольких зайцев.

Во-первых, мир в очередной раз мог убедиться, что демократия в Киргизии жива. Голодающих не разгоняли войска, их не сажали в тюрьму.

Во-вторых, это отвлекало лидеров политических партий от поиска действенных и конституционных мер воздействия на главу государства, нарушающего Основной закон страны. Таким образом, голодовка была своеобразным громоотводом, спасающим власть.

И, наконец, президент, в случае необходимости, мог теперь объявить всему миру, что прислушавшись к мнению самой активной части своего общества и желая сохранить здоровье демонстрантов, пошел на выборы. Тем более, как мы помним, в недрах его аппарата предусмотрели и этот вариант, только в этом случае выборы будут досрочными. И опять это не желание или блажь гаранта Конституции, а воля «нетерпеливого» меньшинства, но и ее учитывает «отец» народа. Это ничего, что в этом случае президент идет против воли 52 процентовизбирателей, желавших участвовать в референдуме. Он так демократичен, тонок и чувствителен, что слеза ребенка (30 голодающих) для него значит  больше, чем подписи 1 миллиона 162 тысяч киргизстанцев.

Так советники Акаева в очередной раз оставили его противников в цейтноте. В конце сентября президент отказался от референдума, а 24 декабря этого же 1995 года провел досрочные выборы. Механизм, заранее взведенный, сработал в нужное для стрелка время.

Теперь другая сторона медали – надо было умело подвести избирателей к тому, чтобы они из всех претендентов могли бы выбрать только нужных. Именно тех, кто, дойдя до финишной прямой, непременно провалится. На тот момент это были лидеры коммунистов. Нынешних или вчерашних – роли не играло. Им всегда можно было бы припомнить гонения на демократов, тряхнуть архивами службы безопасности, кивнуть на закрытые распределители и развал Советского Союза. Против коммунистов, конечно же, будет протестовать и молодая, поакульи хищная, национальная буржуазия. Те, кого сегодня называют модным словом: «новые русские, новые киргизы...» Как им не бороться, используя всю свою денежную мощь, против коммунистов? Вдруг последние снова начнут отбирать награбленное, перераспределять приватизированное?!

Чтобы заведомо выиграть, Акаеву нужны были на последнем туре два противника – Абсамат Масалиев и Медеткан Шеримкулов.

Первый руководил республикой и компартией в последние годы жизни СССР. Его нерешительность или неумение принимать решение – сделали возможным кровавые столкновения на юге страны в июне 1990 года. Южане помнили, что Масалиев, проезжая в то время по кипящему от ненависти и крови региону, даже не решился покинуть броневик. Они никогда бы не проголосовали за него, а тут живет больше половины населения республики.

С Шеримкуловым было бы сложнее, если бы во время пар-ламентского кризиса августа-сентября 1994 года, он был бы активнее и открыто поддержал бы лидеров демократических (оппозиционных) партий. Его сверхосторожность и выжидательная тактика породили недоверие к нему не только среди активистов демократического движения, но и среди довольно значительной части избирателей. В народе поговаривали, что его осторожность граничит с хитростью и страхом, а ни того, ни другого здесь не любят.

И самым весомым «козырем» были акимы (главы местных администраций, которых Ч. Айтматов назвал «делай ла-мами». Эти удельные князьки могли гарантировать своему «шефу-президенту» необходимое количество голосов.

Итак, разыграв сценарий, поставленный его же сотрудниками, Аскар Акаев стал в нем и актером переднего плана, и статистом, которому было уготовано место главы государства.

 

 

10. На узкой дорожке власти

 

Первый свой материал о молодом и подающем надежды физике Акаеве, который тогда был первым киргизом – доктором наук и известным в местных кругах оптиком, я писал в 1981 году. Тогда во Фрунзенском политехническом институте, еще оставались его коллеги и вчерашние студенты. Последние хвалили демократичность и незлобливость Акаева. Преподаватели же вспоминали, что после его прихода на дожность заведующего кафедрой, с нее ушли многие представители других национальностей. Но и те, и другие говорили, что он тих и незаметен, хотя обиды помнит долго. Вот и все, что я смог тогда собрать.

27 октября 1990 года бывший физик, бывший заведующий отделом ЦК компартии Киргизии и депутат Верховного Совета СССР Аскар Акаев был приглашен из Москвы с Сессии ВС и избран главой Киргизии. Республика впервые за свою исто-рию обрела президента. Сделано это было не всенародными выборами, а путем голосования на Сессии Верховного Совета республики. И тогда, во время тех выборов, за пост лидера го-сударства боролись все те же люди:

бывший первый секретарь ЦК компартии Абсамат Масалиев, сменивший его на этом посту Джумгалбек Аманбаев, премьер-министр Апас Джумагулов, Аскар Акаев и секретарь ЦК по идеологии Медеткан Шеримкулов. Первые три челове-ка проиграли на первом же туре. К финишной прямой приш-ли Акаев и Шеримкулов.

За их спинами проглядывались различные силы и племенные союзы, но самыми заметными игроками были – влиятельный и более четверти века занимавший пост руководителя национальной компартии и павший лишь в результате горбачевской чистки Турдакун Усубалиев и писатель, Герой социалистического труда Чингиз Айтматов.

Партийная номенклатура, разложенная шатаниями Кре-мля, ощущала себя неуверенно. Кроме того, была свежа кровь убитых в июне 1990 года в Ошском конфликте узбеков и киргизов. Их смерти были на совести коммунистических руководителей, и молодая демократия, которой было позволено выставить пикеты голодающих у дворца, говорила об этом во всеуслышанье. И никто не мог поручиться, что было бы, если бы к власти пришли вчерашние коммунисты – страна дышала гражданской войной. Страх перед ней, потеря московской поддержки и, как следствие, нерешительность – стоили коммунистам Киргизстана президентского кресла. Может быть, именно поэтому вышедший во второй тур голосования Медеткан Шеримкулов, удивительно чувствующий обстановку и осторожный политик, отказался, в пользу Акаева, от участия в борьбе за пост главы государства. Хотя, некоторые влиятельные и осведомленные люди утверждают, что Шеримкулов умел все шансы стать президентом, но... Это уже из сослагательного наклонения.

Здесь сказал свое слово Чингиз Айтматов. По словам активных участников тех событий, писатель усиленно пропагандировал депутатов в пользу незаметного Аскара Акаева. Тот был хорош по всем статьям. Народу Киргизии не известен, команды не имеет. В крайнем случае, может опереться на часть академических ученых, некоторых товарищей из по-литехнического института, да сотрудников отдела науки и учебных заведений ЦК Компартии, которым руководил. (Кстати, последнее потом и произошло.) Почтителен, и, скло-нив голову, слушает старших по возрасту. Легко идет на компромисс. Акаев имел один недостаток – был слишком послушен жене, но и этот «проступок» на фоне вышеупомянутых достоинств, был почти незаметен, а при случае мог быть даже полезен. Кандидатура, за которую ратовал Чингиз Айтматов, устраивала еще и тем, что, как казалось сильным того мира, была управляема, Аскар Акаевич доказал это, работая в ЦК партии и Академии наук. К тому же не было времени на поиск и выборы нового человека, чтобы не дай бог, на сцену не вышла какая-нибудь случайная фигура.

Так страна обрела своего лидера. Он получил кабинет на седьмом этаже здания ЦК компартии и правительства Киргизии, разделив его с бывшими лидерами страны и высшими партийными чиновниками. Акаев знал, как получил пост главы государства и ощущал себя в этом окружении неуютно.

Виктор Вербкин. Сотрудник первого аппарата президента:

- Концепцию нового государства мы разрабатывали втро-ем на президентской даче: я, Эдик Карабаев и Боря Ровный. А где сейчас каждый из нас?!..

 

В момент работы, о которой говорил Вербкин, Карабаев был ближайшим помощником, советником и другом президента. Он имел ранг министра и руководил администрацией главы государства. Ровный – давний товарищ Карабаева еще с университетской скамьи, заведовал партийным отделом газеты «Вечерний Фрунзе». Вербкин работал в пресс-службе президента.

На время, когда последний поведал мне эту «государст-венную» тайну, Борис Ровный жил в Израиле. Эднан Карабаев, незаметно вытесненный со всех постов, находился в бессрочном отпуске. Виктор Вербкин собирался уехать в Россию. Всех троих связывало одно – разочарование в президенте и человеке Аскаре Акаеве. Все они пришли к одному безрадостном выводу – президент не благодарен и не бережет верных и преданных ему людей. Дело дошло до того, что не было в его окружении человека, не чувствовавшего себя временным.

Во второй половине 1993 года меня как-то пригласил на беседу тогдашний руководитель пресс-службы президента Кабай Карабеков:

 – Старик, – сказал мне этот молодой человек и начинающий чиновник, – у меня есть громовая информация, от которой весь мир закачается. Гера Кузнецов нахапал кучу денег и собрался бежать в Москву. Там у него уже куплена шикарная квартира в центре города, есть собственный «мерседес» и да-ча в тихом пригороде. За все плачено полновесными долларами, которых ему за три жизни не заработать.

 

Герман Кузнецов прибыл, в самом начале горбачевской перестройки, во Фрунзе из Сибири на укрепление партийных кадров. Его назначили секретарем столичного горкома партии. Затем, во время становления независимости Киргизии, он был первым вице-президентом страны и одновременно, после опереточного путча августа 1991 года, возглавил КГБ республики. Затем его с этих должностей убрали. Ко времени разговора с Карабаевым Герман Серапионович Кузнецов был вице-премьер-министром и всесильным для страны человеком. Поэтому, чтобы писать о нем, необходимы были серьезные и проверенные документы, а не кивок в сторону пресс-секретаря. А тут произошло довольно странное дело – едва я попросил документальное подтверждение слов, как Кабай Карабеков поскучнел и удивился тому, что я не верю ему. Я знал о «шалостях» Кузнецова, со слов его бывшего ближайшего сослуживца, который тогда был преуспевающим бизнесменом:

 

Валентин Б.

 – Герман берет только «зелеными» и в больших суммах.

 

Борис С. Предприниматель, знакомый с Кузнецовым накоротке:

 – Гера сам никогда при свидетелях денег не брал. Другое дело, что всегда можно спросить: «На какие средства он обос-новался в Москве?» Но для этого, как минимум, нужно хотеть спрашивать. Я знаю, как все происходило. Для получения«пропитания» у него сидел в приемной помощник – этакий круглолицый молодой киргиз.

 

Конечно же, оба моих собеседника говорить что-то принародно не собирались, а руководитель пресс-службы главы го-сударства фактов и документов мне не предоставил. Кабай был слишком молод, чтобы играть самостоятельные игры. Его уста озвучивали лишь приказы сверху, но...

Еще через пару недель Кузнецов действительно уехал в Москву. За день до его отъезда в газете «Слово Кыргызстана» было опубликовано интервью. Кузнецов рассказывал о причинах своего выбора, и среди наиважнейших называл то, что его совершенно отстранили от настоящей работы. Все, де, серьезные проблемы обсуждаются президентом и его окруже-нием без участия вице... и он «не может быть пешкой в чьей-то игре».

Отъезд человека, занимавшего такие высокие посты в государстве и так резко высказавшегося о существующем на вла-стном «Олимпе» Бишкека порядке, вызвал массу кривотолков. Конечно, при этом не забывали, что Кузнецов был пос-ледним русским руководителем такого ранга. Примечательно то, что ни президент, ни его пресс-служба, ни один из чиновников администрации – ни слова не проронили ни по поводу отъезда, ни по поводу последнего интервью Германа Кузнецова.

По-другому уходил другой приближенный Аскара Акаева и второй вице-президент Киргизии Феликс Кулов.

Киргиз из образованной, интеллигентной семьи, бывший министр внутренних дел, он стал известен широким слоям населения после Ошской трагедии июня 1990 года. Тогда он был заместителем министра внутренних дел и комендантом столицы. По городу разгуливали колонны киргизской молодежи, требовавшие оружия и отправки на юг для защиты чести и достоинства братьев-южан от узбекского «насилия». Разбушевавшиеся и безнаказанные юнцы несколько раз порывались начать во Фрунзе избиение узбеков. Тогда Кулов вместе с немногочисленными нарядами милиции и спецподразделениями МВД смог несколько дней до подхода рязанских десантников удерживать молодежь от кровопролития. После этого его начали называть «народным генералом» и воздавать почести чуть ли не спасителя отечества. После же того, как в августе 1991 года, во время ГКЧП, Феликс Кулов с несколькими десятками милиционеров храбро защищал от кого-то, (?) не проявившегося и не напавшего. стратегические объекты столицы и самого президента Акаева, глава государства приблизил его к себе и сделал вице-президентом вместо Германа Кузнецова.

Но совсем скоро из дворца поползли слухи, что Кулов считает себя равным президенту и тому это сильно не нравится. Заговорили даже о том, что генералу пора бы на покой (ему в это время едва исполнилось 40 лет – Б.М.). К середине 1993 года Феликса Кулова отстранили от всех дел, хотя он по-прежнему занимал пост вице-президента.

Ушел он красиво. Встал во время правительственного кризиса декабря 1993 года и заявил с трибуны парламента, что уходит со своего поста из-за того, что не может слышать все обвинения, брошенные в адрес премьер-министра и призывает того последовать его примеру.

В это же время во дворце появились документы, обличающие Кулова в уголовных преступлениях и коррупции. Часть из них была, по словам приближенных главы государства, показавших их мне, добыта за границей и пришла в Киргизию по каналам Интерпола. Бумаги были на английском язы-ке.

– Почему эти документы, если они действительно доказывают, что Кулов преступник, не передать следственным органам? – спросил я.

– «Шеф» этого не хочет,– сказал мне собеседник и ткнул пальцем в сторону седьмого этажа,– но мы можем передать их журналисту, который возьмется опубликовать их.

 

Я от этой тайной чести отказался. А утром первого января 1994 года уже читал готовую к печати рукопись, которую мне показали два молодых журналиста, как оказалось, взявшиеся обнародовать компромат.

Ж. Б. и Р. К. Журналисты:

 – Прежде чем отдавать материал в печать, мы должны показать его Джанишу Рустембекову (руководитель администрации президента – Б.М.), Кемельбеку Нанаеву (министр финансов) и Аскару Сарыгулову (председатель комитета по инвестициям). Они заказывали материал, и прежде хотят увидеть – так ли мы его подали. Только потом они обещали заплатить и разрешить опубликовать статью.

 

 – Как заплатят?

 – Хорошо. Денег должно хватить, чтобы открыть свое дело.

 

Часа два я прождал журналистов, уехавших показывать свой труд высоким лицам. Они вернулись радостными – материал понравился и разрешен к печати. Статья вышла без подписи, поэтому и я не могу открывать имена этих двоих людей. Правда, через год, один из них ездил к Феликсу Кулову, тогда уже бывшему главой Чуйской областной администрации, рассказал ему, как было дело, и попросил у него прощения. Кулов простил.

