АНТОЛОГИЯ РУССКОЙ ОЗЁРНОЙ ПОЭТИЧЕСКОЙ ШКОЛЫ СКАЧАТЬ

Ирина Маулер

Город холодного неба

МУЗЫКАНТ

 

Он разговаривал с роялем –

Влюбленный в звуки,

А я внимательно смотрела

На эти руки.

 

Они просили и прощали

Легко и нежно,

И рай небесный обещали,

И ад кромешный.

 

Они летели птичьей стаей,

Неслись галопом,

Или, внезапно уставая,

Шептали что-то.

 

Они сражались, как солдаты

На поле брани,

И зрителей тройным легатто,

Как пленных брали.

 

Они бежали за надеждой,

Забыв обиды,

И останавливались между

Москвой и Ригой.

И замирали осторожно,

Прося пощады,

А после снова звуком сложным

Зал укрощали.

 

И пианист, немного хрупок,

Немного робок,

Вставал и кланялся, как будто

Не был пророком.

 

Перешедшие в благодать

 

Как не хватает музыки душе –

Уже  костел забит и ставить точку

Пора, но группами и в одиночку

На стульях, на скамейках, в шалаше

Исповедальни, кафедре, проходе

Сидят, лежат, как будто на природе,

И "до" соединяют с нотой "ре".

 

Как не хватает музыки душе –

А сверху, то божественно взлетая,

То падая несется звуков стая,

Поет органно вечная метель.

И по каким каналам – прямо в душу,

Не в зал, дыханьем зрительским задушенный,

Вливается – и словно оттепель.

 

И все едино – лица, руки, спины,

И  нежный поворот на шее длинной,

И головы, закинутые вверх,

И девочка в воздушном сарафане,

Подхваченная музыкой случайной,

Смеется – и ее прекрасен смех.

 

Как не хватает музыки душе –

Хватает будней ей и расставаний,

Пустых вестей,сиденья на диване,

Работы ль, безработицы печать...

Прощен последний праведник вселенной,

Орган и саксофон встречают пленных –

Нет, просто перешедших в благодать.

 

ВРЕМЯ

 

Возраст – воздух

пахнет зеленой травой,

Азбукой Морзе, Моцартом,

облаком над головой,

Смело бегущим сплином,

леностью по утрам,

И журавлиным клином –

в теплую дальность стран.

 

Возраст – волос

тоньше от дня ко дню.

Этой таблетки остров

вовремя не приму,

Это – то слишком рано,

то до еды нельзя,

То надо птицей раненой

греться после дождя.

 

Возраст – выросли

дети, и сын, и дочь,

А неприлично личные

мысли – и день, и ночь,

Скачут по веткам птичьим,

видят цветные сны

И никаким приличиям

вовсе не подчинены.

 

Возраст – глупость,

очередной сквозняк,

Время – добыча участи,

время – на просто так,

Время – листочек клена,

Время – речной трамвай

Время – смотри влюбленно,

Взгляда не отрывай.

 

 

ГОРОДА

 

Есть города карлики– есть великаны,

Есть Жмеринки, есть Канны –

в одних американские горки стучат ногами,

в других – ноги собьешь об острые камни.

 

В одних – все времена года,

В других в шубах ходят гордо,

А втретьих – кислород отключают на лето,

Дышишь – восьмое чудо света.

 

Есть города – на руках носят,

Кофе в постель, прощенья просят

За все, неважно какое утро,

А в других – не замечают как будто.

 

Есть города – мисс года,

В фигуре точеной, в улыбке гордой,

Есть другие – глазами машут,

Не в каблуках – в тапках домашних.

 

Есть города, а в них реки

Лежат, смотрят, как гонит ветер

Зависть, ревность, все дни недели,

А есть другие – сидят на мели,

Читают книги, включают лампу,

Ждут не зарплату – небесную манну.

Из всех городов выбираю этот,

В нем елью и липою пахнет лето,

И тишину нарушают смело

Хрупкие крылышки бабочки белой.

 

И разговоры ведут непрестанно

Клены с поднятыми в небо руками.

Нет каблуков, не важны наряды

Городу с лесом и озером рядом.

 

Город– долой мексиканские страсти,

Город холодного неба и масти,

Город, в котором легко и смело

Слово своим занимается делом.

 

Я передатчик – фиксирую волны,

Им в этом городе дышится вольно.

 

 МЕЧТА-ЦАРЕВНА

 

Заботы остались в придуманном рае,

Ошибка – но время ошибок не знает,

Его выбираешь неверной рукою –

Орел или решка, и платишь собою.

