Григорий Тарасов

Свердловский капитан Лебядкин



Искренняя благодарность автора доброжелательно поддержавшим работу над этой статьёй Олегу Дозморову и Андрею Торопову, а так же интернет-порталу  «Журнальный Зал».

   Начиная с конца 1997 года в городе Екатеринбурге, в пространстве Уральского Государственного Университета было неоднократно замечено НЛО, сиречь Новое Литературное Объединение. Управляли нелетающей нетарелкой Олег Дозморов и Юрий Казарин, среди экипажа числились Арсений Ли, Алла Поспелова, Василий Бурнин, Андрей Торопов, Юлия Золоткова, Елена Тиновская и много других хороших людей.
   Шли нормальная литературная учёба с литературной же работой. Звёзды астрологической судьбы светили ровно и ярко, в разное время внутри нетарелки побывали Майя Никулина, Борис Рыжий, Аркадий Застырец, Евгений Касимов, Дмитрий Рябоконь.
   Ничто не предвещало неожиданного, но в 1999 году, с лёгкой руки главного редактора «Урала» Николая Коляды, Олег Дозморов, член редакционного совета журнала, совместно с Борисом Рыжим запускают новый проект, литературный клуб «Лебядкин». Интрига заключается в том, что Коляда не знает, кто такой капитан Игнат Лебядкин, из-за чего у основателя клуба Олега Дозморова и Бориса Рыжего случаются временами плохо контролируемые приступы гомерического хохота. А как же, ведь обладатель знаменитой этой фамилии, интендант Игнат Тимофеевич, личностью был заметной. Поэзией капитана в разное время интересовались Владислав Ходасевич, Бенедикт Сарнов, Евгений Лукин и многие другие весьма известные люди. Установлено было, что темы капитан затрагивает животрепещущие, душа стихов его глубока, но вот форма их убогая и низкая. Впрочем, некоторые уроки для себя в связи с этой формой извлекло общество ОБЭРИУ, подарившее Советской России настоящее авангардное искусство лет на двадцать раньше своих западных коллег по цеху. И практически полностью затем Советской Россией истреблённое, причём именно за это.
   Кстати или некстати, но ещё в 1991 году авангардисты Перми, художники и поэты, организуют клуб со звучным названием ОДЕКАЛ, одной из расшифровок которого является Общество Детей Капитана Лебядкина. Они отмечены в Антологии Уральской Поэзии, которую кропотливо и тщательно собирает Виталий Кальпиди, но никакого прямого отношения к ЛИТО при журнале «Урал» не имеют.
   На открытии клуба (широко разрекламированного в прессе) присутствовало человек сто различной степени одарённости. Затем, конечно, основной состав ужался до 30-40 человек, но всё равно на каждом занятии в прихожей редакции журнала «Урал», где участники сидели плечом к плечу на скамеечках, бывало тесно. И было отчего сидеть в тесноте, да не обиде, ибо Георгий Цеплаков  читал замечательную лекцию про верлибры, Юрий Казарин выступал как поэт, состоялись в клубе творческие вечера Владислава Крапивина, Андрея Комлева, Бориса Рыжего, Дмитрия Рябоконя, Ольги Славниковой, Александра Верникова, Андрея Матвеева и других. До сих пор среди старожилов ходит легенда, как Роман Тягунов, будучи приглашён почитать неофитам от поэзии, поднялся на четвёртый этаж, немного постоял у входа в зал и тихо сошёл прямо в вечерний город…
   Первая совместная публикация участников клуба состоялась в юбилейном выпуске газеты «Уральский Рабочий», 12 января 2000 года. В последний год 20-го века попали прозаическая миниатюра Сергея Путина, замечательные стихи про тигрёнка Арсения Никифорова, стихотворения Андрея Торопова, будущего прозаика Марии Голиковой, Стаса Бирюкова. Нельзя не упомянуть и о том, что участником «Лебядкина» был великолепный поэт, переводчик, человек интересной и трагической судьбы Максим Анкудинов.
   Вопреки специфической ауре, которая последние полтора столетия окружала одиозную фигуру бравого капитана, большая часть молодых литераторов «Лебядкина» писала (и пишет) в традиционной манере.          
   Первый год работы клуба по воспоминаниям участников был зажигательный и яркий, пресса постоянно интересовалась его работой. Конечно же, рядом с первым руководителем клуба Олегом Дозморовым находился Борис Рыжий, который вскоре по приглашению Николая Коляды стал сотрудником журнала «Урал».