Назывался материал, который я сейчас представлю вниманию читателей:

«НЕПОДСУДЕН И НЕДОСЯГАЕМ»

   «...25 августа 1992 года, после настоятельных просьб вице-президента, Аскар Акаев подписал распоряжение, где пунктом 2 идет следующий текст: «Возложить на вице-президента Кулова Ф. Ш. контроль за разработкой экспортно-импортного баланса и лицензирование всех внешнеторговых операций на переходный период». На вопрос: «Зачем Вам к Вашим заботам о силовых структурах еще и лицензии? « Феликс Шершембиевич ответил, что существующая система выдачи лицензий слишком многоступенчата, и это дает повод для роста взяточничества, а он будет строг и честен, лицензирование будет осуществляться через него в единственном лице, плюс облегчаются страдания коммерсантов и порядочных бизнесменов. Трудно было удержаться от саркастического: «Раньше давали на лапу многим, а теперь проще – Вам одному». Но, конечно же, подобное нельзя говорить второму лицу в государстве, пришлось оставить комментарий в себе. А фактически... Буквально через два дня, 27 августа, в Госкомитет по внешнеэкономическим связям на имя Аскара Сарыгулова поступило официальное распоряжение (или Приказ?), по которому «все субъекты хозяйственной деятельности независимо от форм собственности, принадлежности и места регистрации представляют мне лично для получения лицензий на экспорт товаров (работ и услуг) следующие документы...» и дальше, « После выдачи мною лицензии ГКВС ведет дальнейшее оформление, регистрацию и учет». Интересное решение, не правда ли? Не похоже на умного, умудренного опытом работы юриста и стратега Феликса Кулова, чтобы он не разобрался в Распоряжении Президента. Умышленно не понял? Или игнорировал?.. Весной, когда пресса подняла эти вопросы, журналистов обвинили в «выполнении заказов», в продажности. Хотя для того, чтобы понять, что Кулов превысил свои полномочия, прикрываясь Акаевым, много ума не надо.

Экспортно-импортный баланс республики так и не был разработан. Зато вице-президент успел выдать 43 лицензии. Возможно, были среди коммерческих структур, получивших «добро» от Кулова, беспокоящиеся о судьбе своего народа, о государственном бюджете. Но на тяжелые раздумья наталкивает хотя бы выборочное изучение деятельности некоторых предприятий и фирм.

Нашумевшая кинофирма «Саламалик» уважаемого народного депутата Болота Шамшиева. По пяти лицензиям вывезено 60 с лишним тысяч тонн металла на сумму 18 миллионов 140 тысяч долларов США и 369 тысяч 500 швейцарских франков. Кроме того, 60 «КАМазов». Реэкспорт? Интересы республики? По объяснению Кулова, вывоз металла для Кыргызстана – деньги из воздуха. Несколько раз журналисты пытались выудить информацию из вице-президента: что на самом деле конкретно по лицензиям «Саламалика» получило государство? Феликс Шершембиевич уходил от ответа. Видя, что не отстают, весело заявил: «Сахар!» 258 тонн сахара, 198 тонн риса, 77 тонн подсолнечного масла – данные из письма Б. Шамшиева в редакцию газеты «Вечерний Бишкек» после публикации статьи Рины Приживойт «Герой нашего времени». 533 тонны продуктов питания, реализованных далеко не бесплатно жителям Ошской, Иссык-Кульской областей и города Бишкек, в обмен на десятки тысяч тонн стратегического сырья? По разумению вице-президента, кыргызстанцам важнее пить чай с китайским сахаром, есть рис, поджаренный на подсолнечном масле, а до переработки металлов мы не доросли. Куда уж там! Пусть лучше предприимчивые китайцы изготовят продукцию и продадут нам, к тому времени голодным, разутым и раздетым, не имеющим ни гроша за пазухой.

16 сентября 1992 года к Феликсу Кулову обратился с просьбой освободить от уплаты таможенной пошлины на вывоз «товаров»: никеля, кобальта на сумму 3 миллиона 320 тысяч долларов США генеральный директор фирмы «БиК» А. Баков. Что удивительно, письмо написано в адрес вице-президента. Неужели А. Бакову был неизвестен Указ Президента от 7 сентября 1992 года о том, что освобождение от таможенных пошлин производится правительством? И вице-президент Феликс Кулов не имел абсолютно никакого права подписывать прошение? Однако, подписал. Он освободил от уплаты в государственную казну 96 миллионов 700 тысяч рублей. « Надо благодарить, а не ругать Кулова. У него голова варит. Он умеет нестандартно мыслить», – пишет Болот Шамшиев. «Подписи вице-президента обходятся для республики не малыми доходами, оцениваются дорого.., но не в его личный карман», – уверяет нас другой народный депутат, президент общества «Манас-Ата» Юруслан Тойчубеков в своем письме 15 марта 1993 года, адресованном редакции газеты «Вечерний Бишкек»... Кулов «учел» интересы республики – фирма «БиК» обязалась выделить 250 тысяч рублей в ФОНД ликвидации последствий землетрясения, а также передать на нужды Государственной таможенной инспекции безвозмездно (?) факс, ксерокс и четыре портативных металлоискателя. Не густо за 97 миллионов, да?

6 ноября 1992 года Кулов на письме корпорации «Азат», направленном в Правительство Кыргызской Республики с просьбой освободить от уплаты таможенных тарифов, ставит (в который раз нарушая Указ Президента и превышая свои полномочия!) резолюцию: «Освободить!» С каких это пор вице-президент стал Правительством?

Из информационной записки Генерального Прокурора  (19 апреля 1993 года) Чолпон Баековой «О нарушении законности в лицензировании экспортно-импортных операций»: «Изучение материалов, связанных с выдачей лицензий, показало, что они выдавались на основании поданных заявлений, заключенных контрактов и по субъективному мнению должностных лиц, выдававших лицензии. Организация работы была поставлена таким образом, что создавалась благоприятная почва для возможных злоупотреблений служебным положением. Никакие квоты в 1992 году не соблюдались. При выдаче лицензий не велся учет общего количества продукции, на которые уже выданы лицензии, хотя это было необходимо для соблюдения квот вывозимой продукции. Положение не улучшилось и после принятия Распоряжения Президента. Более того, оно усугубилось тем, что вице-президент, практически, не осуществляя указанный контроль, взял на себя право выдавать лицензии, хотя Распоряжением этого не предусматривалось. Вице-президент лицензии выдавал без разрешения Правительства, причем большинство их них были выданы негосударственным коммерческим структурам».

Малое предприятие «Даяна» вывозит по лицензии, санкционированной Куловым, 200 тонн металлов, а сахар, который должен был поступить (83 тонны) на горизонте республики так и не появился. Директор «Даяны» С. Протасов пишет в объяснительной: «В связи с плохими погодными условиями в Нарынской области сахар взамен отправленного металла не получен». За рекордно короткие сроки мы научились обходить острые углы законов и запретов. Объяснение, рассчитанное на наивность молоденьких девчушек из Госналоговых инспекций. Корпорация «Азат» (по данным ГНИ Октябрьского района за три последних месяца 1992 года вывезла 376168 тонн черного металла, 11,6 никеля и 21 машину. По бартеру – сахар, пледы и шоколадки, которые надо полагать, появились бы на радость (или сожаление) в «комках». К моменту проверки был получен только сахар.

В многочисленных интервью после публикации «Мой генерал» и «Герой нашего времени», Феликс Кулов ссылался на то, что Россия ввела ограничения на вывоз металла с 1 февраля 1993 года, а он подписывал лицензии в 1992 г. Но он сознательно забывает (или не знает?) о Соглашении, подписанном Главами Правительств 11 стран СНГ 8 февраля 1992 года « О порядке транзита», где в статье 7 обговорено: «Договаривающиеся стороны не будут допускать реэкспорта в третьи страны товаров, вывезенных для внутреннего потребления».

Еще одна структура, за которую горячо «переживал» вице-президент – Центрально-Азиатская торгово-промышлен-ная компания. Одним из ведущих специалистов по внешнеэкономической деятельности ее является брат Кулова. Правда, после шума вокруг лицензий и освобождения от налогов, Диас Шершембиевич (Кулов – Б.М.) стал сначала никак не иначе, как «референт-переводчик». Спрос поменьше, не к чему придраться – подумаешь, какой-то там переводчик! Оно и правильно – учимся облекать в красивую форму свои отнюдь не красивые дела... По лицензиям, выданным вице-президентом, компания вывезла 34 тысячи тонн металла и 1230 карбюраторов для «ВАЗ», 30 «КАМазовских» двигателей. Металл вывозился не реэкспортный, а свой, кырзыстанский, скупленный на складах заводов и предприятий республики. По чьему приказу продавали родное сырье промышленники? И как они собираются отвечать перед народом и Законом? Слишком много вопросов...

Осенью 1992 года у вице-президента сложились особые отношения с соседним Таджикистаном. Движимый теплыми чувствами Ф. Кулов подписал Распоряжение от 9 сентября 1992 года Nr. 166 о вводе сводного батальона Кыргызстана на Таджикско-Афганскую границу. Позже, отбиваясь от критики и нападок депутатов, вице-президент проявил изворотливость и изобретательность в юридическом толковании своего Распоряжения. Где-то с человеческой точки зрения этот его шаг понятен и простителен. Но Феликс Кулов – это, прежде всего, вице-президент, почти, что глава государства. И как государственный руководитель, к тому же опытный юрист, в таких вопросах, в первую очередь, обязан был руководствоваться Законом и исходить из интересов республики. Выводы же, сделанные парламентской комиссией, расследовавшей легитимность Распоряжения вице-президента, говорят об обратном.

Соглашение Глав государств – участников СНГ от 20 марта 1992 года « О статусе пограничных войск СНГ» и от 15 мая того же года «О принципах комплектования Пограничных войск», на которые ссылался вице-президент, не были еще ратифицированы парламентом республики. Причем эти Соглашения «утратили свою юридическую силу еще до ввода (сентябрь 1992 г.) сводного батальона в связи с упразднением объединенного командования Пограничных войск СНГ.

Во-вторых, вице-президент все как-то «забывал» о том, что его должность не входит в правительство, в силу чего он не имел юридического права отдавать распоряжения членам правительства и вмешиваться в функции Правительства по вопросам обороны и правоохраны. (Конечно, члены правительства – это неразумные малые дети, которым закон не писан, и о деяниях    вице-президента они узнали только что из данной статьи?! Да и сам президент страны, во время «шалостей» второго лица в государстве, был на другой планете и ежедневно не встречался с Ф.Куловым, и не обсуждал с ним самые разнообразные вопросы? Я уже не говорю о его соглядатаях, похоже, до нужных времен ослепших и оглохших?.. –         Б. М.)

В-третьих, направление воинского контингента в другие страны является прерогативой Верховного Совета.                 Вице-президент и в этом умудрился превысить свои полномочия и распространить силу своих распоряжений за пределы республики.

30 сентября того же года Феликс Кулов подписал распоряжение Председателю Госкомитета по делам обороны Уметалиеву: «В связи с обращением Правительства Республики Таджикистан и руководствуясь положением о деловом проекте «Канат», прошу подготовить для реализации Правительству Республики Таджикистан следующее вооружение и технику:

Танк Т-72                                                     – 2 ед. б/у..

Боевая машина пехоты БМП-1         – 1 ед. б/у.

Бронетранспортеры БТР-70              – 2 ед. б/у.

7,62 мм. АКМ                                             – 150 штук.

По 4 комплекта к каждой единице.

Реализацию осуществить по договорным ценам.

Продажа 150 автоматов Калашникова Таджикистану осуществлялась через посредническую компания «Алекс». Общая сумма от продажи оружия составила 11 миллионов 406 тысяч 330 рублей. Эти деньги 27 декабря 1992 года были перечислены в АКБ «Кыргызстан» на счет Госкомобороны.

Акция по продаже оружия осуществлялась, по установившейся традиции вице-президента, в нарушении Закона «О Правительстве Республики Кыргызстан» 1991 года и при отсутствии двухстороннего Соглашения и Договора о продаже оружия между Правительствами двух республик, что является прерогативой Президента и Правительства и обязательно должно быть ратифицированно Верховным Советом. Ф. Кулов мягко говоря, «ошибся» и в другом, видимо, выдавая желаемое – официальное обращение Правительства Таджикистана Правительству Кыргызстана об оказании поставок оружия и боеприпасов к ним – за действительность. Обращения просто-напросто не было. Как не было ни Положения, ни Устава мифического делопроекта «Канат», утвержденного распоряжением вице-президента Nr. 80 от 2 июля 1992 года, опять же в нарушение Закона «О Правительстве Республики Кыргызстан» (часть 3 ст.13).

Дополнительная справка:

В январе 1992 года Кыргызстан вошел в качестве суверенного государства в СБСЕ и присоединился к «Декларации о нераспространении и торговле оружием» вместе с другими государствами СНГ, и в Праге подписал протокол Совещания, в котором обязался «проявлять ответственность, в частности, в отношении продажи оружия государствам.., а также в районы напряженности».

В феврале 1993 года Феликс Кулов вновь предпринял попытки продать оружие (теперь уже в количестве 2000 штук) в ту же братскую республику. Уметалиев – бывший председатель Госкомитета по обороне, получив приказ, пошел к Президенту, от греха подальше. Видимо, хорошо запомнил скандал, разгоревшийся вокруг 150 автоматов. Соблюдая законность, А. Акаев отослал его к Главе Правительства. Премьер-министр не дал ход очередной авантюре вице-президента. Последний, не ожидавший такого оборота дела, в последствии уничтожил все документы. И единственным свидетельством неудавшейся операции является платежное поручение за Nr. 104, отправленное 10 февраля 1993 года УМТС и ХО МВД Таджикистана на счет Госкомитета по делам обороны Кыргызстана... 156 миллионов рублей поспешили перечислить за обещанные вице-президентом 2000 автоматов.

 

                                                  ***

 

21 октября 1993 года по центральным банкам многих стран был разослан пресс-релиз Федеральной резервной системы США (Центробанк) с предупреждением, в связи с участившимися случаями махинации с ценными бумагами, векселями и т.д. Схема аферы просто и стандартна: коммерческая структура выходит посредником в получении кредита (займа) между правительством и каким-нибудь крупным банком. После получения всех гарантий на большую сумму  (как правило, миллиарды долларов) от правительства любой страны, фирма-посредник передает их банку-кредитору. В лучшем случае, аферисты «снимают» за посредничество кругленькую сумму, и потом исчезают: ни кредита, ни посредников. В худшем, распорядившись выданным кредитом, по истечении срока предоставив долговой вексель страны, просившей деньги, фирма-посредник пропадает с поля зрения: ни кредита, ни посредника, да еще и заплати сумму с процентами банку, у которого находится твой вексель.

Что-то из двух вариантов ожидало Кыргызстан после подписания Кредитного Соглашения с фирмой «Кэпитал фондз Корпорейшн Лимитед» (зарегистрированной в Лондоне, Великобритания) 3 февраля 1993 года. Соглашение заключено между «Республикой Кыргызстан совместно с Кыргыз-внешэкономбанком, представляемое в данном документе господином Феликсом Куловым, вице-президентом Республики Кыргызстан и Управляющей Семирой Джунушалиевой, Председателем Правления Кыргызвнешэкономбанка, официально назначенной Правительством Республики Кыргызстан, облекаемой полномочиями действовать и от имени вышеуказанного Правительства» и именуемой в дальнейшем «Заемщик» и фирмой «Кэпитал фондз Корпорейшн Лимитед», представляемой в данном документе господином Яо Кра, президентом. Из Соглашения следует: Заемщик бесповоротно согласился и принял на себя обязательства осуществить получение Займа от Кредитора на основную сумму 10 млрд. долларов США (сроком на десять (10) лет, при процентной ставке в семь  процентов (7), Комиссионных Кредитора в 4,5 проц.., Комиссионных Кредитора в пять процентов (5 проц.) на покрытие общей сумму обязательств по Основной сумме и Процентам при получении гарантийных обязательств одного или более Всемирно Признанных Первоклассных Банка, а также настоящим Заемщик берет на себя бесповоротно обязательства выплатить полностью Основную Сумму по Сроку Погашения в десять (10) лет и Один (1)  день, и выплатить причитающиеся проценты в соответствии с Расписанием Дат Ежегодных Сроков Погашения в соответствующем последовательном порядке».

Далее, согласно пунктам 6.1 и 6.2 Кредитного Соглашения, «Заемщик, по Резолюции Парламента, облекается юридическими полномочиями подписывать и оформлять данное Кредитное Соглашение и каждое Кредитное Обеспечение, а также занимать, при условиях оговоренных этим документом и выполнять все обязательства, оговоренные далее в документе», получает «все полномочия по Резолюции Парламента, необходимые для подписи и оформления данного Кредитного Обеспечения, а также осуществления и исполнения всех обязательств данного документа».

