АНТОЛОГИЯ РУССКОЙ ОЗЁРНОЙ ПОЭТИЧЕСКОЙ ШКОЛЫ СКАЧАТЬ

Галина Пичура

Жизнь и смерть Гришки Шульмана

Есть люди, которым роль покойника категорически не подходит. Настолько они живые, неугомонные, ушлые, предприимчивые, любвеобильные и упертые, что, вопреки законам природы, кажется, будто их-то она точно пощадит, а если вдругнет, то они с ней как-то иначе договорятся.


Таким был Гриша Шульман. Он прошёл всю Отечественную войну и вернулся живым и невредимым без единой царапины, да ещё и с наградами. 


В мирной жизни ему тоже везло. Приобрёл профессию зубного техника, добился нужного уровня сноровки, связей, положения, – словом, неплохо зарабатывал, легально и не очень. Но всерьёз в переделки с законом и властью не попадал, а по мелочи всегда выкручивался и продолжал своё дело. Знал, с кем, когда и как поделиться, кому вовремя улыбнуться, а кому улыбаться категорически не стоит.


Соответственно, в итоге, он ни в чём себе не отказывал, имел ши-карно обставленную квартиру, машину, и всё то, что в Совдепии 60-х – 80-х было доступно лишь торгашам или номенклатуре.


Помимо автомобиля, красивых шмоток и изысканной мебели, у Гришки раньше всехв его окружении появился, к примеру, японский телевизор и видик, а также порнушные плёнки, которыми он угощал друзей и приятных ему дам.  Питался он отлично, и деликатесы типа красной и чёрной икры, сёмги, парной печёнки и прочего давно уже стали для него будничными блюдами.  Но всё это, конечно, не сразу появилось. Поначалу Гришка учился и вкалывал, зарабатывая своё комфортное существование.


А супруга его, Эльза (между прочим, врач-окулист и очень краси-вая женщина), терпеливо    разделяла с ним жизненные невзгоды пер-вых лет становления их семьи.  Были ли это реальные трудности или их имитация, сказать сложно, потому что Гришка всегда умел преподнести жене свой заработок в сильно уменьшенном размере.  Откуда-то должен был черпать он щедрые подарки для покорения красивых дам и бурного досуга вне дома!


Не знала доверчивая наивная жена, когда выбирала дешёвые подпорченные фрукты в овощном магазинчике, что её муж на местном рынке покупает килограммами отборную клубнику и малину для своей любовницы.


Есть люди, которые удивительно щедры для всех вокруг, кроме своей семьи.Гришка был из них. Денег и желания помогать окружающимему хватало абсолютно на всех, но собственная супруга почему-то не входила в поле его энтузиазма, хотя, если припомнить историю их романа и Гришкиных долгих ухаживаний, то вполне можно было удивиться такому положению вещей.


Жену он призывал экономить и копить за чёрный день, а сам ни в чём себе не отказывал и щедро угощал красивых женщин и просто нужных гостей дорогими винами, коньяком, шампанским и лучшей закуской, приготовленной из свежайших продуктов «из-под прилавка»: проблемы сзубами случались и у директоров магазинов, поэтому дру-жить с отличным зубным техником было выгодно многим.


 Глядя на беременную жену Гришки, отказывающую себе и будущему ребёнку в лишнем яблочке, одна из её ближайших подруг не выдержала и рассказала ей про Гришкины похождения, побуждая Эльзу бросить мужа-ловеласа, растратчика семейного бюджета и лгуна. Одна-ко та разразилась гневным монологом:


 – Да ты нарочно всё это говоришь!  Придумываешь глупости про моего мужа. Он безумно любит меня. И нет у него никого на стороне. А вы все, подруженьки, лопаетесь от зависти.   Думаешь, я не замечаю, как на него женщины смотрят, глотая слюнки! Пусть он и не красавец, но бабам очень нравится. Так что не стоит так откровенно мне завидовать!


Результатом этой беседы стал разрыв многолетней дружбы. Но впоследствии Эльза была вынуждена расстаться и с остальными подругами, упорно намекавшими на Гришкину неверность.


В нашем маленьком курортном городке Гришка Шульман был известен всем: одни знали его как специалиста по зубным протезам, другие – как умелого любовника, третьи – как гостеприимного и щедрого хозяина дома, где всегда вкусно накормят, напоят и покажут запрещённую в определённые годы порнуху, а, если нужно, то и денег одолжат.


Григорий был приятен в компании и очень заботлив как отец, хотя с мамой своего сына он всё-таки развёлся.


