Тая Сапурина

Банка сахара, или Сказка о стране розового перца. Пьеса в одном действии



Список присутствующих лиц:



Люди, которые могут что-то сказать:

Коля

Галина — соседка

Пожарный

Женщина из ЖКХ

Марина — соцработник

Женщина с ребенком



Люди, которые могут что-то сказать, но не говорят:

Парень с девушкой



Люди, которые не могут ничего сказать:

Все остальные



Многоэтажка. Что в таких делают люди — мне неизвестно.

1

Пахнет чем-то вкусным, хоть и везде дым. Наверно, именно поэтому на площадке лестничной клетки стоит пожарный, давит на звонок с перерезанными проводами, стучит в дверь.



Голос соседки. А я вам говорю, что он там.



Пожарный снова стучит в дверь.



Коля. Уйди. Я не люблю людей. Я видел их по телевизору. Уходите. Уходите — не открою.

Пожарный. Открой. Мы должны реагировать на каждый запах дыма. Открывай. Что ты там жжешь? Дверь будем ломать.

Коля. Не открою. У меня томаты пригорели. Что вам еще надо? Я не хочу с вами говорить. Я не люблю людей. Что вам надо? Где вы, когда мне дверь поджигают? Почему вы не когда надо? Я вас не звал. Уходите.

Пожарный. Почему вы не можете просто открыть дверь? Мы все проверим, и если действительно у вас ничего не горит…



Судя по звуку, Коля начинает двигать к двери что-то тяжелое.



Пожарный. Ты идиот, что ли? Не скреби соседям потолок. Знаешь, как это раздражает? Просто дверь открой, проверим — уйдем. Нужен ты нам больно. Сиди потом дальше, жги свои там томаты. Лопайся от ненависти. Баррикадируйся. Да мне для галочки только проверить, мужик, не буду я у тебя там ничего смотреть.

Голос соседки. Он ненормальный. Он никогда не выходит на улицу. Он мусор выкидывает по ночам, когда мусоровоз под его балконом проезжает. Однажды он попал своим мусором между кабиной и кузовом. Провода перебил. Так машина месяц потом по другому маршруту ездила, пока он в своей берлоге вонять не начал и мы с соседями не попросили ЖКХ, чтоб маршрут восстановили. Он вам не откроет. К нему через балкон надо.

Коля. Не открою. Это моя частная собственность. Не имеете права по конституции. Не следите за мной. Я у себя дома.

Голос соседки. Через балкон к нему!

Пожарный. А вы тоже ненормальная, чего вы через дверь с людьми разговариваете?

Голос соседки. Нормальная я.

Коля. Тетя Галя, что вы устроили? В пожарную звоните. На той неделе звонили уже, когда я баклажаны тушил.

Пожарный (соседке). Вы 01 звонили?

Голос соседки. Ну, я.

Пожарный. Горите, значит?

Голос соседки. Горю.

Пожарный. Уж два этажа горят.

Голос соседки. Горят.

Коля. Синим пламенем, да?

Голос соседки. Горят. Не могу, задыхаюсь.

Пожарный. Сорокаградусным синим пламенем.

Голос соседки. Пламенем.

Коля. Сорокаградусным.

Пожарный. А штраф за ложный вызов? Хулиганство.

Голос соседки. Не открою.

Пожарный. Еще одна такая же. Райончик.

Голос соседки. Так, а что он…

Пожарный (высовывается в окно). Степа, отбой, заводи машину, поехали отольем. Конец смены. Баки сольем. Домой. Хорош уже. Оформляй ложный. Пусть сами со своими помидорами разбираются.



Пожарный уходит.



Голос соседки. Что, съел, да, съел свои баклажаны?

Коля. Что тебе от меня еще надо? Чему на этот раз завидуешь?

Голос соседки. Жить мешаешь.

Коля. Пить я тебе не мешаю.

Голос соседки. Ходят к тебе, приносят. Топчут.

Коля. А тебе-то какое дело? Денег тебе мало, что ли, даю? Мало?

Голос соседки. А что мне деньги? Топчут. Смотреть противно.

Коля. Мало, значит. Еще хочешь?

Голос соседки. Да что мне эти 30 процентов по сравнению с тем, сколько мусора от твоих этих курьеров.

Коля. Да где хоть?

Голос соседки. Баклажан надутый.

Коля. Жаба.

Голос соседки. Да ты тварь болотная сам.

Коля. Вот и живи как хочешь теперь. Чтоб у тебя на балконе капуста померзла.

Голос соседки. Да уж получше твоей будет.

Коля. Нечего на мой балкон с капустой смотреть. Шторы мои трогать.

Голос соседки. У тебя там не только капуста, у тебя там еще много чего не растет.

Коля. Все. Больше ничего не получишь.

Голос соседки. Зато ты получишь. Отгребешь.

Коля. Не пугай, а. Что ты можешь? Твоих тараканов я быстро вывел. Сиди молчи.

Голос соседки. Посмотрим, посмотрим.



2



Два соседних балкона. Один занавешен шторами, на другом — решетки.



Голос соседки. Хоть бы шторы раздернул. Свет растениям нужен. Сам затворником живешь, растения-то в чем виноваты?

Коля. У меня по системе все и лампы.

Голос соседки. Воздух им нужен. Открывал бы хоть. Свет настоящий им нужен, а не лампы. Оттого у тебя мозг и работает так, что ты ешь овощи с плохой кармой.

Коля. У меня все хорошо. Это у тебя ничего не растет.

Голос соседки. Да я за километр чувствую, что от твоего балкона тухлятиной несет.

Коля. Это от тебя гнилью пахнет, а не от моего балкона.

Голос соседки. Не выдумывай, а. Люди-то что скажут?

Коля. А что люди? Выходила бы ты хоть раз в год на улицу — тогда б говорили они.

Голос соседки. Ничего они не скажут. А надо бы. Повлиять на тебя.

Коля. Отстань.

Голос соседки. Слушай меня, когда я говорю.

Коля. Отвянь от меня. Отвянь, как твои томаты отвяли, так и ты отвянь.

Голос соседки. Это у вас, у ненормальных, они томаты, а у нас помидорами зовутся.

Коля. Хлоркой залью.

Голос соседки. Вот ты на балконе картошку рустишь. А все твои колорадские жуки на меня летят.

Коля. Летят на тебя, едят тебя и дохнут.

Голос соседки. Так они на рассаду мою летят. Жрут ее.

Коля. Нет у меня колорадских жуков.

Голос соседки. А у картошки у твоей — есть.

Коля. Нет.

Голос соседки. Есть. Я видела на своей.

Коля. Так вот на твоей и есть. А я на свою жидкость заказал.

Голос соседки. Что за жидкость?

Коля. Ты не знаешь — через интернет, как обычно.

Голос соседки. Закажи мне.

Коля. Привязалась. И это тебе, и то тебе. Сколько можно уже? Сама жить не умеешь — другим дай.

Голос соседки. Тебе жалко, что ли? Ты умеешь жить, что ли?