О кабальности и чудовищности совершаемой сделки свидетельствует 18 пункт Соглашения:  

  «Данное Кредитное Соглашение войдет в силу со дня и года, указанных выше в данном документе, и остается в силе до тех пор, пока Кредитору не будет выплачен Заемщиком общий объем Основной Суммы в 10 млрд. долларов США  (десять миллиардов долларов США), а также пока не будет полностью выплачена общая Сумма погашения по процентам в 7 млрд. долларов США (семь миллиардов долларов США)».

Таким образом, одним росчерком пера Вице-Президента республики, Ф.Кулов хотел распорядиться будущим Кыргызстана, столкнув его в вечную долговую яму. (Тут нужно бы заказчикам статьи и читателям обратить внимание на «мелочи»: росчерка пера Кулова не хватало для подписания договора. Требовалась еще подпись специалиста – Председателя Правления Кыргызвнешэкономбанка Семиры Джунушалиевой. Да и резолюция Парламента, должная благословить Заем – дело не быстрое и довольно серьезное.., но коль власти решили кого-то обвинить, то логика тут не нужна... – Б.М.) Фактически Кыргызстан оказался бы банкротом. Но состояться сделке века помешали обстоятельства. Яо Кра, представляющий другую сторону, был задержан швейцарской полицией за другие аферы. Во время обыска в его квартире были обнаружены документы, подписанные Вице-Президентом Кыргызстана. В сентябре этого года в Берне собралась швейцарская группа (куда входят Узбекистан, Таджикистан, Кыргызстан, Азербайджан и Швейцария) для подготовки к годичному собранию МВФ в Вашингтоне.

Тогда же министр экономики и финансов Отто Штих, пригласив к себе наших представителей – К. Шакирова (Министр финансов), К. Нанаев (председатель Нацбанка) и А. Сарыгулова (зам. Председателя Госкоминвеста Кыргызской Республики), передал им документы, найденные при обыске у Яо Кра, и посоветовал аннулировать их.

В чем же состоит криминал этого дела? Вице-Президент Ф. Кулов, не имея полномочий ни Правительства, ни Парламента, пошел на сделку и подписание долгового векселя от имени Кыргызстана с частным лицом, который известен в полицейских кругах как аферист международного класса. В то время, когда все запасы и имеющиеся ресурсы Кыргызстана оцениваются в 7-8 миллиардов долларов, Вице-Президент закладывал свою республику на 17 миллиардов долларов США. Тайна векселя, как подарок Кыргызстану, должна была всплыть наружу в 2003 года.

Кыргызские представители, едва оправившись от шока, в который они впали после знакомства с содержанием документов, срочно связались с Президентом Кыргызстана Аскаром Акаевым. Согласно международным правилам, только Глава государства может аннулировать подписанные документы. А. Акаев уполномочил на это К.Шакирова, К. Нанаева и А. Сарыгулова.

В газете «Республика» за Nr. 38 от 24 июля 1992 года главный редактор в статье «Кулов вернулся из Америки» писала: «По приглашению одной из юридических частных компаний  вице-президент республики Феликс Кулов побывал с краткосрочным визитом в Америке, в городах Нью-Йорке и Вашингтоне... Четыре дня работы в этой стране были посвящены трем приоритетным направлениям в развитии Кыргызстана... встречи в Америке, по словам Кулова, оставили самое яркое впечатление».

О том же, какое впечатление оставил Феликс Шершимбиевич о себе в США, автор статьи, скорее всего не подозревала. Посетивший другое государство по частному приглашению юридической фирмы, вице-президент суверенного Кыргызстана потряс представителей внеполитического ведомства США своим поведением. Согласно действующим международным нормам, вице-президент мог принять частное приглашение и посетить страну только в рамках официального визита. Кроме того, дипломатические круги Америки были возмущены до предела поведением Ф. Кулова, искавшего встречи с неким Ричардом Грэйваттом – человеком, приговоренным Окружным судом США по среднему округу Теннеси на 5 лет за мошенничество и вымогательство. Что может быть общего между вице-президентом Кыргызстана и человеком, преступившим Закон? То же, что и в случае с Яо Кра? Другой заграничный вояж, теперь уже в Ливан, Ф. Кулов совершил осенью прошлого года также по частному приглашению.

Примерно по такой же схеме, как и с «Капитал Фандз Корпорейшн Лимитед» должна была пройти другая операция по займу. На этот раз со «Статис инвестмент Холдинг Компани», которая предлагает кредит до 30 млрд. долларов.

Для справки: в марте этого года премьер-министр Т. Чынгышев и председатель правления Национального банка К. Нанаев подписали Меморандум МВФ, где установлены предельные лимиты кредитов: до 30 млн. долларов, сроком до 1-12 лет. Мы не то, что не имеем права брать у кого-то миллиарды, а даже просить. Мы просто не сможем вернуть долг. Но прекрасно зная об этом, Феликс Кулов неоднократно пытался заставить Национальный банк выдать гарантии «Статис инвестмент Холдинг Компани», подписать которую для Центробанка республики означало бы лишиться честной, безупречной репутации...Заявка, тем не менее, была отправлена – за подписью Минэкономфина и АКБ «Кыргызстан». Где и как завтра всплывет это дело, одному Богу известно. А Феликс Шершембиевич уверен, что «мы ничего не теряем».

Скорее всего, после выхода этой статьи нас обвинят и в шкурничестве, и в заискивании, и в «заказухе». Пусть. Мы готовы перенести выпады сторонников Вице-Президента. Просто больше молчать нельзя.

Кто призовет его самого за нарушение Указов и Законов?    (И что же в демократическом Киргизстане некому защитить закон? А где же Президент, прокуратура?.. – Б.М.) За то, что все мы с вами, наши дети и внуки оказались заложенными на долгие десятилетия какой-то частной фирме! Намекать и разбрасываться словами, берущими за душу, можно. Но в данной статье, за каждое слово, точку мы ответим головой. Мы понимаем, что ни ГКНБ, ни МВД нас не смогут защитить. Для того, чтобы оборвать человеческую жизнь, надо не очень много. Мы не знаем, когда этот материал будет опубликован: все главные редакторы газет хотят жить...

Сегодня всем нужно спокойствие, мир в государстве, возможность честно трудиться, как это ни смешно – во благо Кыргызстана. И чем быстрее разберемся, кто за кем стоит, где истина, где фальшь, тем быстрее выкарабкаемся из кризиса. И в экономике. И в политике. И в духовности».

 

Итак, статья, заказанная самыми всесильными людьми страны и содержащая тяжкие обвинения против только что ушедшего, может быть, не по своей воле, но ушедшего, а не изгнанного вице-президента, опубликована и что дальше?! И возникает несколько вопросов.

Что же это за такой всесильный и ненаказуемый человек завелся на самой вершине власти? Он смело нарушает законы Киргизии, идет на контакт с международными преступниками и сам, как призрачно намекают авторы статьи, не прочь погреть руки у чужого костра. Более того, он пытался  (или продал? ) будущее своей Родины, сделав ее народ рабами... (?!) Да за самую малую толику таких дел любого человека посадили бы за решетку на всю оставшуюся жизнь. А что же бывший второй человек в самом демократическом государстве Центральной Азии? Призван к ответу по фактам статьи Генеральным прокурором Киргизии? Нет. Тогда «возроптал» народ и потребовал от Гаранта Конституции праведного суда? Нет! А глава государства, что же он? Ведь, по словам журналистов, именно его Указы и Распоряжения так смело топтал господин Кулов?! Возбудил против него уголовное дело – никоим образом. Или, учтя сложные клановые расклады, племенные союзы и родовые розни, выступил по телевидению и высказал по этому поводу свое мнение, ведь деяния его заместителя – это позор на весь мир?! А вот и не угадали. Честняга президент, любимец народа Аскар Акаевич Акаев назначил Феликса Кулова главой государственной           (президентской) администрации Чуйской области – экономического и промышленного сердца страны...

Так в чем же дело?

Честен и вся статья только грязная клевета – тогда почему журналисты не понесли ответа за навет? Может быть, все, в чем обвиняют вице-президента Феликса Кулова, он делал после совета с «Самим» и на суде может все это доказать?!.. Или все много проще: в какой-то момент «вице» стал слишком самостоятельным и захотел обойти своего благодетеля? Тогда-то, дать под зад не решились, а погрозить пальчиком духу хватило? «Шалуна» отодвинули на задний план, но и только – свой, все-таки, человек?.. А, может, это всего лишь случайно засветившаяся картинка борьбы кланов за власть, где все средства хороши, но довести схватку до логического конца у обеих сторон не хватает сил?

К слову, совсем скоро доверенное лицо Аскара Акаева, выступавшее гарантом честности в Швейцарии, Министр финансов К. Шакиров, был снят с должности за нечистоплотность при распределении кредитов. Он, как и принято в этих местах, помог родственникам средствами, вот только деньги при этом взял из государственного кармана.

Может быть, разгадка действий президента и его ближайшего окружения скрыта в словах бывшего соратника и верного помощника, экс-спикер Медеткана Шеримкулова? Правда, его речь по-восточному многослойна.

Август 1995 года. Медеткан Шеримкулов:

 – Не хотел и не хочу заниматься коммерцией. Это не в моем стиле и не в моем характере. Что касается того, что бывшая номенклатура сумела хорошо устроиться – ради бога, только важно то, чтобы это было достигнуто честным трудом. Мне до сих пор не дает покоя(мысль – Б.М. ), почему в прошлом году часть депутатов, имеющих большие возможности, занимающих высокие посты с благословения высшего руководства республики ( выделено мной – Б.М.) не дали поработать комиссии Верховного Совета по проверке приватизации, получения кредитов и т.д.

В последние дни президент республики начал выступать с различных трибун, обвиняя представителей высшего эшелона в коррупции, взяточничестве, в том, что они не делают того, что положено, от чего страдает народ. А это можно было бы выявить еще в прошлом году. Кому это было на руку?

 

Интересно, что было бы с Шеримкуловым, если бы он решился открыто назвать того, «Кому это было на руку?», подтвердив все фактами и документами? Я достаточно хорошо знаю этого человека и уверен, что у него есть, чем подтвердить свои слова.

Приблизительно в одно время с Феликсом Куловым был выдворен из дворца совершенно противоположный ему по характеру и складу ума человек, Эднан Оскенович Карабаев. Он начинал работу с Акаевым в бытность того, заедующим отделом ЦК Компартии Киргизии и все эти годы был ему не только верным соратником, но и другом.

Я много лет был знаком с Эдиком, как мы его звали в домашней обстановке, и могу утверждать, что у него немало чисто человеческих слабостей, в том числе и в профессиональном плане – медлителен, иногда суетлив и многословен, но он был предан Акаеву, честен и взяток не брал. О последнем с усмешкой  и ненавистью говорили за спиной Карабаева «деловые люди», вольготно чувствовавшие себя во многих кабинетах президентского дворца.

Убирали Эднана в два этапа. Сначала президент отставил Карабаева с поста руководителя своей администрации и назначил исполнять обязанности министра иностранных дел. Затем кандидатура Карабаева не прошла утверждение парламентом во время декабрьского 1993 года правительственного кризиса, когда предлагался новый состав кабинета министров. Президент мог бы оставить его своим Указом, как сделал это для двух других министров, но... промолчал.

Эднан Оскенович «повис» в воздухе – не было Указа о его утверждении, не было и Указа о снятии. В коридорах министерства стали недобро шушукаться. Тогда Карабаев ушел в отпуск, заявив при этом, что на свое место не вернется. Только тогда президент, как будто, идя навстречу пожеланиям своего бывшего соратника, решил вопрос с главой внешнеполитического ведомства, назначив, естественно, другого человека. Время от времени кто-нибудь из журналистов спрашивал: « Куда девался г-н Карабаев, один из авторов и активных участников акаевской демократии?» На что пресс-секретарь неизменно отвечал : « Президент предлагал ему различные должности, но Эднан Оскенович ни одну из них не принял». Наконец Карабаев стал проректором киргизско-славянского университета и все успокоилось

6 мая. Эднан Карабаев:

 – Это все ложь. Ни он, ни его люди мне ничего не предлагали. Я ждал, ждал и дождался того, что дома не было денег на муку, чтобы сделать лепешки. И тогда я понял, что он всех нас сдаст, что он думает только о себе, и пошел искать работу. К нему я никогда не вернусь. Теперь я в эти игры не играю.

 

Следующий руководитель аппарата президента Джаниш Рустембеков поставил работу его окружения в рамки полувоенной дисциплины. При этом он никогда не забывал две вещи – свой карман и благорасположение главы государства, делая для этого все возможное и невозможное.

Чинара Джакыпова. Бывший министр образования. Сложный человек с неуравновешенным характером, она быстрее всего в этом мире может создавать себе врагов:

 – Рустембеков растлевающе действует на президента. Как-то жена Акаева сказала, что Джаниш создал им такие условия для жизни, о которых можно только мечтать.

 

Но и Рустембеков, ко всему, жестоко боровшийся с непокорными президенту людьми, узнал о своей отставке и переводе из столицы в город Ош, главой областной государственной администрации, только в самолете, подлетая к месту своей будущей резиденции.

К. К. Один из приближенных Аскара Акаева:

 – Когда под крылом самолета показался Ош, Джаниш сказал что-то наподобие того, что тут придется немало поработать, чтобы обеспечить нужные для референдума проценты. «Ты и поработаешь, – ответил «Шеф». «Конечно, – сказал Рустембеков, – сколько даете дней?»«Сколько хочешь, ты остаешься здесь акимом». У Джаниша чуть челюсть не упала от удивления. Это потом они сделали вид, что обо всем договорились заранее.

 

Может быть, эта частая смена приближенных и была бы хороша в средние века при дворе восточного хана типа Бей Барса, описанного казахским писателем Морисом Семашко, к герою которого, по некоторым данным, с пониманием относится Аскар Акаев, но тут, похоже, она вредит делу.

10 июля. Э. Ж. Сотрудник аппарата правительства:

 – У нас, кроме премьера, никто не работает. Все министры сидят и ждут, когда придет Акаев и скажет, как в том кино, помнишь, в Зимнем дворце: « Кто тут временные – слазь».

 

Бацилла неуверенности в завтрашнем дне, непостоянства, порождает у вороватого или нищего духом человека одно желание:«успеть взять все, что способна дать ему власть – деньги, дома, заграничные поездки, любовниц...

Март. Т. К. Ответственный работник аппарата парламента:

 – Такого, я думаю, нет ни в одном парламенте мира. В нашем сегодня собралось странное сборище – от человека, называющего себя политиком, но не отличающего Сократа от Эйнштейна, и откровенного гангстера, до мальчишки-идеалиста. И все говорят, что радеют за интересы своего народа. На самом же деле – думают только о своем кармане. А народ им видится в виде голодной собаки, которой время от времени нужно подбрасывать кости, чтобы было чем заняться и не околеть с голода.

 

16 мая. Звоню пресс-секретарю и прошу его выяснить реакцию главы государства на ядерный взрыв на китайском полигоне Лоб-Нор.

Камиль Баялинов:

 – Старик, ты же знаешь нашу осторожность. Мы дождемся реакции соседей, потом тихо, чтобы никто не слышал, повторим их слова. Это все, что я могу сейчас тебе сказать.