Он изменял жене давно и много. Эльза Львовна, красавица и умница, отказывалась верить во все россказни про мужнины измены и многие годы, как уже описано выше, решала вопросы неверности мужа методом разрыва с подругами, призывавшими её бросить Гришку.  Утрата подруг как-то компенсировалась приобретением новых, но и они однажды попадали в классический сюжет. Наверное, на весах женского счастья сохранение одного неверного мужа намного важнее изгнаниядвадцати верных подруг, принёсших весть об измене любимого.


Но однажды терпение Эльзы лопнуло! Как именно это случилось, неизвестно, но, говорят, факты заставили её поверить, наконец, в очевидное, и дверь в самообман плотно и навсегда закрылась.  Интересно, что, разорвав союз с Гришкой, она тут же воскресила отношения со всеми брошенными ею когда-то подружками, принеся каждой из них извинения за собственную слепоту и наивность. После этого она несколько раз пыталась устроить свою личную жизнь, но как-то неуклюже, нервно, импульсивно, и, в общем, – неудачно.


Но общий сын, Лёнька, дарил радость и маме, и папе. Он рос смышлёным, трудолюбивым и довольно дипломатичным. Поняв ещё подростком, что родителей не помирить, он смог, не вызывая их ревности, дружить с обоими.


Сам же Гришка недолго горевал после развода. Да и вообще, любить и боготворить женщину больше двух-трех месяцев было не в его силах. В роли обольстителя он чувствовал себя комфортно очень короткое время, с какой бы красавицей ни имел дела: он держался в тонусе, пока завоёвывал и пока мечтал о даме, ну, и какое-то незначительное время после этого. Потом ему всегда становилось скучно, тем более что романы, как под копирку, обретали предсказуемость: дамы плакали и требовали обожания, клятв в неотразимости и вечной любви со стороны Гришки. В него неизбежно влюблялись, а этот факт сразу отрезвлял и исключал возможность его дальнейшего интереса к женщине.


Он был типичным комплексантом, но эту тайну скрывал тщательней, чем все свои материальные ценности. Понимая, что сам ничего особенного собой не представляет ни внешне, ни внутренне, он подсознательно жаждал, когда количество покорённых им красавиц однажды перейдёт в качество его достаточной уверенности в себе. Но этот момент почему-то никак не наступал. То ли Гриша был ненасытен как мужчина, то ли так не уверен в себе внутренне, но потребность в самоутверждении никогда не утихала в нём до конца. 


Этот Казанова каждый раз доказывал себе самому и окружающим, что его низкорослость и щуплая невзрачная фигура вовсе не станут помехой для соблазнения лучших женщин родного курортного городавблизи от Ленинграда, где Гриша чувствовал себя удивительно комфортно. Красавицы, которые оказывались порой не по зубам большинству самых престижных ухажеров, массово западали на него!


Какой-то там Гришка, как говорили о нём недруги, мог их увлечь! От этого бесились и отверженные красавицами женихи, и обманутые ими мужья, ибо наш герой не гнушался замужними, коль они хороши собой.  И, конечно же, в городе было немало женщин, затаивших обиду на этого соблазнителя: они бы, конечно, ему отказали, но он даже не попытался...


Гриша был неглуп и умел трезво смотреть на жизнь. Он физически ощущал временность и бренность существования всего живого, и, возможно, именно это обостренное восприятие жадно толкало его к источнику наслаждений...


Он не умел льстить самому себе и, зная свою реальную человеческую цену, не обольщался по поводу этой цены. Однако он уважал себя за умение представить «товар» наилучшим образом и задурить головы хорошеньким дурочкам.


Умных женщин он не то чтобы опасался, но не любил. Они казались ему неженственными.  Кроме того, ум, по его мнению, быстро старит женщин. У них отсутствует очаровательная беспечность взгляда и облика. А если они ещё и высоконравственныепри всём при этом, то это уже – почти катастрофа! 


Порочность многообещающей улыбки прелестной дурочки променять на интеллектуальную болтовню дамы с выражением высокой нравственности в глазах, по мнению Гриши, мог только извращенец.


По крайней мере, лично его умницы не возбуждали. Общение с ними – не отдых, а работа, ведь нужно анализировать каждое собственное слово и каждый жест.  Мужчина и женщина, играющие прелюдию к предрешенному поединку, мечтающие друг о друге и оттягивающие миг блаженства, –  это всё составляло спектакль Гришкиного уровня и мастерства.


А какая-то капризная и язвительная умница могла бы разрушить безупречный сценарий и режиссуру подобного спектакля. И, понимая это, Гриша интуитивно избегал тех дам, которые таили в себе угрозу его незыблемой роли покорителя.


