АНТОЛОГИЯ РУССКОЙ ОЗЁРНОЙ ПОЭТИЧЕСКОЙ ШКОЛЫ СКАЧАТЬ

Александр Гальпер

Летние романсы

So, we ll go no more a roving    

So late into the night,

Though the heart be still as loving,    

And the moon be still as bright.

 

Не бродить нам вечер целый

  Под луной вдвоем,

Хоть любовь не оскудела

  И в полях светло, как днём.

Лорд Байрон (пер Маршака)


Дикий пляж

Я уже две недели встречался с Ниной. Наконец-то она уговорила меня и с двумя ее подругами поехать за город на совершенно дикий и таинственный пляж. По ее словам абсолютно бесплатный и никого там никогда нет. Опять-же деньги сэкономим и в первозданной природе побудем. Я всегда жил в больших городах и чувствовал себя уверенней в глубине метро, подвалов, на крыше небоскреба, чем в чистом поле. Но когда вам нравится женщина она может уговорить вас поехать куда угодно. Даже на дикий пляж. А еще я профессиональный водитель, а во вторых какой-никакой мужчина. И выгляжу грозно когда захочу. В кино за это снимают. Так что я был скорее нужен как мужчина. Когда мы подъехали меня насторожило, что больше не было никаких машин. Во вторых это дыра в заборе через которую мы пролезли и десятки огромных деревьев разломанные на земле. Какой Кинг-Конг повалил многотонные сосны? Ураган? Наводнение. Какие-то непонятные овраги и ямки. Ну наверное я параноик. Я окунулся в тёплое пустое озеро. Какой класс! Это конечно не многотысячный городской пляж где ногу негде поставить и моря из-за спин не видно. Хорошо! Наконец-то я убежал из большого города. Какая Нина молодец что утянула меня оттуда. Подружки остались на берегу, а я с ней пошли прогуляться. Нашли куст с настоящей малиной. Совсем как в моем пионерлагерном детстве. Странно что такую вкусную и совсем никто здесь не съест. Даже звери. Кстати где они? Где-то вдалеке раздавались раскаты грома. Наверное там гроза и сверкают молнии. А у нас здесь спокойный и теплый рай! Сейчас я спрошу Нину, что она думает о наших отношениях: «Нина! Я хочу тебе что-то сказать», вдруг что-то пролетело с ужасным свистом прямо низко над нашими головами и взорвалось метров через сто. Я бухнулся на землю и закрыл затылок как на уроках военной подготовки учили в начальных классах советской школы. Я услышал как невдалеке падают деревья и кричат птицы. Мое сердце чуть не остановилось. Я пытался что-то сказать, но из-за рта раздавались только нечленораздельные звуки. Я показывал Нине лёжа и заикаясь пальцем на небо, а потом туда где упал снаряд: "Ууууууууухххх.. Бууууууууумммммм!!!! Бааааааааахххх!!!" Нина рассмеялась со ртом полным ягод: “Вставай мой мужчина! Ты в штаны не наделал? Здесь военный полигон артиллерийский. Тренируются. Иногда и сюда на озеро снаряды залетают. Но когда я здесь была еще не разу так близко не попадало! И вообще по выходным они по идее не должны так много стрелять. Так что ты хотел сказать?”

Долгая дорога домой

Мы возвращались с дикого пляжа и одновременно действующего артиллерийского полигона к машине. Вдали продолжалась канонада военных учений. Нина меня успокоила, что это уже современные гаубицы какого-то хорошего калибра снаряды от которых до нас долететь не должны. Но мое глупое сердце все равно начинало усиленно биться при каждом залпе. Уже смеркалось и обходить воронки и перелазить поваленные взрывами деревья становилось все труднее. Тропинок здесь никаких не было. Нина мне дала палку и я шёл первым расчищая путь. Вдруг из огромной заросли папоротников прямо по пути перед нами поднялся высокий голый мужик. Маньяк?? Девушки испугались и спрятались за мою героическую спину. Мое сердце недобитое прилетевшим снарядом опять упало в пятки. Оно сегодня точно остановится. Вот так литератор примет смерть свою. Или от маньяка или от инфаркта. Я представил заголовок в местной желтой прессе: “Известный поэт-иммигрант жестоко убит маньяком на функционирующем артиллерийском стрельбище защищая своих трех жен!” Ух уж эта дикая природа!!! Я неуверенно поднял палку и сделал грозное лицо. Тут поднялся из тех же зарослей другой голый мужик пониже и в очках и закричал на первого: "Джон! Ты кончишь сегодня или нет? Перестань так нервничать! Не обращай на них внимания! Это не твоя жена! Они на озеро приехали купаться!" Потом он повернулся к нам и испуганно произнес: «Ради всего святого извините нас пожалуйста», и схватил первого за руку и утянул вниз. Нина прошептала мне на ухо: "Я забыла тебе сказать. Здесь тайные женатые геи еще тайком встречаются! Они думают, что здесь стреляют из пушек и их жены здесь не застукают!"