 

5 июля. Топчубек Тургуналиев. Один из создателей партии «Эркин Кыргызстан». Работал в ЦК Компартии, затем директорствовал в театре оперы и балета, был парторгом женского педагогического института, и.о. ректора института языка и литературы. На политическую арену выдвинулся в июне 1990 года, во время межнациональных столкновений на юге Киргизии. Тогда он смог стать одним из лидеров толп столичной молодежи, затем был среди организаторов «Демократического движения «Кыргызстан». Похоже, преподавательская работа привила ему любовь к выступлениям перед аудиториями. Националист умеренного толка. Любит себя и власть. Позже, в конце 1995,  я узнал, что он был судим по обвинению в идеологической (или подобной – за точность формулировки не ручаюсь) подготовке к покушению на Президента, и по этому, явно сфабрикованному делу, отсидел несколько лет. Послушаем мнение этого человека:

 – В Нарыне, во время встречи с избирателями, Акаев заявил, что он сам из рода Сары-Багышей. Это вызвало бурю восторга у слушателей, большая часть которых была из этого рода. Президенту тут же вручили саблю знаменитого в 19 веке воина Торогельды. Конечно, все было подготовлено заранее, но тут важнее другое. Торогельды прославился геноцидом против племени Бугу. Принятие оружия по нашим, кыргызским обычаям, означает объявление войны и согласие идти под этим клинком в бой. В контексте вековой вражды между Бугу и Сары-Багышами это означает начало нового похода против Бугу (представители этого племенного союза живут, в основном, в  Иссык-Кульской котловине – Б. М. )

Что же президент совершенно не думает, что делает или действительно готов ради укрепления своей власти пойти на развязывание межкыргызской вражды?! В наших условиях делать такие непродуманные шаги опасно. Нас – кыргызов с детства учат ненависти к врагам. Но он-то говорит, что демократ!?

 

Тут надо отметить еще одно. Отдавая своих людей, играя на низменнных инстинктах толпы, глава Киргизии никогда не забывал о тех, кто силен и богат. Я уже не говорю о влиятельных родовых вождях и лидерах кланов.

11 июля. Замира Садыкова. Журналист:

 – Турдакун Усубалиев решил полностью прекратить нападки на президента. Связано это с тем, что по команде Акаева сыну бывшего партийного лидера, возглавляющему одну частную фирму, дали чуть ли ни миллион долларов беспроцентной ссуды.

 

Шараханье главы государства от старых противников к новым поклонникам, полумеры и полудействия, сдобренные щедрыми обещаниями – привели к тому, что даже в правительстве стали открыто выражать недовольство главой государства.

5 июля. Министр. Очень интересный человек, о жизни и делах которого можно было бы написать интересную книгу, но...

 – Я во многом не согласен с Акаевым. Если ты мужчина, то будь им до конца, а так... Но я не могу сделать того, что сегодня выше моих сил, поэтому я только исполняю вшивые законы, вшивого государства.

 

14 августа. А. И. Подполковник, один из приближенных министра обороны: 

 – На днях в узком кругу высшего офицерства, в присутствии премьера, «наш» сказал, что все устали от бессмысленного метания и если маятник качнется в другую сторону, то военные поддержат реальные шаги по смене руководства.

 

Неуверенность поразила даже службу безопасности.

11 июля. Заместитель председателя Госкомитета по национальной безопасности Мирослав Ниязов:

 – Да, мы знаем о том, что на юге республики появилось много оружия. Но крестьяне покупают его только для собственной защиты. Они понимают, какую угрозу им несут вахабиты. Государству же это оружие не угрожает.

 

На мой взгляд, странно звучат эти слова в устах профессионала советской школы КГБ, который много лет боролся против внутренних и внешних врагов власти и, конечно же, даже мысли не мог допустить о том, что подвластный ему народ будет копить по домам оружие, а он, зная это, лишь констатировать этот факт...

 

11. Вверх по лестнице, ведущей вниз

 

За годы советской власти кочевая, феодальная Киргизии стала промышленно-аграрной республикой. Ее промышленность включала в себя 130 отраслей и выпускала продукцию почти четырех тысяч наименований. Во многих странах мира трудились пресс-подборщики, выпущенные мастерами из Фрунзе. Электроника и машиностроение, металлообработка и цветная металлургия, горнодобывающая и ковровая промышленность – казалось, что этот запас прочности даст возможность молодой стране относительно безболезненно встать в ряд развивающихся государств мира. Но это был лишь индустриальный фасад Киргизии, 70 же процентов ее промышленных мощностей трудились на оборону Советского Союза. Этот болезненный перекос, собственно говоря, делал республику сырьевым придатком Центра. На рубеже развала СССР Киргизия получала из других республик более 150 наименований различных производственно-технических из-делий. За счет ввоза покрывалась почти вся или вся потребность в прокате черных металлов, горюче-смазочных материалах, газе, лесе, бумаге, тракторах, автомобилях, каучуке, шинах, продукции химической промышленности...

При этом гидростанции республики вырабатывали почти 9 млрд. квт.ч. электроэнергии. Большая часть ее (более 6 млрд. квт.ч.) ежегодно потреблялась Казахстаном и Узбекистаном.

Однобоко, вопреки здравому смыслу, развивалось и сельское хозяйство. Маленькая Киргизия, территория которой почти на 90 процентов покрыта горами, содержала около 10 млн. голов мелкого рогатого скота. По численности поголовья овец и производству шерсти республика занимала третье место в СССР после России и Казахстана. Но в таком виде прокормить свой народ это сельское хозяйство не могло. К тому же вся индустрия республики была намертво связана с экономикой Советского Союза. Когда же тот погиб, то промышленность Киргизии,  и так не бывшая единым организмом, стала лишь осколком хозяйства другого, уже исчезнувшего государства. Преимущество было только в том, что у этого «обломка» имелся большой запас прочности и столько «строительного» материала, что при желании и умении на этой базе можно было создать нормальную собственную экономику. Только вот управлять этой махиной надо было осторожно и с любовью к делу. На деле же делалось все так, что создавалось впечатление, будто кто-то специально разрушает все, еще способное работать.

Официальная статистика утверждала, что уже к концу 1994 года в республике работало или было зарегистрировано 177 коммерческих банков и их отделений, 52 страховые фирмы, 14 инвестиционных фонда, 5 бизнес-центров, 39 рекламных компаний. Кроме того, прошли регистрацию 16 тысяч частных предприятий. Правда, из последних работало всего около 5 тысяч, остальные же просто числились, либо служили ширмой для теневой экономики. Тем не менее, в частном секторе экономики в октябре 1994 года было занято около 80 тысяч человек. Официально считалось, что трудом этих людей получено свыше 470 миллионов сомов (47 млн. долларов США) чистой прибыли от реализации продукции. При этом необходимо отметить, что деятельность частных фирм, предприятий и производств, как бы громко они себя не называли, в основном была ограничена торговлей, бытовым обслуживанием и общественным питанием. Наибольший удельный вес занимали посреднические организации. Свыше 15 процентов частного капитала было занято в промышленности, около 10 – в строительстве.

Бактыбек Кошоев. Специалист по частному предпринимательству из администрации президента:

 – На мой взгляд, наши удачи, это результат усилий президента и правительства, направленных на развитие и поддержку частного бизнеса. Республика одной из первых в СНГ начала политику либерализации. Чтобы дать «зеленую улицу» частному предпринимательству, мы работали по двум направлениям. Во-первых, это правовое обеспечение. И, во-вторых, оказание посильной финансовой помощи этому сектору экономики страны. По первому направлению были приняты законы об общих началах приватизации и разгосударствления, которые начали структурную перестройку и некоторым образом отрегулировали деятельность частного предпринимательства. Затем была принята Конституция, которая дала право на жизнь любым формам частного бизнеса.

 

Приватизация в Киргизии шла очень интересно. На проводимых под эгидой международных организаций аукционах по реализации государственной собственности не было видно ни одного человека со стороны. Там сидели директора, главные бухгалтеры и управляющие базами, заводами, крупными торговыми центрами.

С самого начала государство решило не выпускать из своих рук контрольные пакеты крупных предприятий, а то и вовсе не приватизировать их. Это напоминало известную собаку на сене – содержать, обеспечивать работой или модернизировать заводы и фабрики – правительство не могло, а, может быть, и не хотело. Отдать на сторону, раздробить – тоже. Тысячи людей без работы и без заработка поначалу слонялись по остановившимся цехам и территориям предприятий, а потом стали сотнями увольняться, пополняя собой ряды безработных и недовольных. Часть, наиболее активных и профессионально подготовленных, стала уезжать из страны.

Средние и мелкие заводики и мастерские, по большей части, попали в руки своих бывших руководителей или представителей нынешних или прошлых властей, что зачастую было одним и тем же. То же происходило с гостиницами, особняками, машинами. Ко времени, о котором говорит Кошоев, независимые журналисты утверждали, что приватизация дала возможность обогатиться, в лучшем случае, 7 – 10 процентам населения страны. Очень интересно ответил на этот вопрос Амангельды Муралиев. Председатель Фонда госимущества:

 – Насчет того, что государственное имущество, доставшееся нам после развала СССР, поделили 10 – 12 процентов имущих, не согласен, но готов признать, что на первом этапе приватизации (1992 – 1993 гг.) были допущены серьезные ошибки.

 

«Ошибки» были удивительны – основная масса населения страны, оказалась в очередной раз обобранной до нитки, а свою долю «народного», государственного имущества ощутила по весу нескольких сотен «упаев» ( киргизских ваучеров – Б. М. ) Ведь даже квартиры, заработанные десятками лет рабского труда, пришлось выкупать у нового «народного государства» за свои деньги. Основная масса людей, проработавших по 15-20 лет в промышленности, получила по 3-4,5 тысячи упаев. Цена 100 упаев в лучшие времена не поднималась выше 3 сомов (0,25 доллара США – Б. М.) Словно ненароком, но перед выдачей ваучеров, пенсии и заработную плату бюджетникам выдавали с задержкой на 3-4 месяца. Что могли делать полуголодные старики, учителя, врачи, рабочие?!. Они просто обменивали свою часть госимущества на деньги. Старушки и старики-пенсионеры делали это прямо у кассы, где им выдавали эти бумажки. Тут их скупали по ценам около 2 сомов за 100 упаев. Другие, к примеру, и я – продали свои упаи несколько позже. Поэтому-то основная масса ваучеров попала в карманы одних и тех же людей. При этом чиновники не стеснялись  «приватизировать» (а что, своя рука – владыка ) двухэтажную мебилированную гостиницу на 50 номеров за 1,5-2 тысячи рублей (в ценах 92-93 гг. – Б. М. ) или взять свою долю госимущества из автопарка, скажем, райисполкома в виде легкой машины ГАЗ-31 по цене 700-800 рублей, при рыночной стоимости автомобиля в 5-7 тысяч долларов США. Я знаю «мелкого» предпринимателя, который выкупая базу, которой руководил много лет, взял с согласия главбуха, деньги со счета этой же базы, а через полгода вернул их в «общественный» карман, но без учета инфляции. По сути, этот человек бесплатно получил в свое личное владения действующее торговое предприятие с полными складами товаров, техникой и автопарком. Потом бизнесмен прикупил еще несколько крупных магазинов и стал, как сам говорил «мелким предпринимателем».

Интересно, что к весне 1995 года наметилась тенденция к переприватизации. Новая волна чиновников посчитала себя обделенной и требовала своей доли народного добра. К примеру, обновленный кабинет министров вдруг решил вернуть в свое владение бывший гараж и автопарк Совмина республики. Его, чуть ли ни в первые же дни приватизации, буквально насильно всучили коллективу шоферов, механиков и слесарей этого предприятия. Теперь, когда коллектив понял, что к чему, и только начал налаживать работу, и впереди забрезжила прибыль, премьер-министр постановил своим распоряжением: «собственность вернуть!», а когда владельцы запротестовали, то бросил против них подразделение МВД. Гараж захватили, но люди подали жалобу в Арбитражный суд республики. К чести судей, они признали действия властей нарушающими законы и постановили вернуть имущество акционерам «Аяна»– так теперь называется бывший гараж Совмина. Но власть есть власть, и тяжба грозила либо стать бесконечной, либо перерасти в другое качество. (Смотрите приложения – Б. М. )

Бактыбек Кошоев специалист по частному предпринимательству администрации президента:

 – В марте 1994 года президент был вынужден издать Указ «О мерах по защите частного предпринимательства». В нем были разрешены важные проблемы. Нам удалось до минимума упростить процедуру регистрации частных предприятий. Заполни небольшой листок с указанием нескольких атрибутов и работай. Этот Указ практически отменил государственную монополию на внешнюю торговлю и громадный перечень лицензированных товаров. Сейчас это не касается 8 групп, отнесенных к товарам исключительной важности – вооружение, химикаты, яды, драгоценные металлы, предметы старины. Этот документ отменил и введенное ранее декларирование источников средств, необходимых для участия в приватизации.

 

Если бы это подогрело теневиков на включение в оборот скрываемых средств, то было бы благом, но ведь нынешние предприниматели думают по-другому:

Бактыбек Кошоев.

 – Проверять финансовую либо другую деятельность бизнесмена имеют право только представители налоговой инспекции и полиции, и никто более. К тому же, это разрешается делать не более раза в год,  отнимая на проверку, не более месяца.

 

Сергей К. Владелец небольшого трикотажного предприятия и любитель манипуляций с ценными бумагами. При этом ему удается делать так, что проценты по одним платит правительство Казахстана, по другим – Киргизии, а прибыль Сережа кладет в свой карман:

 – Когда я начинал свое первое дело, то пришлось сразу дать взятку в райисполкоме, во время регистрации. Потом, когда я только развернулся, на меня «наехали» рэкетиры. Опять пришлось пораскинуть мозгами и начать ежемесячную выплату бандитам. Только прежде чем платить, я выбрал «бригаду», которая контролировала полгорода. Теперь с этой стороны я неприкасаем. А когда появилась налоговая инспекция, пришлось пустить в ход старые связи среди представителей силовых структур. Теперь плачу и налоговикам и спокоен – не только лишнего не возьмут, но и помогут обойти законы. Все это, относительно,по-божески, так что мне на хлеб с красной икрой хватает и на всякие заграничные турне, с девочками – тоже.

Сейчас работаю над проектом перестройки одного из своих предприятий. Хочу получить у правительства зарубежный грант на реорганизацию. Зачем тратить свои, когда можно вложить чужие? Уже нащупал тропку к душе одного из распорядителей. Даст Бог, получу и эти деньги.

 

Бактыбек Кошоев.

 – Пришел в Киргизию и зарубежный товаропроизводитель. Сейчас в республике (1995 г. – Б.М.) работает 328 совместных и 55 чисто иностранных предприятий. Правда, активно трудится что-то около трети, но мы совершенствуемся в движении.

 

Господин Билял Аккурат. Экономический советник посольства Турции в Киргизии:

 – Нашим предпринимателям постоянно приходится преодолевать какие-то препятствия. Кроме того, нас возмущает медлительность правительства в работе с предложенным ему 73-миллионым кредитом. За два года освоено немногим более 30 миллионов. Такое ощущение, что наши деньги никому не нужны.

 

Амангельды Муралиев. Председатель Фонда госимущества:

 – Действительно часть зарубежных кредитов идет на проедание и покрытие дефицита бюджета страны, но это нормально.

 

Кредиты идут еще и на обогащение кучки доверенных лиц. И тут механизм перекачивания зарубежных денег прост до предела. Вот как об этом говорит редактор газеты «Республика»

Замира Садыкова:

 – Тем, кому не хватило портфелей министров, акимов и госсекретарей, дали портфели директоров предприятий. Они Указами президента тут же были преобразованы в АО, СП, компании и фирмы. Затем им выделили кредиты для развития, которые они благополучно переварили, и тут же Указами сверху были настоятельно объявлены банкротами. Таким образом, с их директоров была снята ответственность за разбазаривание кредитов и расхищение государственной собственности. Кто будет платить проценты, да и когда мы сможем выплатить сами кредиты, которые президент Акаев выпрашивает по всему миру?

 

Глава Киргизии не устает повторять, что экономическая политика страны строго выверена и ведется в целях укрепления Киргизии. При этом все делается при помощи и под контролем зарубежных специалистов и ни одного цента не пропадает даром и, конечно же, все делается для того, чтобы не обездолить будущее поколение.