Он впечатлял и обманывал женщин своего вкуса короткой привлекательной ролью, исполняя её блестяще.


Однако периодическиевспышки женской любви невероятно утомляли его и пугали необходимостью долгосрочных обязательств. Он не знал, что делать с чужими чувствами после завоевания женской плоти, поскольку его собственные чувства исчерпывались довольно быстро.


В душе он считал себя посредственной личностью. И, пожалуй, зауважал бы ту даму, которая бы догадалась о его посредственности. Но, в то же время, отвергая умниц, он берёг себя от подобных разоблачений, хоть подсознательно и мечтал о них, подобно трусливому мазохисту, в самый последний момент сбегающему от возможности испытать сладкую боль.


 –  Можно ли уважать глупца, –  думал он о покорённых им дурочках, –  который не видит твоей заурядности и готов отдать тебе свою судьбу и сердце?


Он, Гришка, бабник и балагур, прожигатель жизни! Кто может ожидать от него подвига и роли верного супруга? Только идиот!  Какой из него муж, друг, товарищ? Ну, сделать красивый жест – это он может. Но чтоб не слишком долго на него смотрели одни и те же зрители. Его единственная роль, его обольстительные речи и сексуальный репертуар, –  всё это рассчитано на проходящую мимо аудиторию. Публика должна меняться и восхищаться им, а значит, репертуар можно сохранять один и тот же.  Новый репертуар всех аспектов обольщения требовал бы усилий. А Гришка был ленив.  Друзей-мужчин у него практически не было. А зачем ему? Для этого нужно было бы напрягаться и включать новые рычаги обаяния. А вот женщины – это да, это – его конёк!


Но когда очередная красавица обрушивала на него готовность расстаться с мужем и грозилась любить Гришу всю оставшуюся жизнь, ему хотелось громко зевнуть и молча выйти покурить, никогда не возвращаясь: только полная дура могла полюбить его!   И хоть сам себя Гришка ценил мало, но гордился двумя своими главными талантами: вводить в заблуждение окружающих по поводу масштабов своей личности и оценивать себя адекватно.


Собственно, не слишком уважающий себя человек всегда презирает тех, кто его любит и стремится к нему. Гришка злился на природу и генетику из-за своего маленького роста, кривых ног, тщедушной комплекции... Но главное, –  из-за абсолютнойатрофии способности любить одну и ту же женщину. Он мог любить до той черты, пока ему не доставалась взаимность. После этого даже секс переставал радовать его, и он искал следующую жертву.


Его Эльза была настолько порядочна и предана ему, что его просто тошнило от её добродетельной натуры. Как могла она не понимать, что он её не стоит?! А раз она этого не понимала, значит, в чем-то он её умней и круче. А коли так, какого чёрта она ему нужна?


Он ощущал злость от мысли, что по статусу мужа был обязан любить свою Эльзу. А кто может приказать человеку любить! Из всех романов уйти довольно просто. По крайней мере, намного легче, чем избавиться от отношений с любящей женой, которая опостылела.  Может быть, именно поэтому Гришка был в душе рад, когда Эльза засту-кала его с очередной любовницей. Он испытал облегчение, смешанное с презрительной жалостью к жертве своего обмана.


Но когда жена начала бракоразводный процесс с делёжкой нажитого, он обозлился на неё всерьёз! Нет, не от жадности, а из-за утомительных инеприятных разговоров, упрёков, и, конечно, неизбежной огласки: такой развод не утаишь в курортном городке от любопытных соседей и сотрудников, как и пациентов его кабинета.


 


 


Временами он даже испытывал ненависть к своей бывшей, умудрившейся лишить его душевного покоя на долгий период размена квартиры и прочих мер перехода к роли свободного мужчины. Но свобода того стоила.


Эльза, к удивлению Гриши, боролась за каждый предмет мебели и каждую доступную ей сберкнижку, как разъярённая тигрица. Видимо, это была еёматериальная месть за моральный ущерб и женскиеуниже-ния.  Но он сумел припрятать от своей супруги накануне развода так много всего существенного, что еёмелкие имущественные победы при делёжке нажитого вызывали у него тоску и сострадание к ней.


Единственное, о ком он так и не смог договориться со своей Эльзой, так это маленькая гладкошёрстная собачка Липочкапороды Русский Той, как сказали на рынке, если не обманули.  Пса приобретали для сына, когда тот учился в первом классе. Однако Лёнька через неделю охладел к собаке и увлёкся футболом, а крикливая Липа осталась на попечении Гришки и Эльзы. И вот сейчас поделить её между собой бывшие супруги попросту не смогли.  Дошло даже до того, что Липочку дважды выкрадывали у Гриши Эльзины друзья, а потом Гриша со своей группой поддержки находил способы ответить тем же. Всё это порядком надоело обеим сторонам, и однажды Григорий предложил опекунство над Липой разделить. Три раза в неделю на своей машине он исправно отвозил ухоженную Липу в квартиру своей бывшей с неизменной фразой:   


–   Вот, Липочка, теперь пообщайся немного со своей мамулей!


