АНТОЛОГИЯ РУССКОЙ ОЗЁРНОЙ ПОЭТИЧЕСКОЙ ШКОЛЫ СКАЧАТЬ

Михаил Спивак

Йозеф Шмидт - забытый талант

 

ЗВЕЗДА ЗАЖГЛАСЬ

 

Йозефа Шмидта часто сравнивают с другим великим оперным певцом – Энрико Карузо. Порой их имена объединяют. Шмидта в прошлом называли «Карузо радиоволн», теперь чаще используют такие обороты, как «еврейский», «немецкий», «буковинский» Карузо.

В этом отражается место рождения Шмидта, его этнические корни и психологическое стремление людей, слышавших его пение, ассоциировать выдающуюся личность с собственной историей и культурой. Своим его называют в Украине, Австрии, Германии, Румынии; по праву евреи его считают представителем своего народа.

В конечном итоге, консенсус не был достигнут, и Шмидт превратился в гражданина мира, кем он сам себя считал. Он знал несколько языков, среди которых идиш, румынский, французский, английский и немецкий, учил иврит.

Йозеф Шмидт родился в бедной еврейской семье 4 марта 1904 года в деревне Давидени (ныне Давыдовка) в Черновицкой области. Тогда эта территория входила в состав Австро-Венгерской империи; после Первой мировой войны, в 1918 году, перешла под контроль Румынии, а в 1940 году досталась Советскому Союзу. Теперь это территория Украины.

В 1914 году Йозеф с родителями переехал в Черновцы, которые в те годы, будучи столицей эрцгерцогства Буковина, считались одним из видных европейских культурных центров.

Музыкальные способности у ребенка проявились очень рано. Мальчик обладал природным слухом и постоянно пел.

В Черновцах он поступил в гимназию, брал там уроки музыки: скрипка, фортепиано и вокал, и участвовал в детском хоре в городской синагоге.

Овладевал сложной техникой канторского пения.

Впоследствии он стал брать уроки вокала у лучшего педагога города Фелиции Лерхенфельд-Гржимали, племянницы профессора Яна Гржимали, одного из основоположников русской скрипичной школы.

Талант Шмидта по достоинству оценили в 1924 году. Событием, определившим дальнейший жизненный путь певца, стал грандиозный успех на его первом сольном концерт в зале Музыкального общества, который теперь стал областной Черновицкой филармонией.

 

ЕГО ПЕСНЯ ШЛА ПО СВЕТУ

 

После блистательного выступления в синагоге еврейская община города собрала деньги, позволившие молодому таланту обосноваться и продолжить обучение в Берлине. Там он совершенствовался в вокале в Берлинской Академии музыки у профессора Германа Вайссенборна, который, зная о бедности своего ученика и признавая его дар, не брал платы за обучение.

Бедой певца был маленький рост, около 150 см., из-за которого он не мог быть принят в оперный театр. Но Шмидту улыбнулась удача. На Радио-Берлин организовали Музыкальную студию, задачей которой была постановка опер в прямом эфире. Тогда не существовало магнитофонной записи, петь приходилось вживую. Была проблема найти хорошего тенора. Шмидт принял участие в конкурсе молодых исполнителей и своим пением поразил известного голландского баритона Корнелиса Бронсгиста, который сказал молодому человеку: «Тебе не нужно больше искать работу, ты всё будешь петь здесь».

Мировая слава пришла к Шмидту в 1929 году. Буквально после первого выступления редакцию радиостудии засыпали письмами тысячи поклонников с просьбой рассказать о певце и продолжить транслировать его выступления. Некоторые слушатели признавались, что пение Шмидта исцеляет, снимает депрессию и даже останавливает потенциальных самоубийц. На радио с 1929 по 1933 год Шмидт спел главные партии в 37 постановках.

Из газетной заметки: 

«…в “Аллилуйе” Моцарта Шмидт создаёт конкуренцию любому колоратурному сопрано. С Монтеверди его пение ведёт назад к историческим истокам сольного пения. Итак, непрекращающийся финиш тенора. Высокие, выше, самые высокие тоны, которые он с лёгкостью повторяет».

Выступление Шмидта в Вене в 1932 г. прошло с триумфом. Билеты, после объявления о предстоящем концерте, раскупили за пять часов.

В 1934 году певец отправился в турне по Ближнему Востоку. По пути дал концерт в Бухаресте, Софии, Афинах, Стамбуле. Везде был успех.