Израильская разведчица

До 1994-го. Малку увезли родители из Москвы в Израиль когда ей было 10 лет. Она с детства занималась каратэ и даже служила в израильской армии в разведке. Участвовала в боях. Имела награды. После демобилизации эмигрировала в Америку.
1994 Занимаясь в Бруклин-Колледже на литературном факультете я подрабатывал делая домашние работы по английскому другим русским иммигрантам. Так познакомился с Малкой. Я несколько раз встретился с израильтянкой обсуждая наше сотрудничество. Мне очень понравилась ее подтянутая спортивная фигурка. Но Малка подозрительно много говорила о том, что надо не баклуши бить, а деньги зарабатывать. Учиться надо не на литературу, а на финансы или хотя бы на дантиста. Но последней каплей было когда мы шли по улице и я на светофоре засмотрелся на небо и на птичек. Несильный удар кулаком в живот вернул меня на Землю. «Куда смотришь? Пошли! Зелёный уже!» После этой встречи мы больше не виделись. Я как раз в это время брал класс “Романтические Английские Поэты 19-го века.” и бредил Лордом Байроном. Вот если бы его Идеал Женственности вот так в живот ударил написал бы он свои великие стихи? Я не отвечал на звонки Малки. Она нашла кого-то другого кто писал ей сочинения.
2018 С друзьями едем на индейскую ярмарку. Потом на озеро. В джипе еще две пары. Друг говорит. «Сейчас подбираем еще одну девушку. Какая у нее фигурка!! Если она даже тебе не понравится, ну тогда я не знаю кто тебе тогда надо. Тебе не угодишь! Она из своей квартиры сделала гостиницу для кошек, собак и черепах и делает неплохие деньги. Правда вечно у нее дома пахнет кошатиной. У тебя нет аллергии на котов?» Машина тормозит и садится возле меня.. Малка. Опять удар кулаком мне в живот: "О! Писатель! Сто лет не виделись! Куда ты тогда в колледже пропал? Ну сейчас у нас дорога длинная - расскажешь, что ты все эти года делал. А приедем на пляж я всем покажу как я в прыжке у тебя с головы ногой яблоко сбиваю."

Предательница

Познакомился на фестивале американских индейцев в двух часах езды от Нью Йорка с русскоязычной чувашской семьей. Поели мяса оленины и бизона запивая виски. Жена мне рассказала, что ее родители и сестра в 1990-х приняли иудаизм и иммигрировали в Израиль. Ну вообщем поселились в Иерусалиме и стали чуть-ли не самыми верующими евреями на весь святой Израиль. Но потом несознательная дочка влюбилась и вышла замуж за мусульманина. И приняла соответственно ислам. Ее родители, то есть чуваши-евреи прокляли чувашку-мусульманку за предательство истинной еврейской веры! Сейчас моя собеседница едет в Израиль и всех навестит по раздельности. Родители чуваши-евреи не видели свою дочку чувашку-мусульманку уже больше двадцати лет. Хотя живут в соседних районах Иерусалима.

Фестиваль

Я приплыл на переправе на Государев Остров где проходил Нью-йоркский поэтический фестиваль. По окраинам футбольного поля стояли палатки от разных журналов и поэтических объединений. Штук сорок. У входа в каждую поэты читали свои стихи. С 4 до 5 был политический час. 90% перекрикивая друг друга ругали Трампа. Кто громче. Слева я услышал, что он русский шпион, справа что жене изменяет, а с другой стороны поля, что жулик. Но потом с дальнего конца поля раздался самый громкий голос, что хороший Трамп или плохой это неважно потому что скоро будет глобальное потепление и наступит конец света и человечество вообще исчезнет. Слава богу что у них истекло время, а то мне было уже как-то не по себе. Потом был женский час. Поэтессы все как один стали ругать мужчин. Слева я услышал какие мужики свиньи, а справа как плохие мужики обожают плевать нежным женщинам в душу. Я обошёл по кругу весь стадион, нашёл самых сексуально-одетых поэтесс, сел на траву, сфотографировал их телефоном и достал из рюкзака бутылку виски.

Выздоровел?

На фестивале знакомые американцы рассказали главную новость которая потрясла до основания литературный Нью Йорк. Один из самых известных Нью-йоркских поэтов Томас Ф. наконец сошёл с антидепрессантов и кокаина и перестал ходить к психиатру. Он больше не угрожает самоубийством, выезжает от своей матери с которой жил всю жизнь и наконец-то съезжается со своей девушкой с которой встречался десять лет и которой посвятил столько известных стихов. Вроде он уже частично отошел от самоубийства бабушки которое произошло за месяц до его рождения. Сейчас Томасу за 50 и он уже десять лет работает профессором литературы в университете. Все переживают будет ли Томас ещё писать такие-же безумные стихи которые сделали его известным или все? Нету больше такого поэта?

Одной француженке


 

В вечернем нью-йоркском парке


Оркестр играет аргентинское танго
Ты кружишься в танце
С другими мужчинами
Когда-то я был твоим лучшим партнером
Но меня заманили
Огни Старого Света.

Европа, Европа, Европа
Засыпанный снегом Воронеж,
Тонущая в водке Москва
Медузы Горгоны ажурных мостов Петербурга
Тигры загрызают людей в центре
Затопленного Тбилиси
Иммиграционная тюрьма под Лондоном
Бункер Гитлера в Берлине
Заросшая бурьяном могила
Бабушки в Киеве.

Наверное я постарел
Мне не хочется ворваться
На танцплощадку и выхватить
Тебя у других танцоров
Ты такая счастливая в их объятиях
Я теперь тебя так не вскружу
Ты будешь опять моей?
Или прошлого не вернуть?

Я стою в полной темноте один
И отбиваюсь от комаров
Под плачущую гармошку.