И, хотя сохранить дружеские отношения с Эльзой Гришке не удалось, да он не очень-то и старался, ему стало проще жить без необходимости придумывать себе алиби для очередного отсутствия дома в неурочное время. Он понял, что семья   –   это вообще не его жанр, и пустился в радостный галоп жизни. Ничто теперь не мешало ему жить по собственному вкусу.


Пресловутый стакан воды казался далёким испытанием: старость ещё не брезжила. К тому же у него рос сын, родная душа.


И хотя анекдота о том, что при смерти не всем хочется пить, в те годы ещё не было, Гришка ни за что не променял бы комфортный миг ухода и заботливую руку подающего стакан воды на стремительную волну жизненных бездумных удовольствий.


Разумеется, он изменял всем своим дамам, считая это необходимым и нормальным проявлением здорового мужского организма.  Но, в отличие от бывшей супруги, никто не смел требовать от него отчёта.


В нашем маленьком городке о каждом жителе многое было известно. И материальная обеспеченность Григория несколько раз привлекала к нему воров. Дверь в квартиру и взламывали, и открывали по-тихому «специалисты», вынося ювелирные ценности, а также деньги, которые Гришка неизменно хранил между страниц классических произведений своей необъятной библиотеки. Он, надо сказать к его чести, любил читать, и книги держал не для интерьера и престижа, а как подлинный книголюб – для чтения!


Воров не находили, а, может, и не искали. Но Гришка понял, что покоя ему не дадут и грабить продолжат. Поэтому всю «ювелирку» и деньгион давно уже из квартиры убрал раз и навсегда, о чём поспешил распустить слухи на весь район. Ходили разные сплетни о новом месте нахождения его богатства, но толком никто ничего не знал.


Субтильный, неинтересный внешне, маленького росточка мужчина, далёкий от всех существующих представлений об образе героя-любовника, Гришка стал настоящим героем этого завидного и многим недоступного жанра в реальной жизни. 


«Маленькое дерево в сук растёт», – завистливо судачили невостребованные Гришкой женщины, пытаясь объяснить причины его популярности. А о его невиданной щедрости и вовсе слагали легенды:


–  Каждой женщине, которая с ним спит, он что-то дарит... Ну, кольцо золотое, как минимум, каждая точно получает в подарок, а то и не одно!


Однажды местные еврейские мужчины прозвали Гришку словом «шмендрик», желая посмеяться над его щуплостью и не слишком эффектным внешним видом. На самом деле, вряд ли они знали, что именно означает это слово, но его звучание ассоциировалось у них с понятием «неброский, некрасивый, низкорослый».


Однако сам Гришка не поленился залезть в справочники и словари, утверждавшие, что этим словом евреи выражают насмешку мужчинам, которые слабоваты в сексе. И тогда Казанова мстительно усмехнулсяи пошёл вразнос по жёнам изобретателей прозвища. Уж женщины никогда бы его так не прозвали, это точно. В постели равных ему найти было практически невозможно. Он точно это знал по реакции женщин и их откровенным признаниям, но слово «шмендрик» всё равно при-липло внему и, не нуждаясь в переводе и объяснении, сопровождало всю его жизнь.


Грише Шульману, сумевшему ошельмовать лучших представительниц женского пола в масштабах целого курортного городка, никак не шёл образ жертвы, а уж тем более покойника. 


Используя свои связи и деньги, Гришка часто помогал организовывать достойные похороны умершим соседям, сотрудникам и членам их семей. Он никому не отказывал в помощи и участии.  И все привыкли к тому, что Гриша – вечно живой устроитель чужих торжеств, печальных и радостных сборищ, тамада на свадьбах, оратор на похоронах...


Поэтому несколько пришедших на его собственные похороны знакомых уже готовы были произнести жуткие слова, обращённые к тем, кто стоял у гроба:


 –  А Гришка-то где? Опять опаздывает?


Его преждевременный уход невозможно было осознать.


 


Конечно, сам он уж точно не расскажет о подробностях, но со слов представителей правоохранительных органов, сына убитого, а также из рассказов и сплетен опрошенных милицией соседей трагическая и нелепая смерть Казановы произошла опять-таки, хоть и косвенно, но из-за женщины, открывшей ту самую злополучную дверь.