Коля. Надоела. Сама ничего не можешь. Когда последний раз за продуктами ходила — на моих живешь. Сама никуда не выходишь, а на меня тут это. Нахлебница.



Соседка перегибается через балкон и срывает шторы с балкона Коли.

Коля убегает в комнату, закрывает окно.



Голос соседки. Вот настоящая жизнь и тебе, и твоим овощам. Живи, раз умеешь.



3



Уже знакомая нам лестничная площадка. Женщина в синей форме,

с сумкой через плечо стучит в квартиру Коли.



Женщина из ЖКХ. Откройте. Поступила информация о том, что у вас неправильно идет расчет электроэнергии. Открывайте. Будем производить досмотр, если не откроете — опечатаем дверь, поставим пломбы, вернемся уже только с милицией. Ну? Нет, что ли, никого? Есть кто живой? Ау. Что, вымерли все? Что, днем дома никого не бывает? Ау, товарищи старики. Откройте. Откройте. А не то хуже будет. (Прикладывает ухо к двери.) Слышу! Там он. Сидит, счетчики мотает. Открывай. Ломать буду. Милицию вызову, потом не только за энергию платить больше будешь, но и за дверь новую.

Голос соседки. Там он. Скрывается.

Женщина из ЖКХ. Воооот. Проснулись. Как зовут типа, обворовывающего государство?

Голос соседки. Колей, Колей его зовут.

Женщина из ЖКХ. Николай, голубчик, откройте.

Коля. Все у меня в порядке со счетчиком. У меня его даже не стоит.

Женщина из ЖКХ. Ага, так и поверила. Открывай, проверю, а то всю недостачу за весь дом платить будешь, а это в прошлом месяце в десять тысяч встало. Может, у тебя там подпольная фабрика.

Коля. Да что вы, на меня все повесить хотите?

Женщина из ЖКХ. А народ-то нынче такой пошел. Никто не живет честно.

Коля. Я живу и открывать не собираюсь.

Женщина из ЖКХ. Дверь вышибу.

Коля. Не имеете права. Милицию вызову. Я уже звоню.

Голос соседки. Ломайте.

Женщина из ЖКХ. Права не имею... Открывай добровольно.

Голос соседки. Вот государство-то нынче пошло. Ничего не может.

Коля. Я инвалид, с детства лежачий, — дверь открыть не смогу.

Женщина из ЖКХ. А кто в курсе?

Коля. Так в квитке льгота прописана.

Женщина из ЖКХ. Действительно?

Коля. Пятой строчкой сверху.

Женщина из ЖКХ. Из соцслужб кто ходит, дверь открывает? Когда часы посещения?

Коля. Да не, никто не приходит.

Женщина из ЖКХ. Непорядок. По закону положено, значит, должны приходить. Родственники посещают, что ли?

Коля. Один я.

Голос соседки. Да врет он все!

Женщина из ЖКХ. Женщина, вы в своем уме — такими вещами не шутят. И что за мода разговаривать из-за двери — вы тоже инвалид?

Коля. Не открывает — есть что скрывать. Я бы на вашем месте ей не поверил.

Голос соседки. Не открою!

Женщина из ЖКХ. Так. Одному соцслужбу, другой — милицию. Дело сделано. Я ухожу. До свидания.



4



Коля сидит у окна. Шторы, как всегда, опущены. За окном во дворе какой-то шум.



Коля. А я не смогу никогда убить человека в реальности. В играх убивал, а в жизни не смогу убить. Или починить его, восстановить, вылечить, если он ушибется или сломает себе там что-нибудь. Или искусственное дыхание. Я читал в ЖЖ одного врача, что если и делать искусственное дыхание это, то до состояния, что ребра ломаются, а если они не сломаны при вскрытии, ну, то есть спасали, но не спасли, то на вскрытии спрашивают: что не делали ему искусственное дыхание? Или вот еще что пишут: если сильное кровотечение из раны, то надо в рану ткань набить. Живому или не очень живому человеку под кожу ткань. Жуть. Не смогу. Страшно. Вдруг ко мне на балкон человек упадет раненый. Спасать его придется. Я не смогу. И “скорую” как я ему вызову? Им же дверь придется открывать. А я не открою. И будет у меня на балконе труп лежать, умирать. Тогда вниз его столкну. А как я к нему прикоснусь? Нет, я не смогу к нему притронуться. А если он еще живой? И никаких видимых повреждений у него не будет, смогу ли я притронуться к живому человеку? Мерзко. Хотя они такие же, как и я вроде. Или не такие же? Нет, не такие — они едят не то, что выращиваю я. Хотя нет, такие же семена и они могут заказывать через интернет. Значит, они такие же? Нет, они не такие. Они склизкие, противные, убивают друг друга. Чихают. Если я слышу, что на улице кто-то чихнул, а я сижу, и форточка открыта, — я стараюсь как можно дольше не дышать, чтоб бактерии их были не в концентрации, а так, рассредоточились и проветрились поскорее. И не важно, что через плотную ткань, может, и не доходит и что четвертый этаж. Просто не могу дышать после того, как кто-то чихнул, и все. И баночки со спиртом, которые мне приносят посыльные, спиртом протираю. У меня есть комната первичной обработки. Она самая нестерильная. Там все вещи, которые приносят посыльные. Когда мне заказ приносят, я сначала протираю все, потом туда, в комнату, складываю, там лежит немного, проветривается, а затем снова обрабатываю, и уже пользоваться можно. Это страшно, если они когда-то занесут микробы, а я заболею. Хотя на этот случай я держу в закладках сайт, где без рецепта врача можно что-либо купить. Но подвергать себя опасности... Поэтому приходится обрабатывать все. Наверно, у меня на спирт и прочие очистители денег больше ушло, чем если бы я заболел — на медикаменты. Нет, только не про деньги. Как они. Я знаю, что есть люди с другим цветом кожи, это является результатом приспособления определенной популяции к интенсивности солнечного излучения. Я все это понимаю, но не могу себе представить. Мне бы хотелось увидеть вблизи человека с другим цветом кожи. Хотя нет, фу, это как-то противно. Грязные они. Но интересно. Через стекло бы посмотрел. Интересно, есть гаджеты, которые могут менять цвет кожи? Надо будет поискать статьи. Если есть, то неудивительно, что я никогда в окно не видел “цветных”. Ужас. Говорю, как ксенофоб.



За окном снова тот же шум. Коля смотрит сквозь щель в ткани.



Я не знаю, что там случилось. Но я видел бластер и мальчика лет 6. Парень на земле. Его подстрелили из бластера. И еще какой-то парень убегает за гараж. От игрушечного бластера еще никто не умирал. Или умирал? (Щиплет себя.) Вроде жив. Что я говорю? Шум снаружи. (Смотрит в щель между плотными шторами.) Все живы там, все здоровы. А что им будет? Я еще ни одних похорон тут не видел. Зато свадьбы постоянно. В сторону площади все уезжают. Я знаю, где эта сторона. Мы там с мамой… С мамой... С мамой гуляли. Что я говорю? Мама. Похорон не видел. (Пауза.) Видел. И больше не видел. И не хочу. (Встает, берет канистру воды. На дне канистры лежат какие-то черные камни и серебряные ложки. Идет на балкон поливать растения.)