 

На волю бежишь, где трава зеленее,

На берег, на тот, где надежда белее,

Румянее, в платье из шелка и ситца,

Надежда, в которую можно влюбиться.

 

Бежишь или скачешь, на поезде мчишься

Туда, где царевичем или царицей

Ты станешь, конечно, а как по-другому,

Иначе зачем убегаешь из дома.

 

Сачок и ружье у тебя наготове,

На цыпочках, следом, дрожащей рукою

Поймать, заковать, посадить ее в клетку,

Глядишь – пред тобою сидит малолетка-

 

Лягушка – в зелено-болотном камзоле,

И ласково требует сдаться без боя.

Уйти за ее красотой неземною,

За это – желанье исполнит любое.

 

Ты сказки читал про лягушку-царевну

И знаешь, что если вести себя верно,

То можешь полцарства иметь и в придачу

Любовь, и желанья любые, на сдачу.

 

Лягушка, конечно, товарного вида

Совсем не имеет, но будет, как видно,

Плюешь под каблук, говоришь– был иль не был!

И смело к ее устремляешься телу.

 

Ты делаешь шаг – а она отступает,

Ты два – и ее очертания тают,

На третий – идешь миражом по пустыне

Не веря, что встретишь лягушку отныне.

 

Когда начинал, то считал себя принцем,

Принцессой, не важно, теперь уже принцип

Под спину толкает, ведет под конвоем,

Но ты все равно будешь супер-героем!

 

Награда – дрожит виноградной лозою,

Награда качается синим прибоем,

Награда – желанным дождем над пустыней,

И градом надежда – так будет отныне.

 

Опять наважденье – она у порога,

И кажется сразу короткой дорога,

Усыпанной розами и васильками,

Лягушка – царевной желанною манит.

 

Ты утром надеешься – днем повстречаешь,

А днем – может вечер тебя приласкает,

А ночью – хоть сон, хоть намек на движенье

Проходит – и снова ее приближенья

 

Ты ждешь, потому, что навстречу надежда –

Березовым лесом,черемухой нежной,

Целуют тебя, и сверчок рядом с липой

Не просто стрекочет– играет на скрипке,

 

На струнах, настроенных на ожиданье,

На длинную розу в прозрачном стакане,

На хрупкие крылышки бабочки этой,

Порхающей в солнечном облаке лета.

 

Лягушка-царевна, ответ на ладони,

Лети – нет  на свете тебя посторонней,

Желаннее и красивее – Жар-птица,

Лети... и ко мне не забудь возвратиться.

 

 

ГАРМОНИЯ

 

А гармония – это от слова гармонь,

Чтобы клавишы все, чтобы строй, чтобы тронь –

И запели четыре октавы,

Чтобы песня легла на диез и бекар,

И лежала свободною на облаках

И оттуда привет посылала.

 

А гармония – это потерянный рай,

Где свободен с утра и до ночи – гуляй,

Или слушай мелодию лета,

Или просто смотри, как плывут облака,

Как рисует мгновения чья-то рука

И стирает мгновения эти.

А гармония – это от слова шальва,

У меня от нее не болит голова,

А поют соловьи на рассвете.

У  меня от нее – сладкий сон по ночам,

А еще теплый луч по холодным плечам –

И случайная песенка эта.

 

АВГУСТ

 

Август, густое солнце здесь,

Где это редкость, лесть местному лету.

Взаимно, хотелось сказать – дожди,

Но там, где меня ждут, они – восьмое чудо света.

 

Здесь – озера тишь, гладь,

Знаешь, я не люблю лгать –

Гладит северный ветер

Так, словно чулка шелк,

что мне когда-то так шел

в прежние лета.

 

Здесь бедра круты осин,

Как и у девушек наших пустынь –

узки запястья,

Платья и шляпки – такой стиль,

Вот бы и нам такое носить –

У каждого свое счастье.

 

Эта зеленая стрекоза,

Этот жучок, залезающий за

Листик в тетрадке,

Мне говорят – здесь, конечно, рай,

Только к себе его не примеряй –

Слишком уж сладко.

 

Ну а тебе – тишина пустынь

И беспокойного неба синь,

Солнце на завтрак.

Сад апельсиновый под окном –

Эти законные стол и твой дом,

Чем не подарок?

 

Так и живу я в восточном раю,

Но не восточная я, говорю –

Кто меня слышит...

Эта зеленая стрекоза,

Этот жучок и живая вода

С неба по крышам.

 

К списку номеров журнала «АРТИКЛЬ» | К содержанию номера