Если рассказывать по порядку, то после развода Гришка часто менял любовниц. Однажды, правда, он на ком-то задержался более длительное,чем обычно, время и даже позволил очаровавшей его прелестнице привезти свои вещи в его квартиру. Более того, он накупил ей несметное количество дорогих подарков: шуб, дублёнок, ювелирных украшений. Однако очень скоро пришлось пожалеть обэтом: дама стала приручать Гришку по своему пониманию, готовясь к роли хозяйки и властной жены. Гриша понял, что пора освобождаться, но не тут-то было. Красавица, хоть и молодая, оказалась ушлой стервой и стала качать права, как только поняла, что расставание с Григорием  не за горами.  Дошло до того, что она решилась на угрозы: мол, натравит милицию на любимого по поводу золотишка, которое порой попадает к нему из не совсем законных источников.    


Обрывки деловых телефонных разговоров мужчин при умелой обработке стервами-любовницами попортили жизнь не одному ловеласу планеты, что Грише хорошо было известно и чего он всегда опасался. Однако попал в ту же ловушку.


«Чёрт её знает, на что она способна, если её бросить! Нужно действовать на опережение – и её же методами» ...


Неблагодарность этой свиньи, как он стал её называть после угрозы, задела его самолюбие. Она унесёт купленные им драгоценности, да ещё и заявит на него в милицию?! Ну уж нет!


Гриша не спал пару ночей, изобретая выход, и, кажется, нашёл его.


Когда дома никого не было, он вернулся с работы неожиданно рано и вызвал милицию по причине кражи в своей квартире. Опись украден-ных вещей оказалось внушительной. Но особенно впечатлял тот факт, что воры унесли преимущественно женские вещи, ну, процентов на 90. Какие выводы по этому поводу сделала наша милиция, неизвестно. Но воров, конечно, не нашли. Гришка выразил ехидное соболезнование своей сожительнице по поводу утраты всех подаренных им вещей и попросил убраться из своей квартиры подобру-поздорову, иначе он направит след милиции на поиск пропавших вещей к ней в квартиру или на её дачу. А если и это не приведёт к результату, то придумает, как насолить ей куда значительней, так как зря времени не терял и насобирал на неё массу компромата. Он блефовал, но очень достоверно. И дама испугалась. Возможно, имела причины для испуга, так как работала в торговле.


Соседи долго обсуждали эту кражу. Одни утверждали, что мадам сама отвезла свои вещи к себе или к своим друзьям, предвидя скорый разрыв.Другие были уверены, что Гришка имитировал кражу, чтобы наказать стерву за неблагодарность и попытку шантажа. Никто толком правду так и не узнал.Но Гриша больше никого к себе жить не приглашал очень долгое время.


Однако с годами, как известно, память стирает многое, особенно плохое, в нашем прошлом. И хочется снова вступить в те наилучшие ощущения радости и романтической надежды на будущее, испытанные когда-то давно, забыв о самых неприятных последствиях того периода жизни.


Наступил момент, когда однажды утром, бреясь перед зеркалом, Гриша вдруг понял, что постарел. Это открытие больно поразило его в самое сердце: не столько возраст, не дата в паспорте, а именно отраже-ние в зеркале.


На Гришку смотрел не задорный циник и гигант постельных баталий, а жалкий полуимпотент с уставшей и отёкшей от частых посиделок и серьёзных выпивок физиономией. В последнее время секс стал его утомлять, да и сам он, видимо, перестал быть для секса интересным.Он почувствовал это по реакции женщин: он не привык к разочарованным взглядам и вздохам. Это было очень больно испытать впервые.


Попытки отдохнуть на курорте и хорошо выспаться принципиальных изменений к лучшему не принесли. Знакомый специалист по травам, с которым Гришка рискнул поделиться проблемой, долго отпаивал его какими-то проверенными бесценными отварами, но чуда не случилось. Уролог патологий не нашёл. Виагру ещё не изобрели. Да и сердце Григория, как оказалось, не было столь крепким, чтобы пробовать виагру, даже если бы она была доступна.


И тут наш герой догадался, что дело не в нём, а, конечно же, в женщинах. Давно пора было понять, что ровесницы хороши, когда тебе самому двадцать пять. Но если мужчине уже сорок с лишним, нужно выбирать дамочек помоложе, что он и делал. Но как же решать проблемы секса мужчинам, которым подшестьдесят?


Гришкиным последним любовницам было лет по сорок пять. Что ж, видимо, и они староваты, чтобы вызвать в нём нужный сексуальный энтузиазм.