5



На балконе.



Коля. Мерзкие, мерзкие жуки. Налетели, покусали мое, стерильное. Сначала чье-то антисанитарное ели, а потом теми же ртами мое. Возможно, даже ее рассаду (кивает в сторону квартиры соседки) ели. Теперь только спиртом протирать. Не протирают.

Голос соседки. Я не выйду с тобой спорить. Я не хочу с тобой разговаривать. Я не хочу тебе отвечать. Я ничего не хочу делать вместе с тобой. Я сломала ногу.

Коля. Я это каждый день слышу. Зачем?

Голос соседки. Почему.

Коля. Зачем.

Голос соседки. Соседи мы.

Коля. И зачем?

Голос соседки. Поэтому я знаю о тебе все. Я знаю, что ты ненормальный, но продолжаю общаться с тобой.

Коля. А я с тобой нет.

Голос соседки. Или ты мне отвечаешь. Или я тебе отвечаю.

Коля. Я полил.

Голос соседки. А мне плевать.

Коля. Я пошел.

Голос соседки. А я сломала ногу.

Коля. Тем хуже для тебя. Тебе придется вызвать врачей.

Голос соседки. Я сама виновата.

Коля. Тебе придется открыть дверь.

Голос соседки. Я всегда ставила табуреточку.

Коля. Тебе придется прибраться в своей квартире.

Голос соседки. Нормальная у меня квартира.

Коля. Тебе придется вернуться к твоей прежней жизни и перестать сидеть у меня на шее.

Голос соседки. Не тянуть из тебя деньги.

Коля. Признала.

Голос соседки. Я сломала ногу по своей глупости.

Коля. Признай еще раз.

Голос соседки. Мне придется.

Коля. Тогда я полью из шланга твои овощи.

Голос соседки. Открыть дверь. Купи мне лекарства, Коля. Вылечи меня.

Коля. Я полью твои овощи.

6



Квартира соседки. Она еще не старая женщина. Сидит у телефона, одетая совсем не по-домашнему. К ноге бинтами привязана палка, кое-где выступила кровь.



Соседка. Меня никто не любит. Меня некому любить. Я сломала ногу или бедро — что еще хуже. Тогда меня заберут на стационар. Я не буду звонить в “скорую”. Я сама себя накажу и сама себя вылечу. Впредь буду умнее и осторожнее. Он не купит мне лекарства. Я сама себя вылечу. Углем и стрептоцидом. Меня уже наказали. Каратель. Сука-каратель. (Грозит кулаком в поток.) Что я делаю? Прости меня. (Кидает чем-то в сторону квартиры Николая. Предмет падает ей на сломанную ногу. Кричит от боли.) Хочешь сказать, что сама виновата? Так и скажи. Я понятливая. Я и не через боль могу понять. Не животное какое. Мне нужны таблетки. Больно. Коля! Коля, прости меня. Коля, это я тебе пожарных вызвала, это я на тебя про счетчики. Это из-за меня тебе провода жгут. (Ползет к стене, за которой квартира Николая.) Коля, прости меня. (Пауза.) Что я делаю? Дура, сломала ногу и давай каяться, верить во всякое. Сломала и сломала. Дура такая. Все, взяла себя в руки. Ногу перебинтовать. Обработать стрептоцидом. И уголь внутрь, вдруг зараза какая. Нет, внутрь лучше другое. (Ковыляет к шкафчику, достает спирт, делает глоток, не дыша подползает к бутылкам с водой, которые явно для растений ее стоят, запивает.) И снаружи. И снаружи. (Льет на ногу, кричит, дует, машет руками.) Ноги не чувствую. Это нормально. Не пойду никому открывать. Не пойду. Ноге нормально. Мне хорошо. Но там люди. Они мне помогут. Не хочу-у. (Плачет.) В конце концов, я же там бывала раньше. Почему бы мне просто тогда не взять и не выйти. А вдруг они меня не поймут? Вдруг они разговаривают на другом языке? Я же вижу их каждый день в окно, разговариваю с ними по телефону. Люди, как люди. Обычные. Это что значит, что я ненормальная? Нет, я самая нормальная, как они: две руки, две ноги. Возьму и позвоню в “скорую”. Пусть спасают меня, раз я такая, как они. И дверь оставлю открытой — пусть заходят. (Звонит в “скорую”.)



7



Темно. Внизу во дворе “скорая помощь” увозит соседку. Коля со своего балкона поливает через шланг рассаду соседского балкона.



Коля. Когда я ужинал, я съел 73 нарезанных кусочка картошки, но перед тем, как ее пожарить, я нарезал ее ровно на 74 части. Чтобы каждый из этих кусочков прожевать по 9 раз. Еще никогда я не ошибался в своих расчетах. Всегда у меня все совпадало. Все было правильно. Я посмотрел на полу — я ничего не выронил. И на сковородке он не мог пропасть. Куда делся еще один кусочек картошки? Он мне все испортил. Может быть, кто-то был в моей квартире и украл этот кусочек? (Замер. Лег на пол, закрыл голову руками, говорит очень быстро.) А красный на светофоре на перекрестке, через который увозили Галю, горел не 38 секунд, а 43. (Замер. Закутался в палас.) Да мыши, мыши утащили картошку. (Высунул голову.) Тараканы сбежали, а мыши остались. Кота-то нет. Или собаку завести? (Снова закутался.) Никого не буду. Только не стреляй в меня. Пиу. Пиу. Пусть сила течет сквозь меня. Я не хочу умирать. (Спокойно встал. Поправил палас.) Всю прошлую зиму в квартире +17 было. Скоро снова зима. Не хочу мерзнуть. Старый, старый дом. Стоп. У меня на сегодня по расписанию еще чай по-польски.



8



Подъезд. Лестничная площадка.



Коля. Я вас не звал.

Марина. Положено так. Я понимаю, что вам тяжело, что вы не хотите, чтобы вас видел кто-либо в таком состоянии, но это для вашего же блага делается.

Коля. Я и сам справляюсь неплохо.

Марина. Николай Евгеньевич.

Коля. Николаевич.

Марина. По документам Евгеньевич.

Коля. Тогда просто Николай.

Марина. Коля, Коля, Николай, сиди дома, не гуляй.

Коля. Для вас — Николай.

Марина. Серьезный вы человек, Николай, понимать должны, что нужно открыть ваше сердце людям.

Коля. Дверь я вам не открою.

Марина. Ну, давайте тогда через дверь с вами пообщаемся. У вас лишнего стула не найдется?

Коля. Что за осада? Вы мне еще водопровод перекройте. Я на вас жаловаться буду.

Марина. За то, что я вам помочь хочу?

Коля. За нарушение неприкосновенности жилища.