Билеты в Тель-Авиве, Ришон-ле-Ционе, Хайфе и Иерусалиме были сразу же распроданы. Но желающих попасть на концерт оказалось так много, что концерт в Тель-Авиве повторяли ещё четыре раза. И всё равно далеко не все желающие смогли услышать пение любимого актера. Там же он записал две уникальные еврейские молитвы «Ki lekach tov natati lachem» («Потому, что Я дал верное учение») на иврите и «Ano avdoh» («Я твой слуга») на арамейском языке.

В Голландии газеты писали: «Когда Шмидт поёт, кинотеатры пустеют». В июле 1936 года прошел концерт под Биркховеном, в 25 километрах от Амстердама. Более ста тысяч слушателей явились туда, чтобы увидеть и услышать великого артиста.

 

ЛЮБИМЫЙ ПЕВЕЦ НЕМЕЦКОГО НАРОДА

 

По странному стечению обстоятельств, 30 января 1933 года, когда к власти в Германии пришли национал-социалисты, немецкое радио транслировало выступление Шмидта, исполнявшего в тот день большую часть передаваемых песен. После каждого сообщения о ходе выборов диктор объявлял: «И опять поёт наш любимец Йозеф Шмидт». Впрочем, недолго он был «любимцем немецкого народа». Очень скоро ситуация в стране изменилось. Артистам-евреям стали запрещать выступать в концертах. Дошла очередь и до Шмидта. Менее чем через месяц его уволили с радио.

Любопытно, что рейхсканцлер Йозеф Геббельс был хорошо знаком с творчеством Шмидта и даже 9 мая 1933 года присутствовал на премьере фильма «Эта песня идет по свету», в котором Шмидт исполнил главную роль. Фильм изначально планировали назвать «Народный певец», но скоро создатели поняли, что ни они сами (среди них было много евреев), ни Шмидт больше не являются «народными». Поэтому фильм переименовали.

Сценарист Эрнст Нойбах, венский еврей, переживший Холокост, после войны утверждал, будто бы Геббельс предлагал Шмидту 80 тысяч рейхсмарок в месяц (почти 200 тысяч евро на 2017 год), если тот согласится выступать на германском радио и станет «почетным арийцем». Сведения эти крайне сомнительны, учитывая не только баснословный гонорар, но и одержимую превосходством арийской расы личность Геббельса.

В декабре 1933-го Шмидт перебрался в Вену и оттуда продолжал часто ездить на гастроли.

Несмотря на то, что у Шмидта были миллионы поклонниц, знавших его, как грустного одинокого маленького человека и готовых его утешить, он никогда не был женат. Но это вовсе не означает, что он был неопытен в любовных делах. Пресса периодически пыталась разнюхать пикантные подробности из его личной жизни. Известно, что самые долгие отношения у него были с 24-летней польской еврейкой Лотте Рейг (Lotte Reig), бывшей замужем за Отто Кохом, тоже евреем. Это были бурные отношения, полные скандалов и страсти. В 1935 году мадам Кох заявила, что беременна от Шмидта. Его реакция на это неизвестна. В том же году, во время гастролей он получил телеграмму о том, что у него родился сын (его ли?) Отто Кох-младший, который дожил до наших дней в Антверпене.

В 1937 году Шмидт дважды побывал в США с гастролями, дал шесть концертов в Карнеги-Холл, ездил с выступлениями в штаты Огайо, Пенсильвания, Колорадо, Северная и Южная Дакота, Алабама, Техас и Флорида. В Голливуде ему всего за три минуты пения в фильме предлагали 10 тысяч долларов (171 тысяча в переводе на доллары 2017 года). Он подписывает договор о намерениях на 1940 год и совершает роковую ошибку – возвращается в Европу, к маме, друзьям, поклонникам…

За пять дней до аншлюса Австрии, весной 1938 года, Шмидт, его спутница Лотте Рейг и ее сын Отто покинули Вену и колесили по неоккупированным странам Европы, но их одну за одной покорял Гитлер. Так в 1939-м после нападения Германии на Польшу Шмидт оказался в Брюсселе. Там сбылась его последняя мечта: несмотря на маленький рост, он был принят в Брюссельскую королевскую оперу Ла Моннэ.

Кроме записей на немецком и итальянском, сохранились записи Шмидта на английском, французском, испанском и голландском языках.

 

ПАДЕНИЕ ЗВЕЗДЫ

 

В 1940 году, после присоединения Буковины к СССР, Румыния выступила союзницей Германии. Уже не оставалось сомнений в участи европейских евреев.