«Что же делать? Как привлечь «внучек», да ещё и красивых, – к деду», –с горькой самоиронией думал Гришка, совсем теряя самообладание. Он верил в магию юности. Но не знал, как к ней приобщиться.Юность (увы, теперь уже чужая) сделает своё дело, и он опять сможет всё! Только нужно поверить в это!


Гришка стал ходить на молодёжные танцы под видом работника дома культуры, случайно зашедшего на огонёк имузыку, но готового угостить в баре и подвезти до дома, если что...  Пару раз находились желающие. Посиделки заканчивались в постели, но роль домкрата не удалась ни одной юной деве.


И тогда Гришка понял, что проиграл свою жизнь.Сын давно женился и уделял отцу не так много времени и внимания, что именно сейчас вдруг остро понадобилось нашему обольстителю.Бывшая супруга давно выпала из числа добрых знакомых, так как на всю жизнь затаила на него обиду и злость. Те люди, которых он считал многочис-ленными друзьями, оказались лишь участниками шумных застолий, а поделиться переживаниями и мечтами было не с кем. Никаких увлечений, кроме баб и работы, у Гриши не было. Даже чтение книг уже не приносило радости.  Он впал в длительную депрессию.


Неизвестно, чем бы всё это закончилось, но однажды Случай буквально столкнул его с юной красавицей, приехавшей из Молдавии в пригород Ленинграда поступать в медицинское училище.  Она чуть не попала под колеса Гришкиной машины, когда он, расстроенный, пытался припарковаться у продовольственного магазина, не заметив её, идущую с сумками.Он выскочил из машины, чтобы убедиться, всё ли с ней в порядке,и, разумеется, предложил подвезти до дома, чтобы как-то выразить свои извинения делом.


 


Так они и познакомились. Ляне было 23 года. Смуглая, кареглазая, высокого роста, улыбчивая, она позволила Гришке не только донести покупки до общежития, в котором проживала, но и пригласила его на чашку чая. Чем заслужил Григорий такое внимание, сказать сложно. Может быть, девушку научили уважать пожилых людей её родители?  Или она выросла без отца и подсознательно потянулось к человеку соответствующего возраста, почувствовав в нём надежного друга и защитника? Сложно предположить вспышку страсти с её стороны, хотя чего только не случается на белом свете!


Подружки-соседки тоже участвовали в чаепитии. И, как бы они ни восприняли это странное знакомство поначалу, но чуть позже многие из них позавидовали Ляне. Она утверждала, что не спит с Гришкой, однако он дарил ей ценные украшения и дорогую одежду, о которой никто из них не смел и мечтать. Девушка оставалась у него ночевать, после чего восторженно рассказывала подругам о его роскошной квартире, видеомагнитофоне и запрещённых для широкой публики фильмах, о деликатесах, которыми он кормит, и, главное, о коопера-тивной квартире, которую он пообещал ей вот-вот купить. Конечно, это – просто дружеский жест и факт везения: она встретила человека, который полюбил её как дочь, а она его – как отца.


Никто не верил в чистоту отношений Гришки и Ляны. Но им на это было наплевать. 


Однажды ему надоело заезжать за своей очаровательной подруж-кой в еёобветшалое общежитие, и он предложил Ляне переехать к нему. Нет, временно, конечно, пока он не купит ей собственную квартиру.


Ляну не пришлось уговаривать долго. Весело напевая, она собира-ла чемодан, а весь коллектив подруг и соседейпо общежитию молча и завистливо сопровождал эти сборы.


Одна из девушек, Ольга Спиридонова, отозвала Ляну в сторону и шёпотом спросила её:


–   Ты не забыла о моей просьбе?


–   Какой просьбе? Ты о чём?


–   Я просила тебя сделать для меня копию ключей от Гришкиной квартиры. Остальное тебя не волнует. Есть люди, которым не стоит отказывать. У меня влиятельные друзья. С тобой поделятся, не переживай!  Подумай хорошо о моих словах!


Ляна с негодованием оттолкнула соседку по комнате: 


–   Совсем с ума сошла?  


Она гордо вышла из комнаты со своим чемоданом, спустилась по ступенькам вниз и зашла за угол дома, где в машине её ожидал Григорий.И, конечно же, девушка тут же рассказала ему о своей соседке и её идиотской криминальной просьбе.


Гришка сходу придумал, как пощекотать нервы гадине, замышлявшей ограбление его квартиры, и заодно обезопасить себя и своё имущество: мало ли что той ещё придёт в голову!