Марина. За неоставление в опасности?

Коля. Так нельзя говорить. Вы неправильно строите фразу.

Марина. И что? Суть-то от этого не меняется.

Коля. Это шантаж.

Марина. Где?

Коля. Вы вынуждаете меня стоять здесь и разговаривать с вами.

Марина. Я вам не мешаю. Вы в любой момент можете уйти настолько далеко, что вам не будет меня слышно.

Коля. А вы так и будете тут стоять?

Марина. Захотите проверить — откроете, выгляните, стою или нет.

Коля. Я не обращаю на вас внимания. Стойте сколько вам угодно. (Изображает удаляющиеся шаги.)



Пауза.



Коля прикладывает ухо к двери.

Молчание.

Марина изображает удаляющиеся шаги.



Пауза.



Марина прикладывает ухо к двери.

Молчание.



Пауза.



Марина. Стоите?

Коля. Стою.

Марина. А почему вы не спросили, как зовут меня. Вам что, совсем неинтересно?

Коля. Приходите завтра.

Марина. Марина.

Коля. Приходите завтра, Марина.

Марина. Завтра в это время я буду стоять здесь.

Коля. Хорошо. Завтра в это время я буду стоять здесь.



9



Завтра. Чуть позже, чем “в это время”.

Николай сидит в кресле у двери. Сам для себя делает вид, что читает книгу.

Перед ним поставлены и заведены механические часы.



Коля. Я все обдумал. Что вам нужно, чтобы вы оставили меня в покое? (Пауза.) Еще бы зеркало поставил и перед ним репетировал. (Снова делает вид, что читает книгу. Пауза.) Если вы думаете, что я вас пущу, то вы ошибаетесь. (Прислушивается. В подъезде тишина.) Конечно, часы еще поставил ради этого. Ненавижу часы. Нигде в моей квартире никогда не было часов, сейчас достал. (Задумался.) Марина, мы с вами взрослые люди. И давайте, как взрослые люди, сами будем решать свои проблемы и не будем создавать их окружающим. Да. Точно. Марина, давайте. Марина, давай. Хм. Марина. (Пауза. Достает ручку, бумагу. Что-то пишет. Прислушивается. Тихо все. Приоткрывает дверь. Пытается зафиксировать бумажку с другой стороны. Не получается. Кладет ее на пол. Закрывает дверь. Садится в кресло.)



Тишина. Часы идут.

Коля сидит. Шаги в подъезде.

Шаги к двери.

Тишина.



Марина. Я знаю, что вы там.



Коля молчит.



Марина. Во-первых, если бы вы засовывали записку с этой стороны — у вас бы все вышло. А кидать на пол — глупо. Уж лучше б ничего вообще не писали. Да и что за оправдание: “Я ушел в магазин. Меня нет”. Как ушли — так бы и вернулись. Ничего. Подождала бы. А во-вторых, у вас так громко бьется сердце, что на первом этаже слышно. Что вы как ребенок-то?

Коля. Вы опоздали.

Марина. Я устала и хочу стул.

Коля. Я вам ничего не должен и ничего не обещал.

Марина. Ну что вам, сложно, что ли, дать мне стул?

Коля. У вас и свой есть.

Марина. Тем более что дверь вы сегодня уже открывали.

Коля. У нас, может быть, игра: кто кого пересидит.

Марина. Тогда мы изначально находимся в неравных условиях.

Коля. Это ваши проблемы. Это не я к вам пристаю.

Марина. Ха. Больно надо. Сейчас как возьму и вообще уйду.

Коля. Не уйдете. Вам же надо.

Марина. Сдались вы мне. Сидеть еще тут с вами. В холодном-то подъезде.
У вас, между прочим, дом холодный, не топят совсем.

Коля. Согласен. Но разве это не работа ваших структур?

Марина. А у нас никто ни за что не в ответе.

Коля. Вот. Тогда, может, и вы пойдете?

Марина. А что я, как они-то, буду?

Коля. Как они?

Марина. Ну да.

Коля. И чем же вы от них отличаетесь?

Марина. Ну. У меня есть совесть.

Коля. Назойливость.

Марина. Чувство ответственности.

Коля. Боязнь, что вас уволят.

Марина. Да что вы мне перечите?

Коля. Я?

Марина. Вы.

Коля. Вы?

Марина. Вы.

Коля. Не думал, что мы снова на “Вы”.

Марина. Ой, простите.

Коля. Простите?

Марина. Я?

Коля. Опять на “Вы” — простите.

Марина. Прощаю. А за что?

Коля. Хотите стул?

Марина. Не думаю, что он меня спасет от холода.

Коля. Хм. Ясно.



Пауза.



Коля. А вы красивая?

Марина. Что?

Коля. Простите.

Марина. Что?

Коля. Давайте вы завяжете себе глаза, тогда я вас пущу. Только чтоб все по-честному.

Марина. А это обязательно?

Коля. Нет, но тогда я пошел.

Марина. Можно я чуть-чуть подумаю?

Коля. Думай. (Пауза.) Подумала?

Марина. Ну да. (Перекладывает газовый баллончик из сумки в карман.)

Коля. Я пошел?

Марина. Только, наверно, у меня у самой не получится их хорошо завязать.

Коля. Глаза-то? Ладно. Отойди на два шага назад и встань спиной к двери.



Марина отходит. Поворачивается.



Марина. Готово.

Коля. У вас есть чем завязать?

Марина. Есть.

Коля. Точно?

Марина. Вы мне не верите?

Коля. Почему? Верю. (Приоткрывает дверь, выходит в подъезд босиком. Берет у Марины шарф и, стараясь ее не коснуться, завязывает ей глаза.) Не туго?

Марина. Страшно немного.

Коля. Теперь вам… (Пауза.) Повернись сюда и два шага вперед.

Марина. Я боюсь.

Коля. Красивая.

Марина. Что?

Коля (берет Марину за руку, ведет ее в квартиру). Тут порог.

Марина. Мне, кажется, не глаза завязали, а уши. Ничего не слышу.

Коля. Заходите сюда. (Приводит ее в “стерильную комнату”.) Тут нет стульев.

Марина. Ты пьешь? Пахнет спиртом.

Коля. Нет. Это для дела.

Марина. Заманивать людей с завязанными глазами, убивать и спиртовать их?

Коля. И в стеклянные баночки. Я сам вас боюсь.



Марина смеется. Коля тоже смеется.



Коля. Только давай мы не будем развязывать ваши глаза.

Марина. Ладно, хорошо. А что будем делать?

Коля. Можно послушать клавесин.

Марина. Серьезно? У вас есть клавесин? У меня слово “клавесин” с носовыми платками ассоциируется.

Коля. Да, на дисках. У меня еще есть… Много чего у меня есть. Зачем ты это сказала?

Марина. Если честно, я после работы ничего не ела.

Коля. Ой.

Марина. Ага.

Коля. Давай пойдем на кухню.

Марина. Может, раздеться?

Коля. Нет, не надо.