Керим Джунушев. Доктор экономики. Профессор. Он в одной из своих статей пишет:

«Фактическая сумма иностранных кредитов Кыргызстана на 1 января 1994 года составила 1 миллиард 5 миллионов долларов США. Из них только США – 104 миллиона долларов. Если в среднем проценты на эти кредиты будут составлять по 10%, то долги превысят 350 млн. долларов. К тому же, общая сумма кредитов растет, будет расти и сумма процентов. Согласно графику погашения странами СНГ основной суммы долгов по государственным кредитам Российской Федерации в 1994 – 1997 гг., Кыргызстан должен погасить кредиты РФ: в 1995 г. – 23,8 млн., в 1996 г. – 23,8 млн., в 1997 г. – 23,8 млн. Всего 71,4 млн. долларов США. Кроме того, Кыргызская Республика задолжала Узбекистану, Туркмении, Казахстану. Внутренние долги тоже интенсивно растут. Определенно ясно, что народ Кыргызстана, даже несколько поколений, современных и будущих, не сможет расплатиться с этими долгами.

Всего три года назад (1992  г. – Б. М.) прирост нашего национального дохода составлял до 5 процентов, а в 1993 он упал на 60-70 процентов. Так, в 1993 году президент утверждал, что темпы инфляции снижены до 14-18 процентов в месяц, а затем уровень инфляции в марте, якобы составил 7,4 процента, а в августе 1994 года – до 2,1 процента. Таким показателем «не может похвастать ни одна страна СНГ», – утверждал Акаев. А как могла понизиться инфляция, когда производство почти остановилось и цены, и налоги непрерывно растут?

Между тем, статистика утверждает и доказывает: «Уровень инфляции в целом по республике в 1993 году составил 1294% (в 1992г. – 1030%). Это подтверждается данными Всемирного банка, который разработал для нас «проект социальной защиты». На мой взгляд, справедливо утверждать, что инфляция в Киргизии растет по геометрической прогрессии. « С января по март 1993 г. инфляция выросла на 100%.» Если у Акаева все построено на таких ошибках, то как можно верить президенту?!

Величина условного минимального потребительского бюджета (по состоянию на 1 марта 1995 года, – продолжает профессор Керим Джунушев, – достигла 476,4 сома (около 47 долларов США – Б. М.) в расчете на душу населения; 566,02 сома на одного трудоспособного; 395,7 – на пенсионера; 416,1 – на ребенка от 1 до 17 лет. Стоимость минимального потребительского бюджета колеблется от 400 сомов в Джалал-Абадской области до 528 сомов – Чуйской. Таким образом, существенно ухудшилось социально-экономическое положение населения в первом квартале 1995 года. Сумма задолжности по заработной плате в январе 1995 года достигла 255,3 млн. сомов (25,5млн. долларов США – Б. М.) Эта задолженность растет. Инфляция так же имеет тенденцию к росту в среднем в месяц (январь и февраль 1995 г.) она составила 7,1 – 6,8 %. Так что «светлое будущее» не ожидается, и еще очень и очень долго.

В 1994 г. числилось более 21 тыс. фермерских хозяйств. Из 1190 зарегистрированных предприятий мелкого бизнеса функционирует только 380 (32%), более 200 совместных предприятий, которые в 1993 году произвели всего лишь 3% валового продукта. Да иначе и не могло быть при развале хозяйственно-экономического механизма.

Если говорить языком цифр, то в 1993 г. промышленная продукция ( в сопоставимых цифрах) снизилась по сравнению с 1992  г. на 24,2%, тогда как резкий спад производства был в июле-августе – 42%; добыча нефти – на 22,5%; газа – на 42,5; угля – на 23,7 процента Экономические показатели в 1994 г. стали еще хуже. ВВП в фактических ценах за 1994 г. оценен 1,041 млн. сомов – сократился по сравнению с 1993 годом на 26%. В строительной индустрии производство сократилось в 1993 г. против 1992 г. на 48%. Производство молока – на 21-22%, яиц – на 53, шерсти – на 25 процентов. Полная бесхозяйственность царит в животноводстве. Сократилось поголовье крупного рогатого скота на 19%, овец и коз – на 28%, свиней – 37%, лошадей – 11, птицы – на 52%.

Эти отрицательные показатели в 1994 году еще более выросли: численность крупного рогатого скота сократилась еще на 14%, овец и коз – на 25%, лошадей – на 13%. ( хочу напомнить, что на рубеже развала СССР в Киргизии, по официальным источникам, было около 10 млн. голов овец – Б.М.)

В начале 1994 года, – утверждает профессор, – минимум 100 тысяч человек оказались за бортом социальной защиты, образовалась массовая безработица. Уровень жизни в Киргизии был значительно ниже, чем в соседних странах Центральной Азии. Для сравнения: минимальная заработная плата и пенсия в Казахстане в это время составляла (в пересчете на российские рубли) 19 тыс. рублей, Узбекистане – 30 тыс. рублей, а в Кыргызстане 6698 рублей.

Абсурд и обман народа, когда в Указе президента «О мерах по углублению земельной аграрной реформы Кыргызской Республики» говорится: «Установить, что граждане, юридические лица Кыргызской Республики могут быть владельцами права (выделено мной – Б. М.) пользования земельным участком (долей), – резко осуждает Керим Джунушев аграрную реформу администрации Акаева, – это, во-первых, не грамотно ни экономически, ни юридически, поскольку «поземельная собственность»»– это реальные экономические отношения. «Право»– это юридическая категория, только фиксирующая реальные формы собственности. «Владение»– не собственность, оно носит временный характер, не выражает сущности всякой формы поземельной собственности. А «пользование» землей – понятие такое, что собственность может быть государственной, индивидуальной частной собственностью, капиталистической частной собственностью, а могут «пользоваться» ею другие юридические и физические лица. Можно сдавать землю в аренду иностранцам, получая арендную плату и земельную ренту. Так, не понимая сущности, подписывать такой серьезный документ президенту непозволительно. Он играет судьбой народа. Во-вторых, странно и даже абсурдно звучит: « владелец права пользования земельным участком (долей) может продавать и обменивать его в 1994 году только членам настоящего (бывшего) хозяйства, а с 1 января 1995 г. – другим гражданам, юридическим лицам Кыргызской Республики.» При этом доля семьи на землю дифференцирована от 20,25 до 30 гектаров. Даже не просчитано, хватит ли пахотной земли всем крестьянским хозяйствам, когда сельхозугодья, особенно пахотные, у нас крайне ограничены: 90% территории – горы».

Я специально привожу здесь работу профессора К. Джунушева и данные, касающиеся первых пяти лет становления экономики Киргизии, тогда еще имевшей значительный запас прочности советского полувоенного хозяйствования.

В 1991 году в республике посевные площади насчитывали 1279,6 тыс. га; в 1992 г. – 1264; а в 1993 г. – 1257,8 тысяч гектаров. Это, в основном, были земли с искусственным орошением. Поэтому с запустением государственной ирригационной системы посевные площади обрабатываемой земли сокращались с каждым днем.

Несколько слов о самом профессоре Джунушеве. Он считает, что президент Аскар Акаев и его администрация ведут страну в экономическую пропасть и, из-за некомпетентности и желания личного обогащения, сделали все, чтобы развалить хозяйство Киргизии и превратить республику, может быть, неосознанно в колонию западных кредиторов. Таким образом, сейчас читатель смог познакомиться с мнением человека, отрицательно относящегося к нынешним властям Киргизии.

Теперь хочу представить возможность познакомиться с оценкой экономической ситуации, сложившейся к осени 1995 года, которую дал человек Акаева, министр экономики Киргизии. Таалайбек Койчуманов. После встреч и бесед с ним, у меня сложилось впечатление, что это относительно открытый человек, который если и обходит какие-то «острые углы» в разговоре с журналистом, то только в силу своего служебного положения, обязывающего скрывать государственные секреты.

27 июня 1995 года президент Киргизии Аскар Акаев, в присутствии отобранных журналистов провел заседание кабинета министров. На нем он резко критиковал работу правительства. Из слов главы государства можно было сделать только один вывод – кабинет совершенно не работает и тем самым поставил страну на грань гибели...

Таалайбек Койчуманов. Министр экономики:

 – Экономическое положение страны действительно ухудшается. Наиболее сложная обстановка сложилась в промышленности. Здесь по данным Нацстаткомитета, по сравнению с прошлым годом (1994  г. – Б. М.) производство сократилось на 20 процентов. Почти все предприятия сидят в дебиторской и кредитной задолжности, и на их расчетных счетах находятся смехотворные суммы. Так, по данным Минпрома на 1 апреля, на расчетном счету АО «Эмерек» была 1 тысяча сомов, кожзавод имени Фрунзе – 400 сомов, ковровый комбинат – 200 сомов, а у таких «гигантов», как ТНК «Дастан», завод «КИП», Торгмаш КЭМЗ, НПО «Ала-Тоо» и многих других – вообще ничего. Получается что все наши предприятия остановились намертво.

В то же время промышленность за 5 месяцев 1995 года использовала электроэнергии на 5 процентов больше по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. Денежная масса в целом по республике за 4 месяца увеличилась на 11 процентов, а по сравнению с 1994 годом – в 2 раза. Заработная плата в промышленности возросла на январь – май на 70,6 процентов и составила на апрель 517,5 сомов. Казалось бы, при таких показателях (когда растет денежная масса и падают объемы производства) у нас должны быть высокие темпы инфляции. А она, как известно, в апреле составила – 0,8 процентов, в мае – 1,6 процентов, а в среднем за месяц с января по май – 3,5 процентов.

Вывод один, показатели падения производства и полное отсутствие денежных средств на счетах предприятий не соответствует реальному положению дел. На самом деле объемы производства должны быть выше. И лучшим тому показателем стал экспорт товаров. За первый квартал 1995 года он увеличился по сравнению с аналогичным периодом прошлого года на 32 процента. Доля промышленности при этом практически не изменилась: 98,8 процентов в первом квартале 1994 г. и 90,3 процента в 1 квартале 1995 г. Значит рост экономики все-таки есть, потому что за счет воздуха экспорт не увеличится. Однако, улучшения в экономике не повлияли на рост жизненного уровня граждан.

Это значит только одно – значительная часть производства в республике вышла из-под контроля государства. В Киргизии сложилась мощная теневая экономика, со своими законами, своим оборотом, своими правилами игры. Вот откуда, на наш взгляд, неплатежи, неуплата налогов, невозврат кредитов.

 

Тут, на мой взгляд, нужно чуть-чуть дополнить министра. По данным Нацкомстата финансирование экономики к 1 мая составило всего 3,3 процента к ВВП, а на социально-культурные мероприятия уже было истрачено свыше 87 процентов бюджета страны. Кстати, сюда же «умелое» руководство страны спрятало и средства, выделяемые на подготовку общественного мнения к проведению референдума по продлению полномочий президента.

Ну, и с цифрами темпов инфляции министр несколько «не в ладах», но тут, уж, сидя в одном корабле... Правда, называя их мне, он, продолжая смотреть в свой «ноутбук», так нахмурил брови, что все стало ясно и без слов.

 – Тут нужны карательные меры, – продолжает министр, – но одновременно с ними необходимо выровнять перекосы в действии экономических механизмов.

Во-первых, в воспроизводственном процессе допущено значительное отклонение в сторону потребления. По данным за 1991-1994 гг. удельный вес накоплений в Валовом Внутреннем Продукте продолжает падать. Если в 1991 году он сос-тавлял 30,7 процента, то к концу 1994 года – 21 процент с учетом накопления материальных оборотных средств, а накопление основных фондов уменьшилось в еще больших масштабах – с 17,2 процентов до 12,8 процентов.

–В результате,–говорит Таалайбек Койчуманов, – происходит быстрое обесценивание главного фактора производства – основных фондов. В частности, амортизационные отчисления в структуре ВВП у нас составляют около 1 процента, в то время, как даже в годы Великой Депрессии американцы не опускали долю амортизации ВВП ниже 9 процентов. Предприятиям сейчас стало выгоднее останавливать станки и оборудование в основном производстве (проедать основной капитал) и направлять средства в малые предприятия, дочерние филиалы, заниматься всякого рода коммерческой деятельностью.

На наш взгляд, мы допустили ошибку, не переоценив основные фонды из-за боязни роста цен. Сейчас было бы целесообразным поднять долю амортизации в ВВП до 9-10 процентов, что в сумме составит около 2 млрд. сомов. Вот вам и средства на инвестиции.

Самое важное здесь – восстановить паритет цен на главные факторы производства – на основные фонды и на рабочую силу (у нас сейчас стоимость фондов падает, а рабочий силы растет).

Такое же тяжкое положение сохраняется в сельском хозяйстве, где основное средство производства, земля, не имеет реальной рыночной оценки. В результате количество неиспользуемой земли достигло значительных масштабов – 46 тысяч га. Это официальные данные. Если же учесть, что «под парами» оставлено в этом (1995 г. – Б. М.) 293,5 тыс. га. Вместо обычных 60-70 тысяч, станет ясно, что неиспользуемой земли гораздо больше. Это еще раз подтверждает необходимость скорейшего введения рынка земли на основе частной собственности.

Чтобы выйти из кризиса, я вижу необходимость принятия ряда жестких мер, которые, конечно, вызовут недовольство и временное ухудшение жизни народа. И среди них первое – быстрое увеличение накапливаемой части ВВП...

 

Обвальное падение экономики началось в 1993 году. Этот год вошел в историю Киргизии выходом из рублевой зоны и введением (май) собственной валюты. Но в этом году и закончилось уничтожение, правда, это можно назвать более мягким словом «чистка», директорского корпуса, доставшегося Киргизии от Советского Союза. Это были хорошие специалисты и умелые организаторы, корнями вросшие в киргизскую землю и не собиравшиеся ее покидать, но у них был один недостаток – почти все они не представляли коренную национальность молодой страны.  Русские и украинцы, евреи и белоруссы – одни были присланы из Центра для укрепления промышленности республики, другие – выросли здесь, но все они были способны, что доказали в годы перехода от командной к рыночной экономике, удержать производство в рабочем ритме. Кроме того, у них были наработанные десятилетиями связи по всему СССР. Новая национальная политика Аскара Акаева почти не оставила «русскоязычных» директоров или главных инженеров на своем месте.

1993 год принес и разрыв экономических связей, поставивший почти на колени промышленность Киргизии. После введения национальной валюты, бывшие «братские» республики пожелали получать от Киргизстана твердую валюту и совершенно не признавали сома. Интересно, что никто в администрации президента и правительстве в то время ни словом не обмолвился о катящемся под откос производстве. Говорили: о жесткой финансово-кредитной политике, прекращении поддержки убыточных предприятий, высоких ссудных процентах... Правительство, под давлением администрации Акаева, стало вынуждать предприятия брать краткосрочный кредит под высокий, до 200, процент. Это заставляло заниматься мелочной торговлей, только бы вернуть деньги и сохранить рабочие места. Кара-Балтинский горно-рудный комбинат спекулировал холодильниками, машиностроители – томатной пастой... «Академически тонкая», но совершенно оторванная от реальности, политика администрации заставила оборотистых предпринимателей вывозить деньги из страны. Но в тот момент, почему-то, власти предпочитали этого не замечать. В 1994 году, когда пришлось снимать первый «урожай» 1993-го года, доходы консолидированного бюджета уже составляли немногим более 18 процентов, а расходы – почти 27 процентов. Уже тогда страна, усилиями властей, превратилась в едока, потребляющего больше, произведенного. Казалось бы, сама жизнь должна заставить сделать все для сокращения расходной части бюджета, но нет. В первой половине 1995 года доходная часть бюджета сократилась на О,5 процента по сравнению с тем же периодом 1994 г., а расходная возросла с 27 к ВВП до 37,2 процентов. Выходит, что промышленность, собственно, приостановила падением, а государство стало проедать еще больше. И это данные первой половины года, а во второй был еще праздник 1000-летия эпоса «Манас» и досрочные выборы президента. Февраль 1996 ознаменовался новым Всенародный референдумом, который и вовсе должен был проесть последние крохи бюджета. Недаром весной и летом 1996 года в стране появились очереди за хлебом и забастовали учителя, которым полгода не платили заработную плату. Пенсионеры не бастовали, но только в столице к лету 1996 года им уже четыре месяца не выплачивали содержание.

