АНТОЛОГИЯ РУССКОЙ ОЗЁРНОЙ ПОЭТИЧЕСКОЙ ШКОЛЫ СКАЧАТЬ

Сергей Лейбград

Стихотворения

* * *

На этот утренний пейзаж,

всегда ничей и вечно наш,

с табачным воздухом в груди

без слёз не глянешь. Не гляди

без слёз. В заплаканном краю

стоишь с раскатанной губой

в давно расстрелянном строю,

пропахшем водкой и бедой.

Ты на себя-то посмотри,

я на себя-то посмотрел.

Как память мёртвая внутри,

сгорает осень на костре.

Рельеф постылого лица

по карте времени течёт.

Меня до самого конца

никто от жизни не спасёт.

 

* * *

Я до тебя сегодня не дотронусь,

но будь на расстоянии руки.

Мне голову облизывает Кронос,

я слепну, просыпаясь от тоски,

в магнитном поле тающего срока,

где бродит электрический заряд,

где жизнь моя по ниточке порока

скользит и возвращается назад,

где в хрупком мире жалости и страха

ты притаилась гордо и смешно,

влетев ко мне в сознание с размаха,

как птица в незакрытое окно.

 

* * *

...Но по ночам всплывает тут и там

в империи рунета Мандельштам.

Он светится болезнью лучевой

и, как бурлак, играет бечевой.

 

Блажен сей посетитель роковых

минут во время матчей стыковых.

Мне стыдно в избирательных кустах

с облаткой на прокуренных устах.

Я оцифрован. Мой формат ави.

Я прихожанин срама на крови.

 

Мне стыдно, я сгораю от стыда,

как подсудимый низшего суда,

как вероломный чувственный старик,

что смехом обволакивает крик.

И лижет снег, и слышит скрип саней.

Дана мне совесть. Что мне делать с ней?

 

* * *

Вместо планеты мерцает планида.

Чехов юродствует, Бунин томит

в рваном пространстве, где поезд гремит

грубым железом, как пояс шахида.

Не было даже единственной той

жизни, прошедшей поблизости мимо

рифмы пронзительной, сладкого дыма,

горького тела и страсти пустой

около дома в бездомной стране,

где человек растворялся в окне,

кое-что зная, но мало что знача,

в комнате смеха, прижатой к стене

плача.

 

* * *

Белый спам, белый снег, белый страх

засыпает нас в снежных часах,

и машины, как мебель в чехлах,

и деревья, как вены в узлах.

 

Новогоднее время взаймы

целой жизни безумной пропажа,

белый гриб непролазной зимы

заполняет пространство пейзажа.

 

Белый хлеб на одеждах нерях.

Не в бесформенных ангелах дело.

Где-то в геомагнитных полях

пропадает любимое тело.

 

Из-под глыб, из-под глаз, из-под век

только снег, только снег, только снег,

бесконечный, бессмысленный снег

из-под глыб, из-под глаз, из-под век.

 

К списку номеров журнала «ЛитСреда» | К содержанию номера