Марина. Ладно, как скажешь.

Коля (ведет Марину за руку на кухню). Осторожно, углы.

Марина. У вас квартира многокилометровая.

Коля. Не бывает таких квартир. Вот. Садитесь здесь.

Марина. У вас ни разу не холодно.

Коля. Вам, наверно, жарко?

Марина. Ну да, есть такое чуть-чуть.

Коля. Встаньте. Я сам сниму, чтоб повязку случайно не зацепить.

Марина. Хорошо.



Коля снимает с нее куртку, отдает Марине в руки.



Марина. А я-то думаю, что вы мне суете.

Коля. Просто я подумал, что с ней вам будет комфортнее. Слева от вас еще один стул. Можете положить туда.



Марина кладет куртку на стул. Коля разглядывает Марину.



Марина. Мне кажется, ты слишком пристально на меня смотришь.

Коля. Да? Извини. Просто я никогда, точнее, давно не видел людей с такого близкого расстояния.

Марина. Не возникало потребности в общении?

Коля. Просто не возникало потребности. Мне так лучше.

Марина. И что, и сейчас плохо?

Коля. Ну, глаза бы я тебе не стал развязывать.

Марина. А если бы я просто взяла и сняла повязку?

Коля. Спирта у меня хватит, а банку большую можно заказать.

Марина. Да ладно. Не верю. Ты не можешь.

Коля. Жить, не выходя на улицу, могу. А убить человека не могу?

Марина. Давай пить чай. (Прячет руку в карман.)

Коля. А… да… сейчас. (Начинает делать чай.) Вся тишина и сосредоточенность мира находятся сейчас на моей кухне. Когда я один — ее тут не бывает. Может, радио включим?

Марина. А хочешь, я тебе что-нибудь расскажу?

Коля. Ну, наверно. Интересно же.

Марина. А ты пока готовь. Я бы тебе помогла, но с закрытыми глазами…

Коля. А что такого? Я по квартире могу и с закрытыми глазами перемещаться.

Марина. А можно вопрос?

Коля. Почему я никогда не выхожу из дома?

Марина. Нет.

Коля. Нет? Неинтересно?

Марина. Почему? Интересно. Но если ты захочешь, расскажешь. Я же не пытать тебя пришла.

Коля. А зачем ты пришла?

Марина. Сказать.

Коля. Говори.

Марина. Я закрыла твой вызов. К тебе больше никто не будет приходить.

Коля. Да?

Марина. Я написала, что ты в норме.

Коля. И что, больше никто не будет никогда приходить?

Марина. Ну да. Если ты сам этого не захочешь.

Коля. Если я в норме, тогда зачем ты пришла?

Марина. Сказать это.

Коля. Сказать, что я в норме?

Марина. Ну, ты же не в норме.

Коля. Да? А написала, что я в норме.

Марина. Я не знаю, зачем я это сделала.

Коля. Ты хотела задать вопрос.

Марина. Да.

Коля. Ну.

Марина. Откуда у тебя продукты бывают и вещи, если ты никуда не выходишь?

Коля. Интернет.

Марина. Бесплатно?

Коля. Конечно, нет. Форекс.

Марина. И что, хватает?

Коля. Ну как видишь. Могу позволить себе напоить чаем кого-то раз в тридцать лет.

Марина. Смешно.

Коля. Значит, дело закрыла. Пошли в комнату.

Марина. Да.

Коля. Держи сахар. (Дает Марине банку с сахаром, берет ее одежду. Выводит Марину в подъезд. Отпускает руку, кладет на пол ее куртку. Подходит к своей двери.) Марина, простите меня. (Закрывает за собой дверь.)



Марина остается стоять в подъезде. Одна.

С завязанными глазами и с банкой сахара в руках.

Темнота.

10

Коля сидит в кресле. Темно. Перед ним механические часы.



Коля. Я решил больше никогда не заводить эти часы. Пусть они всегда будут стоять. Когда у них кончился завод, я сначала испугался, что мир замер, но потом я понял, что это часы встали, но я до сих пор верю, что это была самая длинная секунда в мире. (Пауза.) Я понимаю, почему люди начинают верить в Бога. Когда у них кончается энергия делать что-либо, они ищут, что поместить в освободившееся пространство и в освободившиеся мысли. Наверно, если бы я не любил готовить, я бы верил в Бога, ну или в какую-нибудь другую теорию. На свете много людей, которым есть чем занять себя, кроме как верой в какой-то абсолют. Надо найти себе еще какое-нибудь увлекательное дело, а то еще начну верить в Бога. Каждый день я готовил себе пищу по какому-нибудь новому рецепту. Оказывается, очень много рецептов с розовым перцем, но в этой стране его, к сожалению, нет. Интересно, если бы я узнал, что на рынке в этом городе продается розовый перец, я бы смог выйти на улицу? Ради розового перца — на улицу. Звучит красиво. За красоту тоже можно выйти на улицу. Я разглядывал фотографии современных людей, почему они носят принты красивых людей, сами будучи невзрачными, Мэрилин Монро или Пенелопа Круз. Зачем изображения этих людей помещать на футболку или сумку? Сначала я думал, что все люди дураки. А потом я приготовил самый прекрасный в мире салат. Он был настолько красив, я сидел и смотрел на него. Сидел и смотрел. Я не смог его съесть. Но пока я сидел и смотрел на него — я, я сам был красив и прекрасен. Я красив и прекрасен, пока рядом был этот салат. И по аналогии со мной и салатом я понял, что когда рядом что-то восхитительное, то ты сам становишься прекраснее. (Смотрит в окно.) Спать пора, а люди за окном шумят. У них только закончился трудовой день. Так странно. В этой стране даже время идет неправильно. Несообразно биологическим часам человека. Я, будучи гражданином этой страны, никогда не голосовал и не участвовал в переписи населения. Хотя мог бы. Прогресс позволяет. И ради интереса читал программы разных партий, бывает, что хорошие идеи там встречаются, но они все так далеки от “простого народа”. Интересный по своей сути фразеологизм “простой народ”, да? Они далеки не только от народа, но и от самих себя, от своего тела, своих потребностей. Я бы голосовал за тех, кто себя понимает. Первым делом я бы приблизил время государственное к времени биологическому. Я вот ложусь спать и просыпаюсь, когда захочет мой организм, а люди за окном тогда, когда у них семь или восемь утра, но у них внутри еще часов пять. Вот. И мне совсем не скучно с самим собой и не хочется верить в Бога. Мне бы сейчас розового перца, и была бы гармония. На те деньги, что у меня есть на счете, я бы мог купить дом в стране, где растет этот перец, но все это связано с переездом, и никто не даст гарантий, что там мне дадут спокойно жить. А в России всем на всех все равно. Не считая каких-то единичных фанатиков. Но они и сами не понимают, зачем им это надо. Я же знаю, что всем на всех все равно. Мне вот нет никакого дела до них до всех. Я чувствую себя сторонним наблюдателем. Особенно если у меня под окнами творятся уголовные неправомерности. Это не мое дело. Пусть они сами разбираются. Все негативное и положительное идет от одного — от желания окружающих людей залезть в твое личное пространство. От этого и несчастье, а иногда и до убийств доходит. Хорошо, что таких людей меньшинство. Они предпочитают ходить в маленьких кучках “больших” людей. Смотреть смешно. Вот если б у меня только был розовый перец — это именно то, что сделало бы меня абсолютно счастливым.