Конечно, очередная порция долларов МВФ, направленная на поддержку сома, в руках эквилибристов администрации Акаева может довести «инфляцию» до 0,8 процентов, но разве это выправит положение и вернет средства в банки Киргизии?!

Любят в окружении президента, да и сам он не прочь, поговорить о недополученных налогах, которые, де, спасли бы бюджет. Но вся ли в этом правда?

Лукавая статистика, доставшаяся от советских времен, утверждает, чтодефицит бюджета за весь 1994 год составил 864,2 млн. сомов. К 1 мая 1995 года (за четыре месяца) он достиг 640 миллионов сомов. По тем же данным, за это время, бюджет недобрал 411,5 млн. сомов налогов. Итак, дефицит бюджета, даже при полном сборе налогов, составляет 240 млн. сомов ( 24 млн. долларов США – Б.М.)

Поневоле задаешь себе вопрос: « А хочет ли власть вывести страну из кризиса? Что реально она делает для стабилизации рынка, стимуляции экспорта? Или все это лишь видимость телодвижения и привычная советским людям попытка в три прыжка одолеть пропасть?

Отвечу на этот вопрос, хотя бы частично, примером работы правительства и администрации президента с Кадамджайским сурьмяным комбинатом. Все весну 1995 года правительственные источники информации клеймили руководство этого предприятия, обвиняя его в открытом воровстве. Сурьмяной получил от Советского Союза не только громкую славу, выпускаемого здесь чистого (999) металла, но и часть его рынков. В сумятицу развала экономики удалось сохранить и пространство сбыта, и часть коллектива. В 1994 году предприятие принесло казне 56 млн. сомов дохода. И это не все – следственная комиссия, по сигналу со стороны, (возможно это были конкуренты или завистники) начавшая интересоваться активно работающим комбинатом, когда сотни других предприятий стоят, обнаружила еще миллионы долларов, находящихся в обороте за рубежом. Средства находились не на частных счетах, а на балансе комбината и уйти с него не могли. Но директор и главный бухгалтер, за такую оборотистость, попали под уголовную ответственность, а коллектив был оштрафован на 100 млн. сомов ( а рабочие и инженеры-то при чем?!). Вот вам и умелая политика родного государства, «редеющего» за народ и подъем экономики.

Думаю, мало бы кто возразил против снятия с работы нерадивых директоров нерентабельных предприятий. Тем более, что они практически все государственные ( государство держит у себя от 51 до 100 процентов зачем-то выпущенных акций этих заводов и фабрик). Может быть, поэтому в кресла здешних директоров и не идут умелые работники. Хотя есть данные, что их туда просто не пускают, придерживая места с обеспеченым заработком для своих людей.

Но лучше об отношении к директорам со стороны властей пусть расскажет один из них.

31 июля. Жалгап Казаков. Директор бывшего «Южполиметалла», переименованного сейчас в Кара-Балтинский горно-рудный комбинат. Горячий, эмоциональный человек.

 – Пять лет бъемся с правительством за золоторудное месторождение Талды-Булак. Семь раз нам его давали и столько же раз отбирали. Как будто им, сидящим в кабинетах, виднее кто быстрее и экономичнее сможет вести разработку. А у нас сейчас уникальное производство, в том числе и для аффинирования золота. Только мы во всем регионе можем обогащать уран, только у нас технология, которую готовы хоть сейчас купить западные фирмы. А тут, дома, как нарочно (?!) делают все, чтобы мы не могли подняться с колен.

Мы бы уже ежегодно давали по 2-3 тонны драгоценного металла. Так нет, нас все время держат за руки. Сегодня Узбекистан вышел на 70 тонн металла в год, а из-за чего? Там правительство не держит директоров за подол. А мы партнеров, под давлением властей, вынуждены подбирать, как невесту. На нас государство давит, чтобы мы брали в парнеры тех, кто согласен делить прибыль в соответствии 70 процентов нам, 30 процентов им и ни шагу в сторону. Разве так можно?! Надо к этим вопросам подходить гибко, думая о перспективе. Узбеки, пользуясь этим, уже двинулись вперед и получают солидные прибыли.

Приведу только один пример. Нам знаменитая «Кола» предлагала сотрудничество. Пока мы «ломались» и обсуждали проценты с правительством, им надоело ждать и они ушли в Ташкент. Теперь их совместное с узбеками предприятие завоевало весь азиатский регион.

А у нас власть занимается не поддержкой предпринимательства, а сменой директоров и названий предприятий. «Южполиметалл» знали во всем мире еще с советских времен. Так нет, нас заставили в очередной раз сменить вывеску, а это визитная карточка, доверие партнеров, если хотите. Теперь езжу по миру и доказываю, что я тот же самый, а не какая-то темная лошадка из независимого Кыргызстана.

А ведь сколько золота лежит у нас в земле и из-за нерадивости правительства не может принести стране прибыль. Курунды: по проекту в нем всего 5 тонн, а я чувствую, что там в два раза больше. Так, уж, работали советские геологи – лучше сказать меньше, чем ошибиться. В этом (1995 г. – Б. М.) году мы возьмем здесь 300 килограммов, а в 1996 – 500, а там подойдет Джеруй. С него в 1998-1997 гг. мы могли бы взять 5-10 тонн, с Кумтора – столько же драгоценного металла. Там, глядишь, и перестали бы ходить по миру с протянутой рукой!

На нашем комбинате единственная в мире цепочка по очистке отходов радиоактивного молибдена. У нас в Сары-Джазе 150 тысяч тонн пищевого олова. Господи, чего только нет в наших горах, и я не прошу у правительства ни денег, ни людей – мне нужна свобода и возможность работать!  А мне не дают ни того, ни другого! Иначе у наших ворот сейчас бы толпились желающие работать с нами со всего мира.

 

Может быть, «собака» кризиса и обнищания Киргизии при таких зарубежных кредитах, как раз зарыта в том, что администрация, с «легкой» руки Акаева, сделала все, чтобы ни один руководитель не чувствовал бы себя уверенно на своем месте? Кадровая чехарда привела к тому, что каждый, даже самый, что ни есть умный и оборотистый директор или министр – не верит в то, что ему дадут время на реализацию своих мыслей и возможность показать себя. Временщики на всех горизонтах породили коррупционеров. Те, в свою очередь, растлили временщиков, вместе «отравили» экономику и круг замкнулся. Каждый, кто допущен или добрался до государственной или любой другой «кормушки»– думает только об одном: «Как бы быстрее обогатиться, ведь все равно скоро сменят...»

По этому поводу я хочу привести слова бывшего               премьер-министра Турсунбека Чынгышева, ставшее в одно время самым ходячим выражением в коридорах власти. «Сегодня не ворует только дурак или последний лентяй!» – Бросил с телеэкрана глава кабинета министров, делая горький вывод из сложившейся в стране обстановки.

Может быть, в тот момент он уже предвидел, что через несколько месяцев – в декабре 1993 года станет «козлом отпущения» в золотом скандале и падет, приняв на себя стрелы, направленные в президента Акаева? Глава государства в тот момент, в очередной раз, явил миру удивительное умение подставлять вместо себя своих помощников.

 

 

12. Золотой мираж для демократа

 

Итак, поговорим о золоте Киргизии. Этот вопрос возник в парламенте страны в тот момент, когда президент в очередной раз заговорил о необходимости просить западные кредиты. Бывший первый секретарь ЦК компартии Киргизии и тогдашний народный депутат Турдакун Усубалиев сказал о том, что в закрома СССР из рудников республики было отправлено 14 тонн драгоценного металла, и надо бы выяснить куда он девался. Тут же в зале густо заговорили и о том, что и сейчас непонятно куда девается золото, уже добываемое независимым Киргизстаном. Конечно, все было подготовлено заранее и имело задачей показать главе государства, что он рано сбросил со счетов прежнего лидера страны. Кстати, и сам Аскар Акаев был им же поднят из академической тишины. Депутаты тут же потребовали от руководства республики отчитаться, куда и как расходуется золото страны? Срочно была создана парламентская комиссия, которая и начала расследование дела.

Прошу особо обратить внимание на то, что в этот момент, согласно требованиям президента, глава правительства был лишь первым, среди равных, а всем руководил сам господин Акаев. Таким образом, расследование комиссии, если она действительно найдет достойный общественного внимания компромат, несло непосредственную угрозу молодому президенту. По сути же дела, началась обычная борьба за престол, но, вольно или невольно, открывшая глаза массам обнищавших киргизстанцев на махинации властей с золотом.

Приведу лишь выдержки из обширного доклада депутатской комиссии. Но сначала слово редактору единственной газеты Л. Жолмухамедовой, решившейся ценой своего поста обнародовать эти взрывоопасные материалы.

Газета «Свободные горы»Nr. 88 от 3-8 декабря 1993 года.

«... немедленно после выхода Nr. 87 «Свободные горы», в котором было помещено наше объявление (о намерении в следующем номере напечатать сенсационные материалы-результаты расследований депутатской комиссии по золоту – Б.М.), меня пригласили к заместителю Председателя Верховного Совета М.И. Логвинову. Он потребовал от меня не выпускать заранее объявленный номер. Мотивируя это тем, что такова просьба Председателя Верховного Совета, и вообще – не надо разжигать страсти. На вопрос – почему народу нельзя ознакомиться с теми материалами, которые доступны депутатам, я ясного ответа не получила. В свою очередь, я заявила М.И. Логвинову, что такому жесткому давлению подчиняться не намерена, считаю его грубым попранием прав журналистов, покушением на Закон «О средствах массовой информации», принятый самим же Верховным Советом...

... И чуть ли не под руки я была проведена в кабинет Председателя Верховного Совета, где после обмена взаимными любезностями мне внешне мягко, но достаточно жестко было предложено отказаться от идеи опубликовать номер 88. Мотивы? Те же. Не надо разжигать страсти и вообще: где редакция взяла материал? Убедившись в том, что я не намерена подчиниться столь жесткому диктату, М. Шеримкулов «успокоил» меня, заявив, что номер все равно не выйдет в свет, поскольку он лично позвонит директору монопольного госконцерна «Учкун» А. Стамову и потребует от него не печатать этот номер...»

 

Газета вышла в Алма-Ате и была почти подпольно привезена в Бишкек.

Итак, Золото Кыргызстана:

«... раздел IV. Контрабандный вывоз золота.

... Как показала проверка, начиная с сентября 1991 года, т.е. с момента распада СССР, «золотые» вопросы взяли в свои руки президент и премьер-министр. Другие члены правительства даже не знали о том, сколько золота добывается, где и как оно используется. Чем было вызвано превращение «золотого дела» в монополию двух высших руководителей республики? Возникает такой и другие вопросы, не находящие ответа.

До развала Союза золото Макмальского комбината очищалось на аффинажных заводах России, что значительно дешевле, чем к примеру, на швейцарском предприятии «Металор», которое за очистку 1635 кг. нашего золота потребовало около 30 тысяч долларов. Иными словами, швейцарский завод брал 18 центов за 1  грамм золота, а российские аффинажные заводы – только 8 центов, т. е. дешевле, чем в 2 раза.

... И сразу после возвращения Чынгышева из Швейцарии, по его личному указанию, золотые концентраты стали вывозить в г. Цюрих (Швейцария) и передавать фирме «Металор». Приводим тексты некоторых распоряжений премьер-министра:

«Настоящим удостоверяется, что полковнику Бошкоеву Джоомарту Тербишалиевичу /паспорт серии II – ТЕ Nr. 514483 от 21 мая 1967 года/  (Начальник Управления охраны президента Акаева – Б. М.) поручается правительством Республики Кыргызстан принять в производственном объединении «Кыргызалтын» золотой концентрат общим физическим весом 231568,4 грамма или в чистом химическом весе 202500,5 грамма золота для его дальнейшей доставки к месту аффинажного производства.

Премьер-министр Т. Чынгышев 27 марта 1992 г.               исх. Nr. 82.»

 

Интересно, что золото вывозил доверенный человек президента, а документы ему подписывал глава правительства. Со стороны кажется, что разгадка этого «шахматного хода» лежит в привычке главы государства, как говорит он сам: «Не мешать людям выполнять их обязанности». Но в его ближайшем окружении говорят, что это лишь желание оставить за спиной запасной выход...

«... К этому комиссия может добавить только одно: в то время в нашей республике уже действовало свое аффинажное производство. Зачем же, спрашивается, понадобилось премьер-министру отправлять его в Швейцарию?

Комиссия установила, что вопрос о вывозе золота в Швейцарию не обсуждался в Правительстве. Все делалось в тайне, о которой знали лишь самые доверенные люди премьер-министра и президента. Как ни странно, но Правительство даже не составило контракт с заводом «Металор» об условиях аффинирования кыргызского золота и хранения его в Швейцарском банке. Ни странная ли «забывчивость»? По мнению специалистов, в мировой практике по аффинированию и хранению золота не было еще подобного прецедента. Больше того, сделки носили явно преступный характер, хотя и были даже составной частью государственной политики. Золотом они распоряжались, как тыйынами (мелкая денежная единица – Б. М.) из своего кошелька. Теперь было понятно заявление А. Акаева, нашего президента о том, что «мое дело – на чем возить золото на личном самолете или на верблюде».

...Золото вывозилось на частном самолете, принадлежащем гражданину Швейцарии Борису Бирштейну, что подтвердил премьер-министр Чынгышев.

По данным авиакомпании «Кыргыз Аба жолдору» самолет Бирштейна совершил 17 рейсов из аэропорта «Манас». А по данным таможенной инспекции – 15 рейсов.

...Проверка вывозимого спецгруза проводилась поверхностно. Все данные о грузе заносились в декларацию со слов сопровождающих лиц или по представленным ими документам. Так как перевозки эти носили секретный характер, то документы эти, кроме совместно заполненной декларации, в таможне не оставались.

...Выходит, само правительство было главным нарушителем таможенного законодательства. Это ему было нужно, чтобы таможенные органы не имели никаких документов о вывозе из республики золота.

Раздел V. Сомнительные сделки.

«Совершенно недопустимо и то, что бывший председатель Госкомитета по внешнеэкономическим связям А. Сарыгулов и начальник Управления охраны резидента Дж. Бошкоев, прилетев в Цюрих, сдавали золото незнакомым людям под роспись, даже не требовали у них удостоверения личности.

...Нет сомнения в том, что действительные условия контракта по аффинированию золота знают только Б. Бирштейн и, может быть, в какой-то степени президент и премьер-министр. Сегодня ни правительство Кыргызской Республики, ни производственное объединенние «Кыргызалтын» не располагают в полной мере данными о количестве золота (в металле), полученного после аффинирования.

...Однако, о результатах аффинирования остальных 11 партий ( из 13, по утверждению комиссии – Б. М.) золотых концентратов нет никаких сведений. Больше того, президент госконцерна «Кыргызалтын» Д. Сарыгулов и начальник управления драгметаллов Садыков, не имея никаких данных от завода «Металор» о результатах аффинажа всех отправленных туда золотых концентратов, составили, по-существу, фиктивное заключение по аффинажу золота, произведенного в 1992  г.

Раздел VI. Прямое хищение валютных средств.