Шмидт получил от матери письмо, в котором она умоляла его покинуть Европу. Певец не послушал, тянул с отъездом до ноября 1941 года, находясь в Ницце. Тогда он оформил визу на Кубу и заказал билет, но по роковой случайности или по чьему-то злому умыслу, этот билет достался кому-то другому.

На территории Франции было оставаться опасно. Правительство Виши всячески содействовало гитлеровцам в поисках и отправке евреев в концентрационные лагеря.

До этого богатый человек, Шмидт теперь влачил нищенское существование. Ему не давали выступать, и все активы в банках были заморожены нацистами.

Подруга Шмидта Лотте давно бросила его и бежала с сыном и новым любовником в Нидерланды.

Последний свой концерт певец дал в городке Монт-Дор в августе 1942 года в пользу таких же беженцев, как он сам.

Этот концерт организовал Габриэль Пигэ, епископ Клермон-Феррана, который упорно добивался от властей разрешения на его проведение.

Учитывая цель концерта, Шмидт отказался от гонорара, хотя крайне нуждался. Из Франции Шмидт с большим риском нелегально перебирается в Швейцарию, в Цюрих.

По прибытии он обратился к друзьям и в еврейские агентства с целью получить документы на легализацию.

Но вместо этого он получил повестку с требованием незамедлительно отправиться в лагерь для беженцев в поселок Гиренбад в 30-ти километрах от Цюриха.

Шел октябрь 1942 года. В полуразрушенной фабрике, где располагался лагерь, было очень холодно. Не было теплой одежды и обуви. Кормили плохо.

Днём интернированных отправляли на земляные работы. В начале ноября Шмидт заболел простудой и стал испытывать сильные боли в груди.

Шмидта поместили в госпиталь. Там его посетили тенор Макс Лихтегг и баритон Марко Ротмюллер, они пообещали, что сделают все возможное, чтобы вернуть певца на концертную сцену.   

Однако врачи отнеслись к жалобам больного халатно, посчитав симулянтом, и после недолгого осмотра и несложных процедур отправили назад в лагерь.

Утром 16 ноября комендант лагеря отпустил совсем больного Шмидта в сопровождении товарища в трактир «Вальдегг», чтобы тот мог отдохнуть и согреться. В трактире Шмидту стало плохо, и он скончался до приезда врача. Прибыл раввин, тоже из заключенных, и прочитал кадиш. Вечером тело покойного отправили в Цюрих. Пятнадцати заключенным позволили сопровождать катафалк, но вышел весь лагерь. Швейцарские охранники не стали препятствовать процессии.

Похоронили Шмидта на еврейском кладбище. На похоронах присутствовали девять человек, среди которых был Марко Ротмюллер.

На памятнике выбили надпись: «EIN STERN FALLT» («Звезда падает»), как отзвук его знаменитого фильма, снятого в Австрии, «Звезда падает с неба». Шмидту было 38 лет…

 

ПОСМЕРТНАЯ СЛАВА НА ЗАПАДЕ

И ЗАБВЕНИЕ НА ВОСТОКЕ

 

Однако история не заканчивается с его смертью. После войны Румыния отошла в зону интересов Советского Союза, что привело к закрытию границ с Западом. Мать Шмидта, пережившая войну и профашистский румынский режим, не смогла попасть на могилу к сыну. Она умерла в 1950 году.

Несмотря на то, что в странах восточного блока имя Шмидта было предано забвению, выяснилось, что на Западе после войны многие компании грамзаписи сохранили пластинки с его выступлениями. Прекрасный голос вместе с трагической судьбой вернули певцу славу. 

 

От автора

 

Предыстория этой статьи такова. Позвонили мне из еврейской общины города Виннипега с вопросом, могу ли подготовить лекцию для сениоров – аудитории от 65 и до 90 лет и выше. Тема какая? Любая, только не политика и не религия, а то люди в возрасте, разволнуются...

Договорились побеседовать о выдающейся еврейской личности – Йозефе Шмидте. Сениоры остались довольны, а один из них, очень пожилой профессор Исраэль Пилат, расчувствовался, сказал, что хоть и был тогда ребенком, помнит выступление Шмидта в Черновцах. Однако не уточнил, был ли то концерт 1924 года или один из более поздних.

В этой статье использованы материалы, любезно предложенные мне экспертом, исследователем творчества Шмидта, Леонидом Флейдерманом, и статья Яна Некерса (Jan Neckers), автора биографии Шмидта для Opera Nostalgia.

К списку номеров журнала «Литературный Иерусалим» | К содержанию номера