11

Коля сидит, счищает кожуру со всех овощей. Очень аккуратно.



Коля. Я иногда просыпаюсь по утрам, и тишина. Все соседи на работе. Одни дети дома, прогуливают уроки. И слышно все, что они делают. Но мне не обязательно это слышать. Я наперед знаю, что они там делают, и чем они занимаются, и что говорят. Что делают и что говорят. Я хотел когда-то заказать себе бинокль — чтоб наблюдать за людьми. Но потом подумал, что это все бессмысленно, — они занимаются одним и тем же. Только в разном порядке. Никто не может меня ничем удивить. Тогда смысл смотреть за ними? Это все равно что смотреть российские сериалы. Все одно и то же. Одно и то же. Да и я сам повторяю те действия, которые совершал вчера. Испытываю те эмоции, которые испытывал ранее. И люди на улице, все одно и то же. Все старо. Как из старой рекламы: “Если не видно разницы — зачем платить больше?” Зачем делать над собой какие-то усилия и выходить на улицу, зачем стараться объезжать весь мир — люди везде одни и те же. Меняется лишь пейзаж, но его можно посмотреть по интернету. Когда мне хочется иллюзии моего присутствия в каком-либо месте на планете — я захожу в интернет. Ищу видео, настраиваю проектор на стену и сижу на диване, смотрю. Сижу на диване, пью сок и смотрю. Единственное стоящее в мире чего-либо — это запахи. Запахи и ощущения — это то, ради чего можно жить. Я лишил себя этого. Я могу фантазировать. И я знаю, что мои фантазии намного лучше, чем то, что я мог бы ощутить в реальности. Реальные физические ощущения всегда сопряжены с разочарованием. Я же не разочаровываюсь. Мне хорошо и прекрасно. Я сыт, и мне тепло. Когда я держал Марину за руку, с моей ладони лились океаны и омывали ее руку. Ее рука тонула в моей руке. (Пауза.) Конечно же, нет. Настолько красиво это было лишь в моем воображении. На самом деле мне было неприятно, что у меня потная рука. Самое лучшее, что есть в мире, — это обманывать себя. Сила мысли.



12



Тетя Галя на своем балконе. Шторы на балконе Коли не задернуты. А зачем их надо задергивать, если завтра снова поливать овощи Галины.



Соседка. Коля, у тебя чай на балконе давно уже остыл. Ты забыл про него? (Целует свою рассаду.) Ты не подумай, что я совсем дура. Я в свое время за Путина не голосовала. Я голосовала за других сволочей. Ты слышишь меня? Коля! Я вернулась. Ты мою рассаду поливал? Ты тут вообще? Сидеть, никуда не выходя, — это только себя не уважать. Это показуха для самого себя. Это глупо, Коля. Там никто не лезет в душу. Там все думают только о себе. В больнице разговоры только о болезнях и о “Единой России”. Представляешь, Коля, бабки старые хвастаются друг перед другом, у кого больше болезней, кто больше несчастен. У меня, когда они начинали о своих болячках рассказывать, рвотные рефлексы посыпались — это ведь невозможно слушать. Целый день тыр-тыр-тыр. А потом ту, что несчастнее всех, жалеют всей палатой. Во смех-то, Коля. Коля, ты меня слушаешь? Сначала о болезнях, потом о “Единой России”, представляешь? А еще они Юру Шатунова Мишей зовут. И полностью уверены, что он — Миша. Маразм ведь это, да? Кооооль. А ты поливал мою рассаду? Коля. Коля! Ты меня не слушаешь? Кому вот я это все рассказываю?

Коля. Поливал. Поливал.

Соседка. Коля. Вот не было меня неделю, а разговоров на год хватит о том, что я видела и что думала. У меня как плотину прорвало. Мне там сон такой смешной снился. Что меня собираются отправлять в какой-то идеальный мир. Ну, чуть ли не рай. И главное условие моего пребывания там — это ходить со спущенными штанами. С голой попой. И вот ставлю я свою подпись на договоре, собираюсь отправляться в этот идеальный мир, вокруг меня такие же люди с голыми попами. Стоят, с ноги на ногу переминаются. Стыдно всем. И вот открываются врата. Большая круглая железная дверь. Заходим мы с этими голопопиками в идеальный мир. А там, представляешь, Коля, а там все с нормально надетыми штанами ходят. Не рай там вовсе. Люди все сами испортили. Своими штанами. Условия договора нарушили. И знаешь, все те, с кем я зашла, потихоньку начинают натягивать штаны. Я в растерянности. Постояла, посмотрела, натянула штаны и пошла обследовать мир. Вот так, Коля. Своими руками лишила себя рая. А тебе что, нечего мне рассказать?

Коля. Тебе неинтересно будет. Ничего нет про голые попы.

Соседка. Ты сам дурак — на улицу никогда не выходишь. Поэтому и дурак.

Коля. В твоем силлогизме изначально неверные посылки.

Соседка. Иди в жопу, Коля. Овощи вот ты тут оставил.

Коля. Какая же ты глупая. Как же без тебя было хорошо.

Соседка. Говорят, у тебя женщина в гостях была. Правда?

Коля. Вздор.

Соседка. Мы же не чужие люди. Вот я и спрашиваю.

Коля. Сплетни собираешь.

Соседка. Да какие сплетни?

Коля. Ты постарела морально за эту неделю больше, чем физически.

Соседка. Да что ты за ерунду городишь?

Коля. Разлагаться начала. Душа у тебя гнилая.

Соседка. Нельзя так говорить.

Коля. Сплетни собираешь.

Соседка. Да, наврали мне, значит. Сиделка у меня рассказывала, что у нее коллега заходила к человеку, который никогда на улицу не выходит, пыталась его излечить.

Коля. Думаешь, мне интересно слушать новости о каком-то человеке, которого пытались излечить?

Соседка. Так он по описанию на тебя похож.

Коля. И как же его описывали тебе?

Соседка. Да как. Так. Не помню уже, но у меня все мысли сразу на тебя были по описанию. Высокий, темные волосы, плечистый.



Коля выходит на балкон. Тетя Галя его видит.



Коля. Стоит человеку выйти на улицу — так он сразу становится неадекватным. Начинает ерунду говорить. Следить за другими.

Соседка. Да я и раньше себя так вела.