–  А ты соври ей, что записала её просьбу на маленький диктофон, который я давно тебе, якобы, подарил. Скажи, что ты его носишь вкармана. Кстати, я тебе его, и правда, подарю. Убеди эту заразу, что плёнка с просьбой о копии моих ключей, находится у меня в надежном месте. И я, мол, подумываю, не отдать ли мне запись о копии моих ключей вместе с заявлением в милицию. Если эта дряньне утихомирится, я именно так и поступлю.   


И вот однажды, встретив в магазине Ольгу, Ляна выполнила просьбу своего друга: она не только передала ей Гришину угрозу, но и показала крошечный карманный диктофон для полной достоверности, что произвело на девушку сильное впечатление.


–Пока мы в милицию не донесли. Но если ты продолжишь...


–Да пошутила я просто! А ты и вправду, что ли, поверила! Вот умора!


Прошло несколько дней, и эта история почти забылась. Гриша посмеялся, как ловко он запугал эту Ольгу, как быстро она ретировалась, и вообще, как всё замечательно.


Он ездил на новой «Волге» со своей очаровательной Ляной по местному городку, встречая вопросительные, а порой и завистливые взгляды сверстников, уныло шагающих рядом со своими немолодыми жёнами, и думал, что он всех перехитрил, вновь став нужным и важным в чьей-то жизни. Он обманул даже свой возраст. Секс сексом, но, как оказалось, есть и другие грани отношений...Ляна ждала его дома. Она раньше возвращалась с занятий, чем он с работы. Но он не просил её готовить. Они вместе отправлялись в какой-нибудь ресторанчик, а потом на концерт в Питер, если это была пятница и утром можно было выспаться. Ему доставляло невыразимое удовольствие видеть, как она умеет радоваться его подаркам, как бурно на всё реагирует, а главное, как её мечты связаны с его возможностями.


 


* * *


 


В тот день они решили остаться дома и просто посмотреть интересный фильм. Немного выпили вина, поужинали и включили видеомагнитофон.Вчера он привёз Липочку от своей бывшей, и теперь собака весело повизгивала у его ног, ненасытно прося новых угощений.


Вдруг раздался звонок в дверь. Гришка в этот момент поставил видик на паузу и крикнул Ляне:


–Мы кого-то звали?


–Вроде бы, нет! Но я спрошу...


Воспользовавшись паузой, Гришка отправился в кухню, чтобы добавить еды в миску любимой собаки. Он баловал своё сокровище.


Ляна подошла к двери, спросила: «Кто там?» – и взглянула в глазок. Сиротливая фигура Ольги на фоне лестничной площадки... Капли дождя, стекавшие по её старенькому плащу, а главное, –несчастный голос ещё недавней соседки по комнате вызвали у Ляны чувство жалости и рефлекторной потребности впустить в дом, накормить, напоить горячим чаем. В конце концов, Ольга могла быть сто раз плохой, но сейчас она уже безопасна, одинока, несчастна и повержена разоблачением о недавних позорных намерениях. Кроме того, в ней есть и хорошие качества, иначе Ляна не общалась бы с ней целый год, пока не случилась эта дурацкая просьба о ключах.  Это было какое-то затмение или действительнодебильная шутка, не иначе.


 


–  Ляночка, открой, пожалуйста! Это я, Оля! Я пришла, чтобы вы меня простили. Хочу сказать, что мне стыдно за свою дурацкую шутку про ключи. Очень стыдно. Я только скажу это Грише в лицо и уйду. Мне трудно жить иначе...


Ляна открыла дверь, и в этот момент в квартиру ворвалось трое крепких молодых мужчин, а за ними –  и Ольга.


 


***


 


Лёнька звонил отцу каждый вечер в течение многих лет. В этот раз он, как обычно, набрал отцовский номер телефона, но никто не ответил. Через час Лёня перезвонил с тем же результатом. «Возможно, папа уехал на какой-то вечерний концерт, хотя сегодня и будний день...»


Лёня тревожно спал в ту ночь, а утром сразу же отправился в квартиру своего родителя, поскольку к телефону никто по-прежнему не подходил.Дверь была приоткрыта. Зрелище, которое предстало перед Леонидом, оказалось ужасным: егомёртвыйотец лежал на тахте со следами зверских пыток на полуголом теле. А рядом с ним в кресле сидела убитая Ляна. Кровь... Разбросанные повсюду вещи и книги, словно что-то искали, но не могли найти... В ванной лежала зарезанная собака.


 


* * *


 


Милиция очень быстро вышла на след преступников. После выяснения личности погибшей девушки, были опрошены её подруги по общежитию, потом соседи по Гришкиной лестничной площадке. Картина преступления вырисовывалась ещё до задержания преступников: соседи видели Ольгу, звонившую в дверь, мужчин, спрятавшихся поодаль, слышали крики жертв и требования преступников выдать какую-то пленку с записью...