«Председатель Нацбанка К. Нанаев только 24 февраля 1993 года от швейцарского завода «Металор» получил после аффинажа 1 тонну 634 кг. 315,3 грамма золота и сдал его под залог в швейцарский банк «ЮВС». На каких условиях – вопрос так же остается без ответа. Наивно верить заявлению госконцерна «Кыргызалтын», что это золото больше года лежало на заводе «Металор». Всем известно, что в капиталистическом мире, тем более в Швейцарии, где знают толк в торговых делах, золото не будет лежать мертвым грузом. Оно всегда находится в обороте, принося немалые дивиденды. Можно только предположить, сколько дивидендов за год принесло более 1,6 тонны кыргызского золота и какую часть этих дивидентов получил Кыргызстан и получил ли он вообще или, возможно, кто-то другой – от прямого ответа на эти вопросы уклонились и правительство, и госконцерн «Кыргызалтын», и Национальный банк. Очень странно, но факт.»

 

Очень может быть, что бывшие большевики, ставшие ныне поборниками демократии и свободного рынка, на всякий случай подумали о своем будущем и «чуть-чуть» отложили на черный день. Как это, в свое время, сделали в 1917 году их вчерашние боги-вожди пролетариата, захватившие власть в России.

Комиссия написала объемный доклад и, чтобы даже в выдержках передать его содержание, потребуется слишком много печатной площади. Мне кажется, что разумнее перечислить наименования оставшихся разделов и читатель поймет о чем там идет речь:

„VII.  Куда девался 1 млн. 915 тыс долларов?

VIII. Закупалось ли оружие иностранного производства на 700 тысяч долларов США?

IX. Расточительство правительства в расходовании народных средств.

Х. Закупало ли правительство зерно на 600 тысяч долларов?

XI. Где была закуплена параболическая антена спутниковой связи?

XI. Куда деваются поступающие денежные средства и валюта? »

 

Один из членов комиссии, депутат К. Идинов сказал мне, что сильнее всего власти напугал 6 пункт Проекта резолюции, предложенного парламентской комиссией вниманию будущей Сессии Законодательного собрания. Он предусматривал образование независимой следственной группы при Жогорку Кенеше (парламенте) для рассмотрения фактов, изложенных в докладе комиссии по золоту и утверждавших, что произошло сращение некоторых должностных лиц и государственных структур с преступными группами.

А пока, Комиссия, основываясь на выводах своего расследования, потребовала отставки премьер-министра Турсунбека Чынгышева и председателя Нацбанка К. Нанаева. Первый оставил свой пост.

Интересно проходил сам процесс отставки премьера. Хочу еще раз отметить, что он в это время был лишь первым среди равных, а всем руководил, соответственно Конституции, президент страны Аскар Акаев. Один из ближайших сотрудников главы правительства сказал мне, что Чынгышев верит главе государства, а тот обещал защитить его, рассказав депутатам об истинном положении вещей. Может быть, поэтому, премьер безмолвно и спокойно выслушал все обвинения.

Только когда парламентские прения достигли «точки кипения», на сцену поднялся  Чынгышев и направился к сидящему на заднем плане Аскару Акаеву. Тот вскочил и, выбежав из-за стола, кинулся навстречу своему премьеру и, когда между ними оставалось метра два-три, что-то тихо сказал и развел руками.

Чынгышев резко повернул назад, подошел к трибуне и произнес короткую речь. Суть ее была в том, что «золотой» скандал всего лишь ширма, за которой идет отчаянная борьба за власть и президентское кресло. Он же обвинений в свой адрес не принимает, но за свой пост не держится и оставляет его. Кстати, кресло первого министра Турсунбек Чынгышев сменил на пост главы довольно богатого и перспективного банка.

Кабинет пал. Место главы правительства, по предложению Акаева занял «усталый» Апас Джумагулов, бывший премьером еще в советское время, а Кемельбек Нанаев действительно ушел с поста председателя Нацбанка, но в кресло министра финансов. Вскоре был организован парламентский кризис, дело с золотом, до следующей открытой схватки за власть, повисло в воздухе.

27 июня. Аскар Акаев. Президент Киргизии:

 – Криминальные доходы составили 3-4 процента ВВП. Это около 50 млн. долларов США. Вся страна занята политикой, никто не занимается экономикой. Если правительство не может решить простейший вопрос с пуском Джалал-Абад- ской фабрики детского питания, зачем нам такое правительство?! Парижские 800 млн. долларов кредита придут, когда уже все будет развалено. Промышленность разваливается. В прошлом году (1994 г. – Б. М..) в 1,5 раза получили урожай меньше, чем необходимо. В этом будет еще меньше...

 

Президент, говоривший эти слова на заседании правительства, опять впал в истерику. Он кричал и махал руками, а я, глядя на него, вдруг подумал о том, что Акаев, посути, несчастный человек. Может быть, неплохой физик, он взялся не за свое дело и «отравился» сладостью власти. Оставить ее он не может, руководить страной – то же. Вот и плывет по течению, делая вид, что пытается контролировать его. Только этот заплыв не приносит ни чести ему, ни добра его народу.

 

 

13. Кого охраняет киргизская армия?

 

24 мая. В. Г. Сотрудник администрации президента:

 – Состоялась закрытая встреча Тураджона Зада (один из лидеров таджикской оппозиции, кстати, в это время бывший на территории СНГ вне закона  – Б. М.) с Аскаром Акаевым. Таджик сетовал на то, что средства массовой информации России, а вслед за ними и СНГ, однобоко преподносят развитие событий в Таджикистане. Кроме того, Тураджон в несколько завуалированной форме сказал, что эта война (гражданская в Таджикистане – Б. М.) Киргизии не нужна, но его боевики, пока, не убивают солдат из нашего  батальона  (кир-гизского подразделения, в составе войск СНГ охранявшего афганско-таджикскую границу.  – Б. М.). Если же мы их оттуда не выведем, то они начнут и их убивать.

 

12 июня. В. Один из офицеров минобороны:

 – Казахи из казахского батальона бегут десятками. Если так пойдет и дальше, то мы рискуем остаться там вместе с русскими войсками. Допустить же этого нельзя. По-моему, этот состав батальона последний, вопрос только в том, как вывести киргизские войска, не потеряв при этом лица.

 

В Таджикистане, точнее – тогда его кровоточащей ране, Горном Бадахшане, есть два района: Джергатальский и Мургабский, в которых живет около 60 тысяч этнических киргизов. В 1990-1991 гг. часть из них уже пытались перейти горные перевалы в Киргизию, чтобы здесь укрыться от войны. Тогда, по распоряжению властей Бишкека, дорогу им перек-рыли войска. Людей вернули назад, приняв всего несколько сотен человек. Но после этого по дороге Ош-Хорог в Бадахшан стали поступать продовольствие и медикаменты, уголь и бензин из Киргизии. Часть этих грузов шла, как гуманитарная помощь от правительства Киргизии, чтобы таким образом сдержать массовый исход голодающих бадахшанцев на историческую родину; часть – как помощь от исмаилитов. Их религиозный лидер Ага-Хан IV посетил Бишкек и договорился с властями Киргизстана о беспрепятственном пропуске и помощи в доставке грузов его духовным сыновьям в Бадахшане. Так удалось удержать войну на границах Киргизии. И, тем не менее, конфликт в Таджикистане: с одной стороны это пистолет, приставленный к киргизскому виску; а с другой – опасное влечение расширить границы за счет распадающейся (в то время, о котором я пишу. – Б. М.) страны. Конечно, если не случится наоборот.

 

 

 

К. Б. Приближенный президента А. Акаева:

– Каримов и Назарбаев давят на «Шефа», чтобы заставить его согласиться с расчленением Таджикистана на национальные районы, населенные узбеками и киргизами.

Совсем скоро эти слова, показавшиеся мне в первое мгновение абсурдом, получили косвенное подтверждение в устах представителя дипкорпуса одной из заморских держав:

– На недавно (это был конец мая – Б. М.) проходившем в Ташкенте Госсовете Ислам Каримов сказал: «Нам надо подумать о создании в будущем единого Туркестана!»

 

Май 1994 г. Подполковник А. Исаев. Начальник пресс-службы министерства обороны Киргизии:

– Из Таджикистана постоянно вывозишь ощущение бессмысленности происходящего.Издалека, из тиши бишкекских кабинетов этот «ящик Пандоры», набитый смертью, видится по-другому. Отсюда можно говорить, что наши ребята защищают интересы Содружества. На поверхности проблемы это действительно так, но, посути, дело обстоит несколько иначе.

Сам Хорог контролируется не властями Таджикистана, как утверждает официальная пропаганда, а совсем другими людьми. Приведу только один пример. Есть там человек, которого все зовут Леша-горбун. «Бомж, инвалид, несчастный человек...», – говорят о нем в кабинетах отцов города. Но этот калека при мне остановил колонну российских войск и потребовал убрать с одной из машин зенитную установку. И военные сделали это безропотно. Тогда я воочию убедился, что власть в этих местах принадлежит не тем, кто об этом го-ворит. А Леша-горбун, как оказалось, один из известных в тех местах полевых командиров. Вот вам одна правда. (Леша-горбун, через несколько месяцев после нашего разговора с офицером, был убит в схватке за сферы влияния с другими полевыми командирами. – Б. М.)

У пограничников, среди которых и наши ребята, нет сил защищать границу в соответствии с общепринятыми нормами. Выскажу крамольную мысль – может быть, нет и желания. Заставы укомплектованы на 30–40 % от штатного распи-сания. Там жить тяжело, не то, что служить. Раз родина так относится к своим солдатам, то и они нашли «золотую» середины – главное защитить себя. Существует негласная договоренность между местными полевыми командирами и пограничниками: «ты не трогай меня, а я не трону тебя». Это вторая правда.

Я несколько раз был в тех краях и пришел к несколько странному, на первый взгляд, выводу. Стабилизация в республике никому не нужна.  И правительство, и оппозиция извлекают из этого свои выгоды. Да и мы, собратья по СНГ, стараемся не замечать всего, действительно происходящего у соседей. Власти Киргизии даже не финансируют пребывание нашего батальона в Таджикистане.

В целом же, – продолжает подполковник, – миротворческие силы помогают удержаться в креслах представителям местных властей. Нашими солдатами просто прикрываются, используя их в клановых интересах. Я провел там мини-опрос. Люди старше 50 лет нормально относятся к миротворческим силам, а молодежь их просто ненавидит.

Во-вторых, войска СНГ выступают там в виде балансира. Горнобадахшанцы уровновешивают ими шаткое спокойствие в своих отношениях с кулябцами, ленинабадцами и другими родоплеменными союзами страны.

 

Как ни странно, но полыхающая в соседнем Таджикистане война ничему не научила киргизстанцев. Многие политики совершенно не думают о том, что шаткое равновесия, достигнутое во взаимоотношениях между родоплеменными союзами и властью, теневиками и «новыми киргизами»– во многом зависит от предела терпения нищего народа. Положение можно было бы укрепить повышением жизненного уровня населения, но этого не делается. Или делается только в отношении жителей столицы. Остальные же части же республики балансируют на грани межэтнического, межплеменного конфликта, связанного с тем, что коррупция властей, растущая безработица (по данным профсоюзов к концу 1995 года она достигла почти 300 тысяч человек), помноженные на несусветный трайболизм – в любой момент могут поставить на грань катастрофы существование и самого Киргизстана. Особенно наглядно это проявляется в национальной армии.

Подполковник А. Исаев:

 – Первое, о чем меня спрашивают незнакомые люди после обычного приветствия: «Откуда вы родом? Ах, из Кемина..» Дальше следует штамповка: «Коммунизма может и не быть, а Кеменизм уже наступил». (Имеется в виду то, что президент Акаев, как и его ближайшее окружение, родом из Кемина – Б. М.) Не надо смеяться, эта присказка не так безобидна, как кажется. Она показывает насколько низок интеллектуальный уровень многих моих соплеменников. Их не интересует мое образование. Им безразличны мои профессиональные и человеческие качества. Их больше волнует из какого я рода-племени. Разве это не показатель скольжения вниз,  к  средневековью?

Тоже самое наблюдается и в молодой национальной армии. За два года ее существования в некоторых подразделениях удвоились, утроились все мерзости, доставшиеся от советского периода. Когда мы комплектовали свои части, как и положено во всем мире: по возрастам, специальностям и способностям, в подразделениях шла непримиримая борьба по региональному признаку. Южане не признавали северян, чуйцы хамили нарынцам... Видя такое положение и не имея возможности его обуздать, руководство министерства приняло решение комплектовать подразделения по территориальному принципу. Нынешние воины служат там, где они жили до армии. И что же, прекратилась вражда? Нет. Только теперь они стали делиться и объединяться по районам, городам и селам. Так-то.

Тот самый трайболизм, о котором любят посудачить наши политики, едва выросшие из детских штанишек, в армии может принять самый страшный облик. Кстати, власти Хорога местным призывникам оружие в руки не дают. Они уверены, что те используют его в родоплеменных интересах. Мы, слава Богу, до этого еще не дошли, пока хватает силы убеждения и других методов воспитания. А завтра? Кто может дать гарантии, что кто-то из сегодня обиженных солдат не кликнет на помощь двоих-троих земляков и не возьмет в руки оружие? А этих мальчишек будут поддерживать доморощенные политики. Их нынешние потуги на исключительность рода, племени, фамилии – не только отдают средневековым варварством, но и в таких условиях могут погрузить все общество в пучину кровавого хаоса.

 

Армия, как все киргизское общества, четко делится на своих и чужих, и никак не может объединиться. А политики, потворствующие этому родоплеменному делению, даже не замечают, что вокруг них уже идет борьба за влияние на постсоветскую Центральную Азию между теократами Ирана, «просветителями» из Турции, китайскими собирателями «пустолежащих земель»...

Весной 1995 года лидер исмаилитов Ага-Хан IV, встречаясь со спикерами обеих палат киргизского парламента, сказал о том, что видит возможность создания собственного государства. А ведь единственное в мире место компактного проживания достаточно значительного числа исмаилитов – это многострадальный, окровавленный Горный Бадахшан, граничащий с Киргизией. (?!)

 

 

14. Цитаты без комментариев

 

11 июля. 1995 года. Мирослав Ниязов. Заместитель председателя Госкомитета по национальной безопасности. Кадровый офицер КГБ:

 – Только по банкам у нас 17 уголовных дел с предварительным ущербом в 50 млн. сомов. Контрабанда – 10 дел, столько же по коррупции. В республике действует механизм подделки документов, работающий на самом высоком техническом уровне. Чиновники госаппарата превратились в алчных зверей. Все живут одним днем – хапают, хапают и хапают.

Только из того, что нам известно – через республику за 1994 год прошло более 20 тонн опия, а мы взяли лишь 0,5 тонны.

Юг республики сегодня стал вожделенным для фундаменталистов. В этом регионе уже действует более 1 тысячи мечетей. Во главе их стоят выходцы из Таджикистана, криминальные элементы, вахабисты. Последние, избрав наступательную тактику, каждый день врастают в этот регион. Тем самым они несут угрозу суверенитету Киргизии.

 

12 июля. Александр Князем. Собкорр российских «Вестей»:

 – Я узнал, что Госкомитет геологии подписал договор с японцами, отдав им приоритетное право на разработку медного месторождения Кору-Тегерек. Специалисты утверждают, что сегодня по запасам металла это одно из самых перспективных месторождений в мире. Но самое интересное, а мне удалось переснять этот документ, что на нем нет даты подписи и начала его действия. (Выделено мной – Б. М.)

 

19 июля. Дж. Б. Сотрудник администрации президента: 

 – Похоже, что «Шеф» знает о Кору-Тегереке. Мне кажется, что под эту медь японцы и дают нам деньги. Поэтому вам лучше в это дело не соваться.

 

21 июля. Виктор Гнедов. Геолог. Специалист мингеологии. Один из тех, кто хотел начать разработку медного месторождения Кору-Тегерек, но не получил на это разрешения правительства:

 – На мой взгляд, идет планомерный развал иностранными компаниями нашей горнодобывающей промышленности. Зачем бы они стали платить, как я узнал, 60 млн. долларов республике и приостанавливать всякую работу на медном месторождении? Ответ один – монополисты не хотят дать возможность нашему металлу выйти на мировой рынок. И делается это с подачи Дастана Сарыгулова – руководителя «Кыргызалтын», а подписи на документе о Кору-Тегереке ставились с благословения президента Акаева, который, кстати, в этом не разбирается.