Коля. Как ты мне надоела. Появляешься, лезешь. Как от тебя отделаться? Да про таких, как ты, говорят, что ты мне уже в печенках. Надоела. Сколько можно? Ты можешь хоть один день твоего присутствия здесь не мешать мне, ты можешь сама себя развлекать. Почему ты ко мне лезешь? Ты мне надоела. Убей себя. Сломай себе еще одну ногу. Только окажись подальше от меня и сиди себе там умирай. Да может быть, если бы не такие, как ты, которые ходят по улицам, — я бы жил нормальной жизнью. Но нет же. Лезут и лезут. Паразиты. Почему смыслом моей жизни стало желание провести ее подальше от других людей. У вас что, не происходит ничего интересного в своих жизнях, что вы лезете в чужие?

Соседка. Коля, ты баран.

Коля. Какое ты имеешь право меня оскорблять. Я уже не могу тебя терпеть. Иногда мне кажется, что в моей квартире кругом видеокамеры, кругом твои глаза. И ты смотришь и смотришь. Почему ты не можешь сделать себе кофе, не комментируя этого? Мне неинтересно. Почему ты каждое утро спрашиваешь у меня, как мне спалось. Ты еще спроси, почистил ли я зубы. Зачем ты каждую ночь, когда ложишься спать, кричишь: “Спокойной ночи, Коля!”? Меня от тебя тошнит. Мне очень жаль, что ты сломала себе ногу, а не шею. Я желаю тебе смерти. Я не хочу больше ходить по своей квартире на цыпочках, избегая твоих фраз, комментирующих мои передвижения. Просто сиди там и молчи. Пожалуйста.

Соседка. Да ты сам со мной всегда первый начинаешь говорить. Ты думаешь, мне интересна твоя жизнь? Плевать я хотела.

Коля. Вот и отлично.

Соседка. Это ты меня испортил. Ты украл у меня 11 лет жизни. Ты покупал мне все, что я хотела. Чтобы выходить и жить нормально — нужно к чему-то стремиться. А ты живешь как овощ. Тебе ничего не надо. Еще и пример дурацкий подаешь.

Коля. Мне надо, чтоб меня не трогали.

Соседка. Ты маленький напуганный человечек.

Коля. Я тебя не заставлял никогда сидеть дома и никуда не выходить — это было твое единоличное решение.

Соседка. Ты ни на что не способен. Если тебе перерезать провода от интернета — ты подохнешь с голоду.

Коля. У меня 3G, дура. Дура — вот ты кто. У тебя просто нет своего мнения.

Соседка. Господи, взорви этот город, он обречен. И вообще, ты маленький и уродливый. (Уходит, хлопнув балконной дверью.)

13

Кухня. Над раковиной вентиляционная труба. Коля стоит на стуле,

говорит в вентиляционную трубу.



Коля. Я счастлив. Она молчит. Уже второй день она со мной не разговаривает. Со мной давно уже никто так не не разговаривал. Стоп. Тут закон двойного отрицания. Не разговаривал. Запутал сам себя. Молчит она. Счастье. Вот моя мама умерла, когда мне было 19. К тому времени я уже четыре года никуда не выходил. Все это время она разговаривала со мной, а я просил ее замолчать и не входить ко мне в комнату. Вообще никогда не входить в комнату. Хотя сначала я просто просил, чтоб она не входила без стука. Потом она умерла. Это было в 98-м. В то время ко мне еще заходили иногда люди, с которыми я когда-то учился. Тогда у меня еще не было меня полностью. Они покупали мне продукты. Но потом они перестали ко мне заходить. Зато я подключил себе интернет. В год основания Google. Продал дачу и подключил интернет. Это был последний раз, когда я был снаружи. Вот это была эйфория. Потом, в 2000 появилась эта соседка, я даже не понял, как вышло, что я стал снабжать ее всем. И почему. В этом и была моя ошибка. Она лишила меня уединения. Она стала второй, глобально влезшей в мою жизнь. За все это время я к ней привык. Можно сказать, что эти 11 лет я был в социуме. Потом она сломала ногу. И я снова остался наедине с собой. И снова мне помешали — Марина. Выходит, все время я обманывал сам себя. Я постоянно находился в человеческой системе. Только два года были. Два года лично моей жизни, не потраченной ни на кого. Все хотят украсть мою жизнь. У меня в жизни было только два года. Если решиться на переезд — мне хватит денег построить себе отдельный дом. Можно в другой стране. Почему она молчит уже второй день? Почему она со мной не разговаривает? Если бы знал, что она действительно будет молчать. Я бы... Я не нуждаюсь в том, чтобы со мной разговаривали. Я самодостаточен и сам проживаю свою жизнь. И не нужно на меня давить чужим мнением. Я сам себе мнение. Я делаю самый мерзкий в мире кофе. Сам делаю. Сам пью. Ясно? (Опустился на пол.) Идиоты.



Темнота.



14



Марина стоит в подъезде с банкой сахара в руках. С завязанными глазами.

Стоит. А ждать нечего.



Марина. Николай. Коля. Вы где? Ты где? Мы где? Мы сейчас в комнате? А эхо, как в пещере. Я же говорю, что у тебя многокилометровая квартира. (Молчание.) На кухне теплее было. Я скажу куда надо, к вам придут и сделают нормальное отопление. Хотите? У вас в батарее затор какой-то. Придут сантехники и все починят. Не испугаетесь? Впустите их? Николай. Вы меня слушаете? Вы на меня смотрите? Ой. Опять я на “Вы”. Если честно, то мне тут как-то не по себе. И даже страшно немного. Как будто я одна во вселенной осталась.
А это, наверно, ваша мечта. Я поняла. У вас есть комната, где пахнет спиртом, а есть комната, где чувствуешь себя вселенной. Так? Наверно, если долго в ней так стоять, то можно почувствовать себя создателем. А то, что я все время разговариваю, не дает мне чувствовать себя создателем в полной мере. Тогда я буду молчать. Молчать и чувствовать. (Пауза.) Да, мне кажется, я уже чувствую себя полноценным создателем. А теперь давайте пить чай, а то он уже наверняка остыл. Коля. Мне страшно. Мне честно страшно. Возьми меня за руку, Коля.
Я боюсь. Мне страшно, когда вокруг тишина. Я не могу так жить. Я не хочу так. Так люди сходят с ума. Когда тишина, ничего нет и ничего не происходит, сознание замыкается на себе. (Одной рукой прижимает банку к себе, другой пытается нащупать что-нибудь вокруг себя.) Я не хочу так больше. Можно я сниму повязку? Почему тишина? С тобой что-то случилось? На счет “три” я открываю глаза. Я предупредила. Один. Два. Три. (Снимает с глаз повязку. Банка с сахаром выпала из рук. Разбилась.) Ты закрылся опять, что ли? Ты трус. Закрылся. Да чтоб ты сдох там. Один сдох. Понял? Чтоб тебя больше никогда никто не полюбил. (Пауза.) Коля…



Темнота.



15



Коля рассматривает карту города.