Ольга приехала в Питер из города Набережные Челны, чтобы выучиться на врача. Но, завалив экзамены в ВУЗ, решила поступить в медицинское училище. Так она и оказалась в одном общежитии с Ляной. После преступления она тут же исчезла, и милиции удалось арестовать её вместе с подельниками по дороге в родной город.


На следствии было рассказано о подготовке преступления, целью которого являлось не только ограбление, но и конфискация той самой несуществующей записи, на которой Ольга требует от Ляны сделать копию ключей от квартиры её пожилого друга-любовника.  Во время пыток раздавались крики жертв:


–Не было никакой записи! Мы сами придумали историю с записью, чтобы ты боялась грабить нас!


Но никто этому не поверил, и пытки продолжались. Когда Гришку прикончили, Ляна была ещёжива и умоляла скорее убить её, чтобы больше не терпеть боли.


–Ну, а собачку-то мы сразу прирезали, чтоб не тявкала громко и внимание соседей не привлекала, –  почти весело сообщил следствию один из задержанных.


Все преступникиоказалисьмолодыми людьми до двадцати пяти лет, проживавшими в городе Набережные Челны.


Состоялся суд.  Приговорошарашил и оскорбил своей мягкостью родных и друзей убитых: подонковприговорили к разным срокам заключения, максимальный из которых был всего девять лет.


 Кое-кто поговаривал, что родители злодеев подкупили судей. Болтали и о том, что мягкость приговора имеет совсем другиепричины: только у одного из убийц в прошлом уже была судимость, а остальные преступники до этого не успели отличиться, и суд счёл этот факт смягчающим обстоятельством. Подонки сотрудничали со следствием и получили отличные характеристики с места работы. Что касается Ольги, то она неожиданно для всех оказалась беременной, а это, по словам знакомого из милиции, нередко рассматривается как повод для более мягкого приговора.


Лёнька кричал на суде, что будет требовать пересмотра и более сурового решения суда. Но так ничего и не вытребовал.


 


* * *


 


Приглашения на похороны не так приятны, как на дни рождения и свадьбы, но всё-таки и они льстятнесовершенному человеческому само-любию: невольно радуешься (внутри искренней скорби, разуме-ется), что имеешь временное преимущество живого перед покойным, который при жизни наверняка успел чем-то тебя обидеть или в чём-то обскакать. 


Да и сам факт приглашения – признак уважения: зовут, значит, считают тебя достойным почтить память того, кто уже сам не может выбирать гостей на это итоговое застолье.


Хотя немало народу пришло на эти похороны и без всякого приглашения: кто из любопытства, кто – от скуки, а кто и просто мимо проходил, – городок-то провинциальный, ярких событий немного, так что сами понимаете...


Тело Ляны увезли её родители, и её имя никто намеренно не упоминал на похоронах Григория, чтобы не ранить Эльзу и не позорить память покойного, связавшегося с юной почитательницей не то Гришкиных личных достоинств, не то материальных благ, от него исходящих.


 


* * *


 


Казанову хоронили сын и бывшая супруга Эльза, брошенная им многие годы назад. А больше заниматься похоронамижелающих не нашлось.


Эльза устроила бывшему мужу добротные проводы по своим скромным возможностям. Но публика пришла разношерстная: в основном, случайные люди, любопытствующие криминальным характером Гришкиной смерти, желающие получить новые сплетни, поесть «на халяву» вкусных блюд на проводах в мир иной бывшего богатогососеда, сотрудника и собутыльника. 


Гришкины любовницы давно забыли о нём, а то и не желали обнаруживать перед знакомыми свои прежние греховные отношения. Поэтому мало кто из них явился на его похороны.


Какая-то приглашённая Эльзой пожилая Гришкина сотрудница на пенсии громко требоваладобавки салата оливье во время скорбной речи сына. Пришлось её даже урезонивать и напоминать ей, что это всё-таки похороны, и не кабацкое застолье.


Присутствующие не пытались изобразить подобие скорби и дружно набросились на угощения и выпивку. А потом, после нескольких рюмок, и вовсе забыли о поводе застолья, и многие начали шуметь, веселиться и даже танцевать.


Лёнька, увидев, во что превратились похороны отца, не смог сдержать слёз. А его мама, Эльза Львовна, и несколько её подруг юности стояли в стороне и молча с невыразимой грустьюсмотрели на проводы Гришкиной жизни.


 


 


 


 


 

К списку номеров журнала «НАЧАЛО» | К содержанию номера