 

12 июля. Леонид Калашников. Журналист. Писатель. Депутат парламента:

 – Чингиз Айтматов написал письмо в парламент. В нем он просит разрешения вместо себя посадить в депутатское кресло, чтобы представлять занятого и живущего за границей депутата Айтматова, А. К.  Депутаты, обсудив послание великого писателя и зная его занятость, согласились на такую замену. При этом они предложили Чингизу Айтматову отдать свои 340 сомов (34 доллара США – Б. М.) месячное содержание депутата своему заместителю. На что писатель не согласился. Тогда депутаты тоже сказали, что не могут кормить лишнего человека.

 

 

26 июля. Иван Новицкий. Журналист:

 – О жадности Ч. Айтматова ходят легенды, но я могу привести пример из собственной жизни. В году 68-ом я работал в «Комсомольце Киргизии». Так вот нам носил статьи уже тогда великого и известного писателя его помощник. Принесет и тут же гонорар требует. А у нас, как вы знаете, так не принято – статью надо сначала опубликовать, потом дождаться конца месяца. Мы ему объясняем, а он кивает на своего шефа и говорит, что тот его накажет, если он придет без гонорара. Ну, это еще ладно, тут можно понять двояко. А вот стоило нам заплатить ему положенный по закону гонорар, как тут же звонили из ЦК и распекали – мол, великий писатель жалуется, что мало денег ему заплатили.

 

30 июня. Т. К. Член Совета безопасности:

 – Пожил несколько недель рядом с этими акимами ( главы президентской администрации на местах – Б. М.). Это ужасно. Мелочны. За каждую тряпку глотку друг другу перегрызут. Даже не понимают, что находятся за границей (речь идет о поездке в США) и по ним будут судить о нашей стране.

Мозгов, как у кильки, а туда же, страной руководить...

А тут?! Я вернулся и узнал, что тут наш президент девал разгон своему правительству по поводу коррупции в его рядах и безделья. А он, что только сегодня с Марса упал и ничего не знает?! Все его госсеки не только сами берут «зеленые», но и без всякого зазрения совести командуют своими подчиненными, чтобы те несли им деньги.

Был в его окружении один честный человек Эдик Карабаев и того вышибли. О нынешнем главе администрации и говорить не приходится.

 

28 июня. Доктор Ирмгард Баумгард. Представитель ФРГ на юге Киргизии. Она же контролирует распределение по тому региону гуманитарной помощи:

 – Местные чиновники обманывали нас, списывая гуманитарную помощь на мертвые души. Простейшая проверка по адресам получателей тут же вскрыла их нехитрую уловку. Тогда они принялись искать новые пути. Например, мы выделяем больнице или детскому саду помощь. Когда ее туда привозят, им звонит какой-нибудь высокий чин из кабинета власти и приказывает большую часть груза передать людям, которых он сейчас пришлет. Не дашь – расстался с должностью. Так гуманитарная помощь идет на рынок и обогащает опять же власть придержащих. От них только одна защита – распределять помощь прямо по домам. Тогда люди им ничего не отдадут.

Теперь они пытаются направить в свой карман неиссякаемый родник – взять под свой контроль станции социальной помощи, которые созданы в тех местах для немцев. Я сопротивляюсь, но...

 

10 июля. Камиль Баялинов. Пресс-секретарь президента:

 – Через три часа, после любого выступления Акаева, его речь уже лежит на столе Ислама Каримова. А мы, сколько не бьемся, такого достичь не можем.

 

7 апреля.  М. Командующий. Генерал.

 – Не удивляйтесь, но сейчас время такое – не воровать нельзя. Когда все образуется, к власти придут истинные патриоты и честные люди...

 

11 июля. 1995 года. И. Максимов. Адвокат.

 – По словам Аскара Акаевича преступность достигла седьмого этажа нашего «Белого дома». А это этаж президента, премьер-министра и нескольких высших чиновников страны. Таким образом, со слов самого президента можно сделать один вывод – наше государство стало криминальным...

 

15. Не месть, но власть

Глава, несколько выпадающая из общего ряда

 

Проблема. Писатели, философы – все те, кто любит копаться в наших душах и делать из этого какие-то выводы, достаточно много времени уделяли и будут уделять взаимоотношению и взаимовлиянию Человека и Власти. На Руси по этому поводу говорят: «Дай человеку власть и увидишь, кто он на самом деле». Вот и сейчас закончив свои заметки по поводу становления молодого Киргизстана, я снова вынужден обратиться к этой вековечной проблеме.

 

Сцена. Киргизия. Конец тысячелетия.

Действующие лица. Президент. Народ. Оппозиция.

Президент, как это ни удивительно, но хорошо образован – выпускник одного из самых знаменитый в б. СССР института. Учился, жил и работал в Ленинграде. Некоторые после этого утверждают, что стали интеллигентами. Академик. Службой на советскую власть, почти, не замаран. Ну, что там – работал зав. отделом ЦК Компартии, но ведь и там встречались нормальные люди. Исходя из этой возможности и веря словам о демократии, о которой он не устает говорить до сих пор, журналисты сделали из главы Киргизии поборника народовластия и твердого приверженца планетарных ценностей, знакомых нам как Права Человека. Соответственно, Кыргызскую Республику стали называть «Островком демократии», естественно, среди моря постсоветской мимикрии, лжи и тоталитаризма, рядившихся поначалу в рубища свободы и демократии.

Ремарка. О властиили, не дай бог, борьбе за нее, в то счастливое время, когда все ждали чуда человеколюбия и изобилия, которые непременно должны наступить после 70-летней жизни в «Тюрьме народов», никто не говорил и не думал. Тут бы воздухом свободы насладиться. Но, вслед за головокружением, пришла суровая реальность, а с ней и думы о власти...

Народ. Он, как ему положено, шел туда, куда его вели и, почти безмолвствуя, верил своим полуслепым поводырям, потому что привык жить надеждой на светлое будущее, «главное войны бы не было...»

Власть. Вкус к ней, как и аппетит, приходит во время еды. В начале пути глава государства, скрываясь за дымовой завесой слов и обильными западными кредитами «под демократию», не обращал внимания на расплодившиеся, как грибы, партии (их было что-то около двадцати). Оно и понятно – чем больше шелухи под ногами, чем больше шума из ничего, тем легче управлять страной. Кроме того, все эти «политические противники» скопом были по численности меньше его администрации. Массовой была только компартия, что-то около пятнадцати тысяч человек, но и те, в большинстве своем больше думали о простокваше и пенсиях, потому как средний возраст коммунистов колебался на рубеже, о котором в народе говорят: «...замуж поздно...» Но свято место пусто не бывает и сама среда, а может быть и народ, стали выдавливать из себя лидеров. Некоторые из них не покупались ни должностями, ни беспроцентными кредитами, ни депутатскими мандатами – одни из-за природной честности, другие наивности, третьи...Но были и те, кто метил на самое высокое кресло,.. думал о запредельном... И смели же?!.. Рядом с известнейшим ученым, Отцом народа и первым Демократом, а?! Каково?! Ну и людишки?! Нет, чтобы кланяться и радоваться тому, что и на них его свет падает?!.Так нет же – туда же лезут, о народе пекутся ...

В советском обществе они бы быстро освободили сцену – мало ли: автомобильная авария, сердечный приступ или желание на себе испытать притяжение земли... Но мы-то говорим об «островке демократии», тут дубина должна быть другой.

Первой пробой сил и метода стал процесс 95-года над редактором газеты «Республика» и ее заместителем – З.Садыковой и Т. Слащевой. Глава государства судился с этими женщинами-журналистками, прикрывшись тогой «простого» Гражданина. Прошло... Вот тогда и поехало...

Чтобы не становиться в один ряд с борцами за власть в далекой Киргизии, хочу дать Читателям самим сделать выводы. Итак:

 

Кыргызстан: Политический оппонент приговорен

к заключению строгого режима

 

Вена, 22 января 2001  г. Сегодня Феликс Кулов – лидер оппозиционной партии «Ар-Намыс», кто открыто критикует Президента Акаева, был осужден по обвинению в подстрекательстве к преступлению, превышении служебных полномочий и служебных фальсификациях в его бытность Министром Национальной Безопасности в 1997-1998 годах. Выдвинутые обвинения относились к утверждаемому незаконным присвоению звания капитан лейтенанту, не постановке на учет специального оборудования, закупленного спонсорами и незаконному обыску офиса депутата (который заявил о том, что отказывается от обвинений)...

Международная Хельсинская Федерацияв лице заместителя исполнительного директора Бриджит Дюфор полагает, что подобные политически мотивированные дела, правосудие которых не соответствует международным стандартам, не могут выработать законный приговор...

 

Заявление Кыргызского Комитета по Правам

Человека (ККПЧ)

  Вена. Австрия. 22 января Военнным Судом Бишкекского гарнизона был осужден к семи годам лишения свободы в колонии строгого режима, с конфискацией имущества и лишением звания генерал-лейтенант, лидер партии «Ар-Намыс» Кулов Феликс Шершембиевич. Этот, политически мотивированный судебный процесс, еще раз подтверждает то, что Кыргызские власти не делают никаких выводов из критики Международного сообщества, говорящего об откате Кыргызстана от демократического пути. А заявление лидера Кыргызстана А. Акаева после выборов 29 октября, где он  «победил» путем фальсификации и многочисленных нарушений прав избирателей, является лишь обманом общественности...

Интересно, с кем собирается осуществлять г-н Акаев государственную программу прав и свобод человека, о которой часто говорит? ККПЧ считает все это ложью, поскольку преследования как были, так и продолжаются с еще большим размахом, о чем свидетельствует приговор в отношении Кулова Ф.Ш. Продолжаются судебные процессы над Коалицией НПО за демократию и гражданское общество, преследования сотрудников ККПЧ, а многочисленные нарушения прав граждан КР стали обыденным правилом для власти Кыргызстана.

Председатель ККПЧ Рамазан Дырылдаев.

 

 

Заявления партии «Эркиндик»

Нелигитимный президент Кыргызской Республики А.Акаев, пренебрегая международными общечеловеческими нормами, делает все, чтобы в стране царили страх и хаос.

Так, 22 января 2001  г. Военный суд Бишкекского гарнизона под председательством судьи Д.Айжигитова вынес приговор в отношении невиновного Человека – 7 лет!

 Партия «Эркиндик» считает, что приговор Военного суда Бишкекского гарнизона в отношении лидера партии «Ар-Намыс» Ф. Кулова – результат грязного политического заказа «Белого дома» (Правительственный комплекс в Бишкеке – Б. М.) и его хозяина.

Всем ясно – не объяви Ф.Кулов о своем намерении баллотироваться в президенты, не было бы этого судебного фарса...

Зам. Председателя Политсовета партии

А. Абдирасулова

 

 

 

Президенту Кыргызской республики, академику

А.А.Акаеву

 

Обращение

Центральный Комитет Коммунистической партии Кыргызстана выражает глубокую тревогу по поводу Ваших действий после президентских выборов.

Нам думалось, что, будучи избранным на 3-ий срок, Вы осмыслите путь, пройденный Кыргызстаном за последние 10 лет под Вашим руководством и проведете хотя бы корректировку Вашего экономического, социального и политического курса с учетом интересов народа. Но Ваши решения и действия мы расцениваем как крайне агрессивные к народу, так и политическим институтам Кыргызстана...

В крайне противоречивой ситуации Вы решили избавиться от своих политических оппонентов, вокруг которых консолидируются прогрессивные силы, отстаивающие интересы трудящихся, интересы обездоленных, интересы справедливости и порядка в стране. Ваш политический заказ по поводу Вашего главного оппонента генерала Феликса Кулова беспрецедентен по своей циничности и правовому произволу!..

Скольким людям Вы лично дали воинские звания со скачками без промежуточных этапов, насколько разрушена, разграблена экономика Кыргызстана, куда делись кредиты, около 2-х миллиардов долларов?..

Мы требуем остановить этот политический произвол и освободить Феликса Кулова – лидера партии «Ар-Намыс»!

Первый секретарь ЦК Компартии Кыргызстана,

профессор К.Ажибекова

 

Открытое письмо президенту Акаеву

Уважаемый Аскар Акаевич!

Вряд ли мне придется писать Вам еще раз – сегодняшний приговор Феликсу Кулову расставил все точки над „i“ и похоронил мои надежды и иллюзии относительно Вас. Но я не могу молча забыть о Вас, не могу не сказать прощального слова...

Мы с тревогой ждали сегодняшнего приговора. Трудно было рассчитывать на справедливый и независимый суд. Но мы рассчитывали на Ваше благоразумие. Ведь предыдущий приговор давал Вам возможность, сохранив лицо, приступить к поискам компромисса. Тем более, что Кулов сделал шаг навстречу. Вы не воспользовались этой возможностью, Вы не пожали протянутую руку. Вы, вероятно, сочли большим благом устранить популярного лидера оппозиции накануне назревающего социального кризиса, полагая, что Вам легче будет удержать стабильность в отсутствие сильного оппонента. Но вы ошиблись.

История не раз показывала, что на место умеренных, разумных, склонных к компромиссам лидеров приходят радикалы, действующие безоглядно и распалявшие толпу. Отказ от компромиссов приводит к необходимости силовых решений. Насколько они бывают успешны, Вы можете судить по опыту соседних стран. Дай Бог, чтобы Киргизии не пришлось пережить такое!

Сегодня Ваша страна переживает трудное время. Она подвергается угрозе мятежа, она может быть втянута в вооруженный конфликт в соседнем государстве, не исключена возможность распространения религиозного фанатизма. Экономическая ситуация рзвивается далеко ее самым лучшим образом...

Феликс Кулов один из тех, на кого Вам следовало бы опираться. Но вместо этого состоялся закрытый и неправый военный суд, закрытый – когда едва ли не всему миру известны подробности этого дела. Неправый – поскольку отказался считаться с очевидными фактами. И этот суд вынес жестокий приговор, подобный тем, какие выносили своим политическим противникам советские власти. И этот суд показал,что Киргизия пошла вспять от демократии, прочь от своих национальных интересов, против справедливости и гуманизма...

В. Игрунов,

бывший политзаключенный,

депутат Государственной Думы,

заместитель председателя Комитета

по делам СНГ и связям с соотечественниками

 

Народ.

Партия «Ар-Намыс» объявила о возобновлении бессрочных пикетов в защиту Феликса Кулова и призвала всех, кому не безразличны судьба страны, присоединиться к ним. Любое политическое противостояние в Киргизии опасно тем, что социальная обстановка в республике далеко не безоблачна. Сотни тысяч безработных. Полумертвая промышленность. Тут можно писать и писать о непролазной грязи и крови, в которых страна ищет свой путь к процветанию и всеобщему благоденствию...

 Ремарка. Два лета подряд на юге Киргизии идут бои между полевыми командирами, прорывающимися из горного Таджикистана в Узбекистан, и правительственными войсками. Специалисты утверждают, что это лишь разведка боем. В тех горах можно не только пройти, обойти и дойти, но и незаметно войти в любой город – этого надо только хотеть. Также, как и работать в массе недовольных и озлобленных нищетой, голодом, бесправием людей, поднимая их на бунт, прощепростого.

Вместо эпилога, который, похоже, совсем скоро допишет сама история: 

Вносить разлад в общество, дробить свое государство и свой народ на части – только на руку врагам, но на узкой дорожке власти не действуют законы логики. Тут, как в джунглях, царствует сила и каждый из нас, простых людей, чей кровью и потом питается любая власть, виновен только тем, что людям, усевшимся на трон, хочется владеть им до смертного часа.

 

Saarbrücken

К списку номеров журнала «МОСТЫ» | К содержанию номера