    Так получилось, что generation gap не обошёл и «капитана Л», участники коего в основном были студенты и пенсионеры. Впрочем, к среднему возрасту человек либо не проявляет большого интереса к литературной работе, либо уже занимается ею профессионально.            
   Постепенно отсеивались те, кто пришёл в надежде на быструю публикацию, не подкреплённую умением и талантом, те, кто решил, что писать больше не будет. Занятия, проходившие первоначально раз в неделю, стали проводиться в два раза реже.
   «Лебядкин 2000» никогда не ставил перед собой цели на непременное продвижение, многочисленные публикации участников, упор был сделан на кропотливую и вдумчивую работу с текстом, на формирование качественной текстовой среды для творческой личности. И эта задача успешно решалась. В сущности, клуб превратился в маленький литературный университет.
   Конечно, те счастливчики, которым удалось прорваться в большую литературу, уже без прежнего рвения ходили на занятия. Если вообще ходили.
   Менее чем через год власть поменялась, на место Олега Дозморова пришёл Юрий Казарин. Шумиха в СМИ постепенно стала сходить на нет, и началась спокойная литературная работа, которая и была отмечена публикацией в девятом номере журнала «Урал» за 2001 год.
Лучше Юрия Казарина про неё не скажет никто: «Девятый номер вновь собрал вместе (кстати, в каникулярный период) самых преданных журналу и клубу стихотворцев: Юрия Авреха, который готовит к изданию свою первую книгу, человека талантливого и очень деликатного; загадочную Светлану Вяткину, умницу и молчальницу; ироничного и тонко чувствующего устройство языка Андрея Еделькина; добрую и мудрую Елену Букей; автора книги стихов и, тем не менее, необыкновенно эмоциональную Надежду Смирнову; всезнающего и почти гениального Михаила Выходца; тихого и самоуглубленного Андрея Торопова; философствующего и постоянно напряженного какой-то потайною мыслью Михаила Парсаева; веселого и неожиданно (даже для себя самого) талантливого Сергея Пузанова; неистощимую на выдумки, вечно лидерствующую Полину Рублеву, обаятельную скромницу Анастасию Белову и уже известную постоянным читателям журнала “Урал” Юлию Золоткову.»  
   Клуб продолжил работу, и около 2003 года власть опять поменялась. У пульта управления встал на страже высокого искусства Андрей Ильенков, который сразу определил, чем не будет заниматься клуб, правда, клуб по возможности всё равно этим занимался. Кандидат филологии, отличный поэт и прозаик, Андрей добавил мероприятию наукообразия. В феврале 2003 года выходит подборка членов клуба в журнале «Урал», в которой присутствуют Дмитрий Бешкильцев, Светлана Вяткина, Аркадий Кленов, Хельга Петрова, Анна Поршнева, Полина Рублева, Андрей Торопов.
   Вот тут, наконец, лично капитан Лебядкин чувствительно напоминает о себе длинным стихотворением про страшного электроглиста, которое вышло из-под шаловливого пера Аркадия Клёнова. И идут годы работы, участники клуба теперь уже самостоятельно публикуются в журналах и сборниках, заканчивают институты, университеты и академии, защищают диссертации, становятся рок-музыкантами…
   В 2004 году «капитан Лебядкин» скромно, но значительно отмечает своё пятилетие. Серьёзная дата для объединения такого рода.
   Место у руля занимает Юрий Аврех, и в 2005 году, в марте в журнале «Урал» выходит очередная подборка участников клуба. Это Андрей Торопов, Евгения Лазукина, Евгений Русяев, Александр Лукьянов, Алексей Федотов и Юлия Золоткова.
   Клуб продолжает работу до 2006 года, до того времени, когда на сцене появляется Андрей Санников, и «Лебядкин» меняется…
   Ну, например в фамилии Лебядкин появляется как бы буква ять, (на самом деле твёрдый знак). Но это уже совсем другая история.
   Участники клуба…
   Юрий Аврех, Юлия Золоткова, Андрей Торопов, Надежда Смирнова, Елена Шукаева, Римма Кирпикова и другие  издают свои книги, становятся членами союза писателей, не один раз публикуются в различных литературных толстяках.  И даже, страшно подумать, дружат, любят, а потом берут да и создают семью (Андрей Торопов и Полина Рублёва), причём и в браке продолжают писать отличные стихи (пример тому – совместная публикация Андрея и Полины в журнале «Дети РА» за ноябрь 2012 года).  