Коля. Я не привык оправдываться. Особенно перед самим собой. Зачем обещать себе что-то, если ты живешь для себя. Обещая себе, всегда обещаешь другим. Нет других — ты чист перед собой. Я думаю, что все именно так. Хотя я не могу этого проверить. Это мое субъективное мнение. В последние две недели я понял, что такое совесть, — это личная чистота и невиновность, сочетающиеся с подозрениями, что ты не прав. Плохую дефиницию дал. Надо посмотреть в словаре. (Идет к компьютеру, читает.) “Совесть — способность личности самостоятельно формулировать собственные…” Нет, неправильно пишут. Совесть — это где-то сверху, а не внутри. (Меряет линейкой что-то на карте, делает пометки на листке бумаги.) Основной недостаток электронных карт — невозможность проложить сокращенный маршрут через дворы. Разработчики, похоже, и вправду полагают, что все люди ходят по улицам под прямым углом, ничего не сокращая. Итак. По моим подсчетам, до больницы, в которой лежала Галина и в которой ей рассказывали о человеке, который по описанию похож на меня, километр 14 метров через дворы. На пути три светофора. Один из них виден из окна. Зеленый на нем горит 32 секунды. Независимо от времени суток. Про остальные два мне ничего не известно — через спутник они не просматриваются. Это расстояние я должен покрыть за 14 минут, учитывая выход из квартиры. Плюс минуту 30 секунд на другие светофоры и секунд 8 на непредвиденные обстоятельства. А еще там рядом есть парк с аттракционами из детства. Я понимаю, что это безумство. Но я должен показаться Марине. Это была нечестная игра. Да и шарф она свой забыла. И вообще… Я был не прав. Надо признавать свои ошибки. Времени передумать у меня нет. Я все решил. Карту взял. Часы взял. Зонт взял. Запас еды и воды взял. Деньги тоже взял. На всякий случай. Все. Согласно русской традиции, пью чай и выхожу.



16

“В белом плаще с кровавым подбоем, шаркающей кавалерийской походкой…”

Нет. Это про другого человека было. Сейчас просто в подъезд выходит Коля.

Выходит спокойно. Будто он делает это каждый день. Выходит очень профессионально. Делает пару шагов. Затем делает еще пару шагов и начинает спускаться по ступеням. Навстречу ему поднимаются парень и девушка.



Коля (парню, девушке). Здравствуйте. (Пауза.) Здравствуйте.



Парень и девушка проходят мимо молча.



Коля. Вот позор-то. (Спускается до первого этажа. Там темно.)



Коля пытается открыть подъездную дверь, ведущую на улицу. Дверь не открывается. Он дергает туда-сюда эту дверь. Пытается открыть ее силой.

К двери подходит женщина с ребенком.



Женщина с ребенком. Пьяный? С утра залил. За километр разит. Отойди.

Коля. Извините.



Женщина с ребенком нажимает кнопку кода. Дверь открывается.

Женщина с ребенком выходит. Коля тоже успевает выйти до закрытия двери.

Дверь закрывается. Коля дергает за ручку двери — дверь снова не открывается.



Коля. Как квест “Найди выход из комнаты”. Пока я выигрываю.



Осматривается. Грязь. Машины. Трупы людей. А, нет, это просто большие мешки с мусором. Доска объявлений. Объявления. Маленькая красная бумажка, большая зеленая бумажка: “НадоРеснички.рф” — и большим шрифтом: “Надо реснички?”. Коля внимательно и подробно читает все объявления.



Коля. Бред какой-то. Они все ненормальные, что ли? (Снова осматривается.) Все, я пошел. (Уходит.)



17



Коля у себя дома. Пьет чай. На мониторе его компьютера — центральный телеканал. Новости.



Коля. Надо было сохраниться перед выходом. Я проиграл. Шел пять часов. Почему я говорю сам с собой и вслух? Да, действительно, всю жизнь говорю сам с собой и вслух. Ладно, то, что сам с собой, еще нормально, но почему я не могу говорить сам с собой про себя? Меня люди на улице пугались. Хотя мне какое до них дело? Это им ведь есть дело до меня. Хотя людей я там особо и не заметил. Их там просто нет. Сначала мне показалось, что это вообще роботы, а некоторые демо-версии первой прошивки — роботы из картона, но потом они все оказались настоящими. Ну, как настоящими. Они люди, но как роботы. Я не знаю, как это объяснить, это надо видеть. Я вот увидел. Мне хватило. Но мне непонятно, они все такие или где-то есть нормальные, адекватные люди, которые не начинают кричать, не разобравшись, кто ты, зачем ты пришел и что тебе нужно? Думаю, что все беды именно от этого. Они абсолютно не умеют слушать. Другое дело, когда они обречены тебя слушать, а по своей воле никто никого слушать не собирается. Мне нечем помочь этим людям. Всех не переделать. А Марину я так и не нашел. Я не понял эту систему отделений, но я поговорил с заведующей, еще поговорил с завхозом, поговорил с завлитом и с завучем тоже поговорил, а с Мариной я так и не поговорил. Не нашел ее. Наверно, это даже хорошо. А что бы я ей сказал? “Извините, я вел себя плохо. Но вы мне понравились”? Поздно уже что-либо говорить. Опоздал. Думал ли я об этом, когда выходил? Я бы просто стоял, смотрел на нее, потом сказал бы что-нибудь, а она узнала бы меня по голосу. И я убежал бы. Интересно, я бы плакал? Меня абсолютно некому пожалеть. Зато я был в парке аттракционов, с детства он изменился. Там снег искусственный лежит, а настоящего нигде нет. Раньше я не обращал внимания, есть снег на улицах в декабре или нет, — меня это не волновало. Еще я ел мягкие французские булки да пил чай. Главным испытанием дня было нажать кнопку смыва в общественном туалете. С людьми разговаривать намного проще, чем нажать эту кнопку. Хотя с людьми тоже сложно. Я не хочу больше думать о людях. Я еще не подтвердил некоторые свои теории. Не буду делать выводы. Даже если люди везде такие же, как тут, то, пожалуй, лучше жить поближе к розовому перцу. Тем более что в посольстве мне сказали, что никаких проблем с получением гражданства не будет и что все документы легко оформляются за три дня. Новая жизнь. Только я не понял, что за бумажку с нолями он мне протянул, но сказал, что можно договориться. А я что? Я договорюсь — слушать и говорить я умею. Нет, я не дурак, знаю про случаи коррупции на рабочих местах, но он же не говорил ничего про деньги. Он с самого начала сказал, что мне дадут гражданство, так что мне кажется, что это не тот случай, но тогда непонятно, что за бумажку он мне аккуратно показал. А может, он робот и таким образом передает об ошибках в своей системе? Нужно будет сходить еще раз, проверить, если что — сказать его разработчикам или начальству — не знаю, кто там за него отвечает, — что он сломался. Странный день все же. Так быстро прошел. Вроде вышел, ничего не делал, а день уже закончился. Непонятно, куда время убежало. Завтра у меня тяжелый день. Нужно очень многое сделать. Главное, научиться быстро ходить по улицам. Еще нужно подарить свои овощи Галине, они ведь ей нравятся. (Пауза.) Чистить зубы и спать. Слышишь?



Конец