   Те же, кто определял ценность поэтического текста по скорости и качеству сгорания бумаги, на которой этот текст был написан, или писали в день по общей тетрадке всяких разных слов, довольно занятно составленных вместе, но лишённых большей частью ценности и смысла, вероятно, тоже к этому времени заняты различными полезными делами.
   Таким образом, всё это было далеко не зря.

КАПИТАН ЛЕБЯДКИН. ЧАСТЬ ВТОРАЯ


   Итак, в 2007 уже году в обычном таком (вроде бы) городе на реке Исети капитан наш Игнат Тимофеич свет Лебядкин взял, да и зажил заново широко и вольготно. Ибо пришёл в клуб Андрей Санников и сказал – да будет так. И стало…
   Можно много говорить о разном, но не получится уже забыть (тексты в Журнальном Зале тому подтверждение), что наконец-то были грамотно и чётко согласованы бунтарский, авангардный, на грани фола, дух персонажа Фёдора Михайловича Достоевского и буква (кодекс) этого конкретного уральского литературного объединения. Логотип, изначально задуманный большей частью ради забавы и дружеской подначки, взял да и превратился в настоящий, стоящий бренд.
   Андрей Санников смог собрать разновозрастную, разноголосую команду, которая довольно споро училась и работала под его уверенным руководством полных четыре года. Координатором проекта являлся Сергей Ивкин, и надо сказать, что координация находилась на высоте. Никто не ушёл обиженным.
   Клуб позиционировался как отдельный разведывательно-диверсионный отряд Уральской Поэтической Школы (УПШ), споры о наличии, существовании и величии которой не утихают и по сей день. Категорически не получится поспорить лишь с тем, что авангардная поэзия Урала имеет свой собственный, ни на что не похожий формат, вид, вкус и цвет. Тяжелы горы каменные уральские, старые они, трудна здесь жизнь, тёмно серая шкура мегаполисов, серый дым заводов и фабрик, серый дым крепких сигарет, часто случающееся серое небо над головами граждан, обращающих на него своё внимание, поразительным образом рождают страстную нетерпимость ко всей и всякого рода серости, доводя иной раз и до нежелательных вспышек, и до ненужных резкостей. И, к сожалению, до непоправимых ошибок, до вопиющей необъективности.
   Литературный почерк клуба теперь берёт своё начало в творчестве Виталия Кальпиди, Евгения Туренко, Андрея Санникова, Виктора Сосноры, Бориса Рыжего. Если спуститься вниз по временной спирали, то отыщутся многие, многие, многие, от общества «проклятых поэтов» Франции 19 века до Велимира Хлебникова, Николая Заболоцкого, Александра Введенского, Константина Вагинова, Марины Цветаевой.    
   А душой и знаменем ЛИТО становится удивительно добрый, гениально
простой и кристально чистый поэт Алексей Решетов.
   Как работает клуб? Очень просто.
   Лекция. История поэзии, теория поэзии, с перекрёстными ссылками на давно почивших и ныне живущих, искромётная и парадоксальная, совершенно не академическая, безусловно - субьективная, но после как прослушал - не можешь уже, не можешь остаться ровным и равнодушным, и лезешь разбираться сам, набивать свои собственные синяки да шишки, а ведь это и есть то, что называется, суть образования.
   Практика. О, да. Стихотворение по заданным банальнейшим рифмам, вдруг преображённое хулиганистым и занятным содержанием в нечто стоящее внимания. Звуковая оболочка на примере, скажем, вот взять, да и наполнить содержимое обычного офиса поэтичной музыкальностью.  Работа над образностью… От всех этих серебряных сербов, нервных норвежцев, маргинальных германок, мехового молока, стеклянных леденцов, пернатой соли и, самое главное, от баклажанов – бутылок темноты до сих пор случается нездоровый ажиотаж в головном мозге. Не поверите – они иногда снятся…  Понятие литературного менеджмента, понимание того, как устроена и как собирается потихоньку пусть и маленькая, зато настоящая книжка стихов.
   Работа с текстами. Ну, примерно так: гордо суёшь мэтру свои опусы, мэтр потихоньку становится красный, затем постепенно локальная гиперемия с его лица перемещается на область твоего трепещущего тельца, что сразу пониже спинки, сзади. Вариант номер два: гордо суёшь мэтру свои опусы, мэтр потихоньку становится красный, затем постепенно среди приближающихся к тебе звёзд с матушки земли доносится затихающий голос мэтра: это гениально!!! (звёздная болезнь в комплекте). А если серьёзно, то самый никчёмный его ученик спустя два года работы в студии Андрея Санникова заслужил буквально следующую фразу с кафедры филологии УрФУ, сказанную, вообще-то, профессором, знатоком русской литературы 20-го века: ну, рука у вас набита… В общем, добавить больше нечего.
   Старый капитан Лебядкин, несмотря на первоначальный информационный ажиотаж, никогда не ставил своей целью продвижение авторов. С приходом Андрея Санникова политика клуба изменилась с точностью до наоборот.    
   Лебядкинская ершистая компания быстро и уверенно взяла несколько серьёзных призов на поэтических фестивалях регионального масштаба  (например, челябинский литературный фестиваль «Глубина», пермский «Камский Анлим»), отметилась и в Первопрестольной (журналы «Знамя», «Дети Ра»), и в России-матушке (красноярский «День и ночь», и конечно же, «Урал» Екатеринбурга, который на протяжении четырёх лет терпеливо и тщательно размещал на своих страницах произведения сих молодых авторов, за что огромное спасибо ему, журналу, и редактору главному его Николаю Коляде лично). Даже Германия «Крещатик» и Америка «Белый Ворон» услышали гулкий, исполненный различных обертонов и прочего голос Игната Тимофеича.  Интернет-портал «Мегалит» кыштымского замечательного поэта и культуртрегера Александра Петрушкина много виртуальных страниц отдал текстам и книгам «капитана Лебядкина» как нового, так, кстати, и старого образца. Что было, то было, да.
   И всё же чудес, как водится, не произошло – умные поумнели, глупые поглупели, а основная часть нисколько не изменилась. Впрочем, эта тенденция, по слухам, сохраняется со времён первой узловатой палки, зажатой мощной волосатой лапой, и первого семечка, закопанного в землю затем, чтоб посмотреть – а вдруг что вырастет…
   Автор специально не называет никаких имён, так как за именами обычно следуют оценки, а сравнительная характеристика – это совсем, совсем не то, что хочется сделать здесь. Хочется дать слепок, общую картинку того, как очень разные люди довольно большое количество времени провели вместе не самым худшим образом из всех возможных. К тому же, чтобы познакомиться с работами «капитана Лебядкина» образца Андрея Санникова, достаточно зайти в Журнальный Зал или на портал «Мегалит». И не только.
   А гости?… Да, были Гости в это время… Владислав Дрожащих, Евгения Изварина, Константин Уваров, Янис Грантс, Дмитрий Машарыгин, Александр Петрушкин, Николай Мережников, Андрей Ильенков, Аркадий Застырец, Вадим Осипов и ещё, и ещё, и книги, книги, книги… Простой благодарности не хватит им всем, за то, что нашли время поддержать, ободрить и направить этот, безусловно, интереснейший стихотворческий проект. И всё же – огромное вам спасибо, настоящие, большие литературные люди.
   Надо отметить, что параллельно с капитаном Лебядкиным в Екатеринбурге работали как минимум три серьёзных поэтических студии, возглавляемые Юрием Казариным и Евгением Касимовым (Дом Писателя), Николаем Мережниковым (ДК ВИЗа), и Юрием Конецким (ДК Уралмаш). Так что о литературном вакууме и отсутствии выбора преподавателя и стиля преподавания говорить не приходится.
   И что же? Главная задача «капитана Лебядкина», по словам Андрея Санникова, заключалась в том, чтобы поэт-дилетант, пришедший на занятия, сознательно и много работающий над своими текстами, превратился в поэта-профессионала. И большей частью именно так и произошло, а посему выходит, что задачу свою Игнат Тимофеич выполнил, воспитав и направив на поля литературной брани некоторое количество вполне подготовленных бойцов. С чем и остаётся его (и Андрея Юрьевича Санникова) от всей души поздравить. Mission accomplished, level up. Next level strongly required.
   Будет ли капитан Лебядкин номер три? Случится ли это? Время покажет.